Криптиды

Велор растерянно посмотрел вверх, на лишённые окон тяжёлые здания, ещё раз запросил карту района и достал из кармана обруч. Этим устройством из списка обязательной экипировки он не пользовался уже довольно долго, опасаясь монстров, которым подобные преграды были нипочём. Впрочем, альтернатива показалась ему менее приятной, и он решил рискнуть — если сделать всё быстро, может получиться.

— Эх, была ни была!

— Велор окинул экзокортекс пристальным взглядом, словно ядовитую змею, и резким движением натянул его на голову.

В первые мгновения не произошло ничего заметного — прибор синхронизировался с мозгом через подсознание, минуя осмысленную область разума. Затем учёный ощутил чьё-то присутствие, а перед его внутренним взглядом предстал образ успешной настройки. Описать подобные вещи можно было, лишь сравнивая с идеями, приходящими во сне. Оримвора просто осознал их — когмент, рождённая компьютером мысль, услужливо предоставил отчёт о состоянии обруча. Устройство работало превосходно. Велор обратился к памяти — и из глубин мозга выплыла система поиска воспоминаний. Он почувствовал себя так, как будто очнулся от долгой полудрёмы, со свежей головой и готовностью решать самые сложные задачи. Сосредоточившись, учёный запустил отсчёт времени и направил все мысленные усилия на разблокировку барьера.

Экзокортекс позволял размышлять вне зависимости от того, сколько в крови адреналина, чётко и быстро. Оримвора закрыл глаза, вывел на зрительные отделы мозга схему ближайшей аппаратуры, выбрал нужный узел и обратился к нему. В ответ пришёл другой когмент — намного более чуждый, чем у обруча. Перед взором возникло некое… изображение и, не спросив согласия, прошло сквозь разум Велора, ненадолго заняв собой весь мир. Просканировав подсознание, защитный алгоритм уцепился за несколько фрагментов меметического ключа, собрал их воедино, сверил с образцом — и вернулся обратно в компьютерную сеть базы, уступив место таблице настроек генератора. Пароль подошёл.

Исследователь поспешил воспользоваться этим. Таймер отсчитал уже четыре секунды — значит, в запасе было ещё около шести. Слишком мало для серьёзной работы, но достаточно, чтобы распечатать проход и перекрыть снова, когда через него пройдёт человек. С той стороны никого не было, что радовало вдвойне. Наскоро завершив операцию, Оримвора буквально выкрикнул команду отключения и сдёрнул обруч.

Лишённый поддержки экзокортекса, его разум словно потерял часть себя, стал грузным, неповоротливым и напоминающим скорее камень, чем по-настоящему живую душу. Пара секунд ушла на повторное привыкание к мысли, что человечество успешно довольствовалось этим куском ваты десятки тысяч лет, создав множество чудесных вещей. Причём у Велора было огромное преимущество даже по сравнению с теми, кто тренировал мозги обычными методами — наука Альянса дала ему гораздо больше возможностей. Жизнь понемногу налаживалась.

Учёный тяжело вздохнул, спрятал обруч в карман и, не оглядываясь, шагнул под арку. За его спиной сразу же возникла зеркальная стена.

Переулок отличался от центрального проспекта в основном размерами, меньшим числом машин и ярким освещением, которое на главной магистрали базы было подпорчено той ползучей штуковиной, а здесь, к тому же, сильнее отражалось более близкими постройками. Дорога пролегала через небольшой парк, между красными клёнами. У тропинки копошилось семейство ежей, в ветвях чирикали птицы, мимо уха с надсадным гудением пролетел шмель. Природа, в отличие от достижений прогресса, не вызывала у криптидов враждебности. В остальном их побуждения оставались тайной — чужаки просто появлялись, чтобы нападать на разумных существ или крушить искусственные объекты.

Оримвора сориентировался по сторонам света и нерешительно направился вперёд — через район в виде решётки пересекающихся улочек.

Карта, однако, не показывала эащитные экраны. Из одной ловушки Велор попал в другую — оставалось надеяться, что отсюда есть выход.

Спустя несколько минут блужданий по тупиковым веткам лабиринта исследователь начал замечать следы не самых приятных событий. Тут и там на глаза ему попадались искорёженные обломки каких-то устройств, закопчённые стены, лужи непонятных жидкостей, а однажды — даже грубо оторванная стенная панель, за которой начинался коридор, проделанный прямо сквозь высокотехнологичную начинку. Теперь учёному стала понятна такая запущенность — автоматику просто уничтожили, а убирать мусор в разгар осады никто не спешил. Кроме того, Оримвора всё чаще замечал разные контейнеры, штативы и отметки. Видимо, как раз отсюда персонал уходил второпях, остановив работу на полпути.

Слева долетел слабый порыв ветра. Здесь у него мог быть только один источник — движущийся объект. Велор прищурился и мысленно возблагодарил архитекторов. Их задумка оправдалась — на фоне однообразной золотисто-оранжевой поверхности отчётливо выделялось почти прозрачное синеватое пятно.