Kольцо

— Конечно, живу за счет славы отца, на его же земле, так что, как мне еще себя называть… непутевый и есть, — сказал Тэцуаки и смущенно усмехнулся. В его пансионе в основном останавливаются школьники, когда путешествуют классом. Большинство посетителей составляли разного рода научные клубы, скажем, любителей физики или биологии. Была в книге отзывов и запись от Общества изучения парапсихологии. Чтобы работать со школьниками, обычно нужно быть маломальски известным. Короче говоря, «Мемориальный музей Тэцудзо Миуры» — не более чем внешняя приманка для путешествующих групп школьников.

— Кстати…

Подведя мосты, Рюдзи наконец перешел к сути дела.

— Ах, извините. Я тут заболтался совсем… О чем, собственно, вы хотели посоветоваться?

Да, судя по всему, младший Миура особыми научными способностями не блещет. Еще бы, под тон собеседника подстраивается молниеносно, как заправский торгаш — во взгляде Рюдзи чувствовалось презрение.

— Дело в том, что мы ищем одного человека…

— Какого человека?

— Нет, имени его мы не знаем. Потому и обращаемся к вам.

— Ээ, а чем, собственно… Я не совсем понимаю…, — лицо Миуры выражало такое недоумение, что лучше было рассказать все по порядку.

— Видите ли, мы не знаем даже, жив этот человек или уже умер. Пока не знаем. Очевидно одно — он наделен необычными, сверхчеловеческими способностями.

Рюдзи перевел дыхание, заглядывая в глаза Тэцуаки. Тот, похоже, сразу понял, о чем идет речь.

— Миурасэнсэй, вероятно, располагал самой большой в Японии картотекой подобных людей. Я слышал, что он создал своего рода информационную сеть и на ее основе составил перечень экстрасенсов со всех уголков страны, и что перечень этот сохранился.

Тэцуаки нахмурился. Ну, не собираются же они попросить его найти в материалах отца имя непонятно кого?

— Да, разумеется. Все материалы в сохранности. Но ведь им числа нет, да и обычных шарлатанов среди них немало.

Он ужаснулся от мысли, что снова придется рыться в отцовских материалах. Для этого нужно привлечь десять с лишним учениковэнтузиастов и потратить несколько месяцев. Причем, основная масса документов доверия не внушает, и воля покойного — единственная причина, по которой приходится хранить эти горы макулатуры.

— Нет, нет, мы совсем не хотим вас утруждать. Если вы не против, мы сами могли бы поискать…

— Архив у нас на втором этаже. Желаете посмотреть?

Тэцуаки поднялся с места. Легко сказать «сами», они еще количества бумаг не видели. Ничего, вот взглянут на ряды папок на стеллажах — враз свой пыл охладят. С этими мыслями Миура вел их наверх.

В комнате с высоким потолком, у стены, прямо напротив лестницы стояли в два ряда семиэтажные стеллажи. В каждой папке данные на сорок человек, а папок здесь тысячи, взглядом не охватишь… Рюдзи заметил, что с лица Асакавы стремительно сползает краска.

… Этак засядем тут, во тьме архива — здесь свой смертный час и встретим…

А в глазах его прочитывался безмолвный крик: «Ой, нет! Что угодно, только не это!»

— Мы можем посмотреть? — как ни в чем ни бывало, спросил Рюдзи.

— Пожалуйста, пожалуйста. Все в вашем распоряжении…

Некоторое время Тэцуаки терпеливо наблюдал за ними, всетаки интересно было, что это такое им приспичило искать, но в конце концов ему это надоело.

— Я пойду, работа ждет…, — сказал он и ретировался.

Когда он ушел, Асакава спросил у Рюдзи.

— Слышь, ты объясни, что к чему! — задрав голову, он обозревал ряды папок на полках, поэтому голос получился неожиданно грубым. Войдя в музей, он до сих пор не проронил ни слова. Папки были выстроены в хронологическом порядке, а на корешках проставлены годы и месяцы, начиная с 1956го и заканчивая 88ым. Восемьдесят восьмой год… тогда как раз скончался профессор Миура. Тридцать три года кропотливой работы по сбору коллекции — смерть всему положила конец.

— Времени нет, по ходу поговорим. Я начну с пятьдесят шестого, а ты с берись с шестидесятого.

Асакава послушно достал папку и начал ее листать. На каждой странице была наклеена как минимум одна фотография и подколот листок с именем и адресом.

— Искать… А чего искатьто?

— Имена и адреса внимательно смотри! Ищи женщину из Идзу.

— Женщину? — Асакава удивленно вытянул шею.

— А бабка кому про роды болтала, ты как полагаешь?

Да, действительно, мужики у нас еще не рожают.

Они погрузились в поиски. По ходу этой однообразной работы Рюдзи доходчиво объяснил Асакаве то, что тот сам собирался спросить — почему данные обязательно должны быть здесь.