Если война подступает к самому порогу, то долг мужчины — защитить свою семью, свой дом и свою страну. Рюдигер фон Шлотерштайн воспринял известие о войне спокойно. Он всегда знал, что настанет день, когда стране пригодится его меч. Его предки всегда были опрой трона, именно вампирам короли Алдании доверяли свою жизнь и безопасность. Его жене остается лишь ждать и молиться чтобы разлука не оказалась вечной.
538 мин, 42 сек 2813
От мысли, что живые и разумные существа всего лишь объект для изучения и непонятных опытов, Рюдигеру стало не по себе. Он с тревогой вглянул на такого безобидного с виду ученого, который перестал стучать в ступке фарфоровым пестиком и с почти детским удивлением уставился на троих стражников и их закованного в серебро пленника.
— Признаться, я не поверил господину епископу, когда он обещал мне такой редкий объект для исследований. Настоящий живой вампир, я думал, вас почти не осталось…
«Дать таким, как ты волю, и вообще никого на свете ни останется! Всех в банки пересажаешь!»– с отвращением подумал Рюдигер.
— Погружаясь в тайны мироздания, забываешь обо всем. Ведь в большом мире война с Алданией, и тебе не повезло. Но зато повезло мне и несомненно, науке! — алхимик шагнул ближе, а Рюдигер, напротив, отступил назад, насколько позволяли кандалы. Маленький алхимик казался ему настоящим прислужником дьявола, и барон очень не хотел быть разрезанным подобно лягушке в его богопротивных опытах.
Один из стражников предостерегающе поднял руку:
— Брат Иеремия, он может быть очень опасен.
Но ученый нетерпеливо заметил:
— Но ведь серебро сдерживает их, это всем известно. К тому же у меня есть замечательное приспособление! — он показал на некое подобие кровати с железными тисками для рук и ног.
— Мне не терпится начать! Помогите нашему гостю расположиться поудобнее! — он взял со стола маленький остро заточенный нож с узким лезвием.
— Первым делом надо проверить его способность к восстановлению!
Стражники нерешительно переминались с ноги на ногу. Представив себя во власти этого недоноска с ножом, Рюдигер в панике рванул руки в стороны, не обращая внимания не жгучую боль. Мягкий металл не выдержал, цепь со звоном лопнула. Освобожденная от оков рука врезалась в одного из охранников, и он отлетел к правой стене. С полок с жалобным звоном посыпались редкие экспонаты.
Приподняв второго стражника за ворот куртки, вампир бросил его на стол алхимика. Солдат проехал по нему, сбивая колбы и пузырьки, содержимое склянок смешивалось, при этом что-то дымило, шипело и даже взрывалось. Одна из колб пролилась прямо на его руку, мигом оставив обугленную дыру в одежде и заставив его корчиться от боли.
Третий стражник быстро выскочил за дверь. Рюдигер не пытался его остановить. Он нагнулся и поднял с пола нож с узким острым лезвием, при крепко этом схватив за ногу пытавшегося скрыться под столом брата Иеремию. Подняв алхимика, словно куклу, барон ловко уложил его на хитрую кровать. Тиски на руках и ногах защелкнулись сами, практически обездвижив пленника. Рюдигер с задумчивым видом повертел нож в руке:
— Ты прямо заразил меня своей жаждой знаний. Может теперь проверим и твою способность заживлять раны?
Ученый, кажется, потерял дар речи, и только таращился на него выцветшими голубым глазами, которые от страха стали в два раза больше.
В это время дверь в лабораторию распахнулась, и она стала быстро заполняться стражниками. На пленника направили арбалеты. Командир отряда, молодой парень с рыжими кудрявыми волосами, удивленно уставился на разгромленную лабораторию.
Его солдаты тихо переговаривались между собой. Маленького алхимика здесь недолюбливали, считая безбожником и опасным чародеем. Но покровительство епископа защищало его от любых нападок, по крайней мере до той минуты, пока сюда не заглянул Рюдигер фон Шлотерштайн.
Весь пол был покрыт осколками стекла и лужами с резким запахом, в которых плавали диковинные уродцы. Предводитель отряда быстро отодвинул ногу от лилового комка со множеством щупалец и почти с сочувствием обратился к вампиру:
— Сам видишь, сопротивляться бесполезно, а бежать тут некуда. Может, пойдешь с нами по-хорошему?
Признав его правоту, Рюдигер со вздохом согласился. Хорошенько размахнувшись, он метнул стилет в уцелевшую полку. От сильного удара с нее полетели оставшие склянки с уродцами и банки с порошками. Теперь картина была полной. Он с удовлетворением окинул взглядом созданный им хаос и поднял руки.
Лиза еще раз поглядела на свое отражение. Из зеркала на нее смотрела красивая, богато одетая дама. Однако глаза от бесконечных слез были красными, а лицо на удивление бледным. Видимо сказывались бессонные ночи и перенесенная месяц назад простуда.
