Роман японского писателя Кодзи Судзуки «Звонок» многим читателям известен по одноименному фильму ужасов. Эта драматическая, полная тайн история начинается с того, что в один день и час при странных обстоятельствах умирают четверо молодых людей. Дело берется расследовать журналист Асакава. Он не замечает сам, как оказывается во власти могущественной темной силы, природу которой и пытается разгадать Если ровно за неделю он не разгадает магическую формулу спасения, его самого и его близких ждет гибель…
301 мин, 33 сек 15992
— Смотреть не обязательно, а способ помочь найдем!
Он опустил веки и покачал головой, продолжая улыбаться уголками рта. Тут Асакава ощутил такой прилив необъяснимого гнева, что истерически заорал.
— Эй, ты что, не веришь мне? Я тут перед ним наизнанку выворачиваюсь!
После истории с видео трудно было воспринять эту ухмылку иначе. Шутка ли — ни думал, ни гадал, открыл шкатулку, а там — бомба. Он в жизни такого ужаса не испытывал. Мало того — все только начинается! Еще шесть дней, и — конец. Страх пеньковой петлей захлестнул шею и медленно, не спеша, стягивает горло… Впереди смерть. А этот тип сидит и заявляет, что сам хочет видео посмотреть.
— А ты не верещи. Тебя так донимает, что мне не страшно? Я ведь тебе говорил, что и концом света бы с удовольствием полюбовался, если бы можно было. И если объявится тот, кто покажет мне суть мироздания, раскроет тайну начала и конца бытия, тайну безгранично большого и безгранично малого, то я из него это знание вытяну — пусть даже в обмен на собственную жизнь. Ты же в свое время сам все обо мне пропечатал. Так что должен помнить…
Асакава помнил. Потому и выкладывал теперь все без утайки. А началось все с его же собственной затеи. Два года назад его, едва разменявшего четвертый десяток, стало чертовски занимать, о чем думают, мечтают и чем живут люди одного с ним возраста. Он замыслил выборочно проинтервьюировать несколько таких же тридцатилетних, работающих в самых разных областях: от министерских чиновников, депутатов столичного парламента, сотрудников ведущих фирм, вплоть до рядовых клерков. Затем, собрав о них всю потенциально интересную для читателя информацию, от самой общей до сугубо индивидуальной, на ограниченном пространстве журнальной страницы ему предстояло поразмыслить над тем, что же это за возраст такой — тридцать лет. Неожиданно среди отобранных десяти с лишним респондентов оказался и его одноклассник Рюдзи Такаяма, ныне преподаватель кафедры философии литературного факультета Университета К. «Вот тебе и на!» — удивился Асакава, ведь насколько он сам помнил, тот подался на медицинский факультет. Интервьюировать поручили Асакаве. Рюдзи попал в список всего лишь как один из представителей разных профессий, но индивидуальность его оказалась настолько яркой и экспрессивной, что назвать его начинающим тридцатилетним школяром язык не поворачивался. В школьные годы он слыл темной лошадкой, но теперь его характер словно отполировался. Уже получив медицинское образование, он поступил в аспирантуру на философский факультет и в тот год как раз защитил диссертацию. Будь место ассистента в то время свободно, его взяли бы без вопросов, но там до него уже окопался ктото постарше. Пришлось смириться с должностью почасовика и дважды в неделю читать логику в родной «альмаматер». Нынешняя философия, как никогда ранее, близка к точным наукам. Пустая болтовня о смысле жизни ничего общего с философией не имеет. А такая специальность как логика — это своего рода «математика без цифр». Еще в Древней Греции философы по совместительству работали математиками. Вот и Рюдзи так же — преподает на литературном факультете, а голова заточена под реальную науку. Однако, будучи прекрасным специалистом в своей области, Такаяма обладал еще и поистине глубочайшими познаниями в области парапсихологии. Асакава усматривал в этом какоето противоречие: разве не противоречат научному взгляду на жизнь россказни об экстрасенсорике и оккультизме, чем парапсихология, собственно, и является? Ответ Рюдзи был… с точностью до наоборот. Парапсихология — одно из важнейших ключевых понятий, раскрывающих сущность мироздания. Точьвточь как сейчас: одетый в середине лета в полосатую рубашку с длинным рукавом, застегнутый на все пуговицы, с раскрасневшимся лицом, взмокший, Рюдзи вещал, с каким удовольствием встретил бы гибель человечества.
Помнится, во время интервью Асакава задал ему вопрос:
— Расскажи о своей мечте…
На что Рюдзи покойным голосом заявил:
— Любуясь кончиной человечества с высокого холма, проковырять в МатериЗемле ямку и беспрерывно в нее кончать.
— Эй, а если я возьму, да так и напишу? — припугнул Асакава.
