Кошмары для Дафны

Дафна бодрствует уже третий день, и перед глазами все расплывается. Иногда ей кажется, что она спит, потому что все звуки неестественно громкие, а цвета неприятно яркие. Но пока она в относительной безопасности, ей не хочется об этом думать.

— Ну как ты?

Она оборачивается и видит Теодора.

Он присматривает за ней с того самого дня, как она очутилась у него дома. Он пичкает ее энергетиками, не давая спать, и следит, чтобы она снова не провалилась в кошмар.

— Хорошо, — отвечает она, прислоняясь лбом к холодному стеклу.

Его прохлада словно будит Дафну, и сон немножко отступает.

— Может, пойдем? — говорит Теодор, приобняв Дафну за плечи.

— Я еще не видела Асторию, — говорит она.

— Я должна ее поздравить.

— Я подожду тебя на выходе, не задерживайся.

Дафне приятно, что он заботится о ней. Теодор ей очень нравится, правда он слишком спокойный, скучный, добрый. Слишком не-Том. И из-за этого между ними вырастает невидимая стена, которую Дафна не торопится ломать.

— Мам, ты не видела Асти?

Полноватая дама, одетая в ярко-синее шелковое платье качает головой и хмурится, глядя на свою дочь.

— Дафна, ты ужасно похудела, — говорит она, — Страх какой-то.

— Спасибо.

Дафна знает, что выглядит отвратительно. Даже тонны косметики не смогли ей помочь — внутри нее словно что-то сидит и высасывает всю красоту и все силы.

Она ищет сестру среди гостей, но находит только Тома. Он стоит, опираясь на дверной косяк, и хмуро наблюдает за всеобщим весельем.

— Где Астория? — Дафна старается, чтобы ее голос звучал холодно и безразлично, но он предательски дрожит.

— Не знаю, — Том даже не удостаивает ее взглядом.

— Но мне срочно нужно ее увидеть, — она теряет терпение.

— Мне все равно.

Дафна собирается высказать Тому все, что о нем думает, и даже больше, но ее останавливает звонкий голос сестры.

— Дафни, детка, ты пришла? Я так рада!

Она оборачивается и видит Асторию — прекрасную, обворожительную, цветущую Асторию. На ней шикарное бордовое платье в пол, выгодно оттеняющее природную белизну ее кожи.

— С Днем Рождения, родная, — вымученно улыбается Дафна и обнимает сестру.

— Спасибо, — Астория тоже улыбается, но глаза ее остаются холодными.

Дафна думает, что во всем виноват огромный дом Тома, который делает из живых людей ледяные куклы. Она и сама словно покрывается тоненькой корочкой льда, хотя и находится здесь совсем недолго.

— Я пойду, хорошо?

— Так быстро? — прищурилась Астория.

— Я неважно себя чувствую.

Иногда ей кажется, что это она младшая сестра, потому что Астория всегда смотрит на нее свысока.

— Да, ты, наверное, не высыпаешься? Бедняжка, — она сочувственно качает головой.

— Не высыпаюсь, — эхом отзывается Дафна.

— Ну, сейчас-то, когда в твоей кровати нет чужого мужа, наверняка выспишься, — Астория пристально на нее смотрит и улыбается.

— Ч-что?

Дафна хочет ущипнуть себя — вдруг это сон?

— Астория! — кричит Том из середины зала.

— Иду, любимый! — Астория резко разворачивается и уходит, а Дафна чувствует, как ее ноги подкашиваются.

Последнее, что она помнит — это взволнованное лицо Теодора, склонившееся над ней.

Дафна никогда не любила кукол, даже любимой игрушкой в детстве у нее был плюшевый дракон.

Сейчас она вспоминает об этом, глядя на огромную — с нее ростом — фарфоровую игрушку, которая вот-вот упадет. У куклы нет глаз, вместо них — две черные дырки, и от этого она становится еще страшнее. С ее розовых губ стекает алая струйка чего-то до ужаса напоминающего кровь, а на шее — грубый шрам, зашитый толстыми нитками.

Дафна делает шаг вперед, ее тянет какая-то неведомая сила. Она управляет ее руками и ногами, заставляя делать то, что Дафне совсем не хочется.

Кукла громко смеется, отчего по коже бегут мурашки, и тоже делает шаг вперед.

Дафна видит, что у нее под кожей железные крючки, ниточки от которых уходят вверх, в небо. То же самое и с ее ногами.

Она почти не чувствует боли, когда кожа на внешней стороне ладони натягивается, заставляя ее поднимать руку. А кукла уже совсем рядом, она тянет вперед свои фарфоровые ручонки, а из дырок, которые раньше служили глазами, высовывается зеленая змея. Она шипит, а ее раздвоенный язык медленно приближается к Дафне.

Дафна хочет убежать, но там, наверху, не пускают. Она поднимает голову и видит лицо Теодора, который дергает за ниточки, заставляя ее танцевать. Он управляет ей, приближая все ближе и ближе к кукле со змеёй и громко смеется, отчего картонные стены в помещении, котором она находится, рушатся. И Дафна видит, как из-под земли появляются фарфоровые куклы с ножами в руках и направляются к ней.

Дафна думает, что если ее убьют — весь кошмар закончится. Она даже хочет этого и, зажмурившись, ждет смерти, но ее вырывают из холодных рук фарфоровой игрушки прикосновения теплых рук.

— Ты как? Все в порядке? — Теодор гладит ее по лицу.

— Где я?

— Дома, — говорит он.

— У меня дома. Ты потеряла сознание, и я привез тебя сюда.

— Это Астория, это все она, — шепчет Дафна.

— Она знает про меня и Тома, это все она.