К XII веку католическая церковь поняла, что ее главный враг — всяческие ереси. Чтобы уничтожить заразу, Ватикан создавал разнообразные структуры и подыскивал подходящих людей, которые на много лет определили лицо Европы. Среди них был и Конрад Марбургский — главный инквизитор Германии…
5 мин, 27 сек 1363
Чем больше еретиков и грешников горело в кострах, разжигаемых по инициативе Конрада, тем больше его боялись и ненавидели. Но римская церковь не могла нарадоваться такому энергичному и деятельному попу. Невзирая на репутацию священника, действующего необоснованно и несправедливо, в 1227 году папа Григорий IX (один из организаторов инквизиции — Иннокентий III — к тому времени уже умер) поручил Конраду ликвидировать ересь во всей стране и назначил его главным инквизитором Германии. При этом он предоставил ему разрешение игнорировать стандартную процедуру церкви для исследования ереси. То есть Конрад мог казнить по своему усмотрению, не утруждая себя и без того необременительными действиями — допросами, пытками, выслушиваниями свидетелей, — необходимыми для обоснования вины.
Конрад верил: чем суровее будут гонения, тем скорее удастся искоренить ересь. Сам немец, он все же плохо понимал своих соотечественников — людей спокойных, но решительных, которые больше делают, чем говорят. Видя, как их друзей сжигают на кострах, эти люди все с большей ненавистью относились к преследователям, и несмотря на кажущееся спокойствие, в Германии зрело недовольство. В некоторых местах, куда собирался нанести визит Конрад, вспыхивали восстания и бунты, и властям приходилось немало потрудиться, чтобы заставить людей молчать. Слухи о таких инцидентах, вызванных жестокостью Конрада, дошли до руководства, инквизитора вызвали на сейм в Майнце, где сделали строгое внушение -дескать, добрее надо быть, гуманнее и сжигать не всех подряд, а хотя бы через одного. Но Конрад пропустил это мимо ушей.
В 1233 году он еще раз решил показать немцам, кто в доме хозяин. Взял и обвинил самого Генриха II, графа Сайна, в том, что тот принимал участие в «сатанинских оргиях».
Процесс по делу графа Сайна проходил в королевском суде в Майнце. Суд был светским, и поэтому отец Конрад мог выступать на нем только в роли обвинителя, а не судьи. Графу Сайну удалось очиститься от всех обвинений, и по окончании процесса архиепископ Трирский произнес: «Мой господин король желает отложить рассмотрение дела. Граф Сайн уходит отсюда добрым католиком, ни в чем не уличенным».
Теперь уже отцу Конраду пришлось оправдываться перед королевским судом за свои неоправданные обвинения.
Кое-как Конрад отверг обвинения и ушел из здания суда с твердым намерением сюда вернуться, чтобы довести начатое до конца.
Дорога Конрада домой, в Марбург, пролегала через земли Сайнов. Там-то его и настигло возмездие — несколько рыцарей из свиты графа Генриха II устроили засаду и убили инквизитора. Якобы у одного из рыцарей были личные счеты к Конраду — он отправил на костер его беременную жену.
Папа Григорий пришел в ярость и приложил все усилия, чтобы убийцы его верного слуги были сурово наказаны. Однако по позициям инквизиции был нанесен удар, и, хотя она продолжала формально существовать, в Германии она не стала реальной силой.
Так что иногда и один чересчур усердствующий фанатик может подорвать деятельность целого института — даже такого могущественного, изворотливого и беспринципного, как святая инквизиция.
Конрад верил: чем суровее будут гонения, тем скорее удастся искоренить ересь. Сам немец, он все же плохо понимал своих соотечественников — людей спокойных, но решительных, которые больше делают, чем говорят. Видя, как их друзей сжигают на кострах, эти люди все с большей ненавистью относились к преследователям, и несмотря на кажущееся спокойствие, в Германии зрело недовольство. В некоторых местах, куда собирался нанести визит Конрад, вспыхивали восстания и бунты, и властям приходилось немало потрудиться, чтобы заставить людей молчать. Слухи о таких инцидентах, вызванных жестокостью Конрада, дошли до руководства, инквизитора вызвали на сейм в Майнце, где сделали строгое внушение -дескать, добрее надо быть, гуманнее и сжигать не всех подряд, а хотя бы через одного. Но Конрад пропустил это мимо ушей.
В 1233 году он еще раз решил показать немцам, кто в доме хозяин. Взял и обвинил самого Генриха II, графа Сайна, в том, что тот принимал участие в «сатанинских оргиях».
Процесс по делу графа Сайна проходил в королевском суде в Майнце. Суд был светским, и поэтому отец Конрад мог выступать на нем только в роли обвинителя, а не судьи. Графу Сайну удалось очиститься от всех обвинений, и по окончании процесса архиепископ Трирский произнес: «Мой господин король желает отложить рассмотрение дела. Граф Сайн уходит отсюда добрым католиком, ни в чем не уличенным».
Теперь уже отцу Конраду пришлось оправдываться перед королевским судом за свои неоправданные обвинения.
Кое-как Конрад отверг обвинения и ушел из здания суда с твердым намерением сюда вернуться, чтобы довести начатое до конца.
Дорога Конрада домой, в Марбург, пролегала через земли Сайнов. Там-то его и настигло возмездие — несколько рыцарей из свиты графа Генриха II устроили засаду и убили инквизитора. Якобы у одного из рыцарей были личные счеты к Конраду — он отправил на костер его беременную жену.
Папа Григорий пришел в ярость и приложил все усилия, чтобы убийцы его верного слуги были сурово наказаны. Однако по позициям инквизиции был нанесен удар, и, хотя она продолжала формально существовать, в Германии она не стала реальной силой.
Так что иногда и один чересчур усердствующий фанатик может подорвать деятельность целого института — даже такого могущественного, изворотливого и беспринципного, как святая инквизиция.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
Страница 2 из 2