Рюдзи ничего не ответил, только кивнул с такой же, как сейчас, улыбочкой.
— Я ж тебе говорю: мне в этом мире ничего не страшно, — сказал он и заговорщически приблизил лицо к Асакаве.
— А вчера… еще одну сделал.
Еще одну, говоришь…?
Он опустил веки и покачал головой, продолжая улыбаться уголками рта. Тут Асакава ощутил такой прилив необъяснимого гнева, что истерически заорал.
— Эй, ты что, не веришь мне? Я тут перед ним наизнанку выворачиваюсь!
После истории с видео трудно было воспринять эту ухмылку иначе. Шутка ли — ни думал, ни гадал, открыл шкатулку, а там — бомба. Он в жизни такого ужаса не испытывал. Мало того — все только начинается! Еще шесть дней, и — конец. Страх пеньковой петлей захлестнул шею и медленно, не спеша, стягивает горло… Впереди смерть. А этот тип сидит и заявляет, что сам хочет видео посмотреть.
— А ты не верещи. Тебя так донимает, что мне не страшно? Я ведь тебе говорил, что и концом света бы с удовольствием полюбовался, если бы можно было. И если объявится тот, кто покажет мне суть мироздания, раскроет тайну начала и конца бытия, тайну безгранично большого и безгранично малого, то я из него это знание вытяну — пусть даже в обмен на собственную жизнь. Ты же в свое время сам все обо мне пропечатал. Так что должен помнить…
Асакава помнил. Потому и выкладывал теперь все без утайки. А началось все с его же собственной затеи. Два года назад его, едва разменявшего четвертый десяток, стало чертовски занимать, о чем думают, мечтают и чем живут люди одного с ним возраста. Он замыслил выборочно проинтервьюировать несколько таких же тридцатилетних, работающих в самых разных областях: от министерских чиновников, депутатов столичного парламента, сотрудников ведущих фирм, вплоть до рядовых клерков. Затем, собрав о них всю потенциально интересную для читателя информацию, от самой общей до сугубо индивидуальной, на ограниченном пространстве журнальной страницы ему предстояло поразмыслить над тем, что же это за возраст такой — тридцать лет. Неожиданно среди отобранных десяти с лишним респондентов оказался и его одноклассник Рюдзи Такаяма, ныне преподаватель кафедры философии литературного факультета Университета К. «Вот тебе и на!» — удивился Асакава, ведь насколько он сам помнил, тот подался на медицинский факультет. Интервьюировать поручили Асакаве. Рюдзи попал в список всего лишь как один из представителей разных профессий, но индивидуальность его оказалась настолько яркой и экспрессивной, что назвать его начинающим тридцатилетним школяром язык не поворачивался. В школьные годы он слыл темной лошадкой, но теперь его характер словно отполировался. Уже получив медицинское образование, он поступил в аспирантуру на философский факультет и в тот год как раз защитил диссертацию. Будь место ассистента в то время свободно, его взяли бы без вопросов, но там до него уже окопался ктото постарше. Пришлось смириться с должностью почасовика и дважды в неделю читать логику в родной «альмаматер». Нынешняя философия, как никогда ранее, близка к точным наукам. Пустая болтовня о смысле жизни ничего общего с философией не имеет. А такая специальность как логика — это своего рода «математика без цифр». Еще в Древней Греции философы по совместительству работали математиками. Вот и Рюдзи так же — преподает на литературном факультете, а голова заточена под реальную науку. Однако, будучи прекрасным специалистом в своей области, Такаяма обладал еще и поистине глубочайшими познаниями в области парапсихологии. Асакава усматривал в этом какоето противоречие: разве не противоречат научному взгляду на жизнь россказни об экстрасенсорике и оккультизме, чем парапсихология, собственно, и является? Ответ Рюдзи был… с точностью до наоборот. Парапсихология — одно из важнейших ключевых понятий, раскрывающих сущность мироздания. Точьвточь как сейчас: одетый в середине лета в полосатую рубашку с длинным рукавом, застегнутый на все пуговицы, с раскрасневшимся лицом, взмокший, Рюдзи вещал, с каким удовольствием встретил бы гибель человечества.
Помнится, во время интервью Асакава задал ему вопрос:
— Расскажи о своей мечте…
На что Рюдзи покойным голосом заявил:
— Любуясь кончиной человечества с высокого холма, проковырять в МатериЗемле ямку и беспрерывно в нее кончать.
— Эй, а если я возьму, да так и напишу? — припугнул Асакава.
Рюдзи ничего не ответил, только кивнул с такой же, как сейчас, улыбочкой.
— Я ж тебе говорю: мне в этом мире ничего не страшно, — сказал он и заговорщически приблизил лицо к Асакаве.
— А вчера… еще одну сделал.
Еще одну, говоришь…?
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 26 из 85