Благополучно пережив зимние морозы, ранней весной она подхватила сильную горячку и почти две недели пролежала в кровати, став предметом всеобщей заботы. У ее постели сменяя друг друга, дежурили ее мать, свекровь, тетушка Крина и Настасья. Всегда отличавшаяся крепким здоровьем, Лиза была готова сквозь землю провалиться, что доставила им столько хлопот. Но болезнь вскоре отступила, оставив лишь слабость, которая постепенно исчезла, и частое желание заплакать.
— Признаться, я не поверил господину епископу, когда он обещал мне такой редкий объект для исследований. Настоящий живой вампир, я думал, вас почти не осталось…
«Дать таким, как ты волю, и вообще никого на свете ни останется! Всех в банки пересажаешь!»– с отвращением подумал Рюдигер.
— Погружаясь в тайны мироздания, забываешь обо всем. Ведь в большом мире война с Алданией, и тебе не повезло. Но зато повезло мне и несомненно, науке! — алхимик шагнул ближе, а Рюдигер, напротив, отступил назад, насколько позволяли кандалы. Маленький алхимик казался ему настоящим прислужником дьявола, и барон очень не хотел быть разрезанным подобно лягушке в его богопротивных опытах.
Один из стражников предостерегающе поднял руку:
— Брат Иеремия, он может быть очень опасен.
Но ученый нетерпеливо заметил:
— Но ведь серебро сдерживает их, это всем известно. К тому же у меня есть замечательное приспособление! — он показал на некое подобие кровати с железными тисками для рук и ног.
— Мне не терпится начать! Помогите нашему гостю расположиться поудобнее! — он взял со стола маленький остро заточенный нож с узким лезвием.
— Первым делом надо проверить его способность к восстановлению!
Стражники нерешительно переминались с ноги на ногу. Представив себя во власти этого недоноска с ножом, Рюдигер в панике рванул руки в стороны, не обращая внимания не жгучую боль. Мягкий металл не выдержал, цепь со звоном лопнула. Освобожденная от оков рука врезалась в одного из охранников, и он отлетел к правой стене. С полок с жалобным звоном посыпались редкие экспонаты.
Приподняв второго стражника за ворот куртки, вампир бросил его на стол алхимика. Солдат проехал по нему, сбивая колбы и пузырьки, содержимое склянок смешивалось, при этом что-то дымило, шипело и даже взрывалось. Одна из колб пролилась прямо на его руку, мигом оставив обугленную дыру в одежде и заставив его корчиться от боли.
Третий стражник быстро выскочил за дверь. Рюдигер не пытался его остановить. Он нагнулся и поднял с пола нож с узким острым лезвием, при крепко этом схватив за ногу пытавшегося скрыться под столом брата Иеремию. Подняв алхимика, словно куклу, барон ловко уложил его на хитрую кровать. Тиски на руках и ногах защелкнулись сами, практически обездвижив пленника. Рюдигер с задумчивым видом повертел нож в руке:
— Ты прямо заразил меня своей жаждой знаний. Может теперь проверим и твою способность заживлять раны?
Ученый, кажется, потерял дар речи, и только таращился на него выцветшими голубым глазами, которые от страха стали в два раза больше.
В это время дверь в лабораторию распахнулась, и она стала быстро заполняться стражниками. На пленника направили арбалеты. Командир отряда, молодой парень с рыжими кудрявыми волосами, удивленно уставился на разгромленную лабораторию.
Его солдаты тихо переговаривались между собой. Маленького алхимика здесь недолюбливали, считая безбожником и опасным чародеем. Но покровительство епископа защищало его от любых нападок, по крайней мере до той минуты, пока сюда не заглянул Рюдигер фон Шлотерштайн.
Весь пол был покрыт осколками стекла и лужами с резким запахом, в которых плавали диковинные уродцы. Предводитель отряда быстро отодвинул ногу от лилового комка со множеством щупалец и почти с сочувствием обратился к вампиру:
— Сам видишь, сопротивляться бесполезно, а бежать тут некуда. Может, пойдешь с нами по-хорошему?
Признав его правоту, Рюдигер со вздохом согласился. Хорошенько размахнувшись, он метнул стилет в уцелевшую полку. От сильного удара с нее полетели оставшие склянки с уродцами и банки с порошками. Теперь картина была полной. Он с удовлетворением окинул взглядом созданный им хаос и поднял руки.
Лиза еще раз поглядела на свое отражение. Из зеркала на нее смотрела красивая, богато одетая дама. Однако глаза от бесконечных слез были красными, а лицо на удивление бледным. Видимо сказывались бессонные ночи и перенесенная месяц назад простуда.
Благополучно пережив зимние морозы, ранней весной она подхватила сильную горячку и почти две недели пролежала в кровати, став предметом всеобщей заботы. У ее постели сменяя друг друга, дежурили ее мать, свекровь, тетушка Крина и Настасья. Всегда отличавшаяся крепким здоровьем, Лиза была готова сквозь землю провалиться, что доставила им столько хлопот. Но болезнь вскоре отступила, оставив лишь слабость, которая постепенно исчезла, и частое желание заплакать.
Страница 92 из 147
