Королевство Алдания почти ничем не отличается от соседних стран. Почти ничем, кроме населения.
336 мин, 4 сек 3860
— В Ку-лич-ках, — повторила по слогам озадаченная Катерина. Иногда она боялась, что придется породниться с каким-нибудь многочисленным семейством оборотней. Их в Темнолесье было немало, и наверное, она смирилась бы с этим намного легче.
Но вампиры… Не то, что бы они были чем-о необычным, но их общество всегда было закрытым, в свой мир они пускали неохотно и всегда умели держать дистанцию. И вот тебе пожалуйста, Кулички, да еще безо всякого предупреждения! Катерина ясно представила баронессу Марию, надменную и гордую. Она была дочерью валашского князя, известного своим крутым нравом. Какой скандал закатит баронесса, узнав от сыночка последние новости!
Катерина вдруг испытала сильное желание запереть свою девочку в чулане или на чердаке, только не отдавать этим нелюдям. Но поглядев на упрямую решимость, написанную на лице Лизы, призадумалась. Похоже она из любого чулана вылезет, с детства была своевольной упрямицей. А вдруг она ждет ребенка? Наверное, лучше не торопиться с решениями.
В замке баронов фон Шлотерштайн все спали, ведь вампиров раньше полудня не добудишься. Однако привратник человеком. Кряхтя и ругаясь, он открыл тяжелые ворота и с удивлением узнал молодого барона. В доме было тихо и темно. Рюдигер с умилением разглядывал родные стены, украшенные оружием и охотничьими трофеями.
Вообще-о охоту он не любил, а головы кабанов и оленей не раз пугали его в детстве. Но это было давно, теперь эти пыльные чучела давно стали частью родного дома, а подросшая сестренка совсем их не боится. Поднявшись по каменной лестнице на второй этаж, он очутился в длинном темном коридоре, увешанном фамильными портретами.
Под строгие взгляды далеких и не очень предков Рюдигер добрался до своей комнаты, рухнул на кровать прямо в одежде и тут же уснул. Во сне на него капал дождь, он был соленым и горячим. Юноша открыл глаза и увидел склонившуюся над ним баронессу Марию. Она разглядывала спящего сына и тихонько плакала.
— Мама, ну что ты плачешь, все хорошо, я дома, — он присел на кровати и обнял мать, как маленькую девочку.
— Господи, какой ты стал взрослый, а похудел как, одни глазищи остались! Наверное есть хочешь с дороги?
Мария не отводила от него глаз.
— А то, я голоден как, волк!
Отец с восторгом обнял парня:
— Как вырос, служба тебе на пользу! А ведь приехал явно неспроста! Ну поешь, потом расскажешь.
Старший барон был такой же как сын, высокий и темноволосый, но с карими глазами. Характер у него был легкий, к жизни он относился с изрядной долей юмора, и наверное поэтому жил со скандальной красавицей Марией в любви и согласии. Красивая как принцесса, мать Рюга была очень вспыльчива. Во время семейных скандалов она переходила на родной язык и била тарелки. Их служанки были постоянными покупательницами в посудной лавке.
Сестренка Анна повисла у него на шее.
— Ура! Братишка приехал! А что ты мне привез?
Он вытащил из потайного кармана кулон на кожаном шнурке. Из синего стекла был мастерски сделан котенок.
— Я как увидел, сразу о тебе подумал! Понравилось?
— Еще бы!
Девочка звонко чмокнула его в щеку. Она была похожа на мать и обещала стать настоящей красавицей. Только характер у нее был скорее отцовский.
Рюдигер с сожалением отодвинул от себя пустую тарелку. Это была уже третья.
— Все, в меня больше не влезет.
Повертел в руках пустой бокал, отец внимательно смотрел на него, Анна изо всех сил старалась сделать серьезное лицо.
— Папа, мама, я решил жениться! — радостно сообщил он.
Сохраняя спокойствие, достойное королевы, Мария спросила:
— Надеюсь, это порядочная девушка из хорошей семьи?
— Она лучшая девушка на свете! — горячо воскликнул Рюдигер, — И семья достойная. У ее отца лавка в городе.
Спокойствие баронессы лопнуло как мыльный пузырь:
— Простолюдинка, человеческая девка! Ты же фон Шлотерштайн, ты вообще о чем думаешь?
Юноша покраснел до кончиков ушей и вскочил со своего места. За последнее время с ним произошло немало разных событий, после которых он считал разговор в таком тоне неуместным.
— Да, я фон Шлотерштайн, и в состоянии сам решить, кого хочу видеть своей женой и матерью своих детей! — в голосе звучало железо, разговор принимал опасный характер.
— Мария, перестань, — мягко сказал Лотар, — если мальчик говорит, что девица достойная, значит так и есть. Наш сын плохую не выберет!
Такая уверенность была подкреплена недавним разговором с Иоганном. Рюг поглядел на отца с благодарностью.
Анна вдруг тоже решила внести свое участие:
— А я ее знаю, она добрая и красивая!
— А ты вообще помалкивай! Рано тебе еще об этом думать! — бросила ей мать.
— Ты хоть кровь-то ее пробовал? — вдруг без всякого перехода спросила она.
Рюдигер закашлялся от неожиданности.
— Ну если честно, то да.
— Бесстыжая, распутница! — Мария запричитала Что-то на родном языке.
— Да в чем дело? Мам, ты чего орешь-то, будто я невинность потерял? — спросил вконец растерянный Рюдигер.
Но вампиры… Не то, что бы они были чем-о необычным, но их общество всегда было закрытым, в свой мир они пускали неохотно и всегда умели держать дистанцию. И вот тебе пожалуйста, Кулички, да еще безо всякого предупреждения! Катерина ясно представила баронессу Марию, надменную и гордую. Она была дочерью валашского князя, известного своим крутым нравом. Какой скандал закатит баронесса, узнав от сыночка последние новости!
Катерина вдруг испытала сильное желание запереть свою девочку в чулане или на чердаке, только не отдавать этим нелюдям. Но поглядев на упрямую решимость, написанную на лице Лизы, призадумалась. Похоже она из любого чулана вылезет, с детства была своевольной упрямицей. А вдруг она ждет ребенка? Наверное, лучше не торопиться с решениями.
В замке баронов фон Шлотерштайн все спали, ведь вампиров раньше полудня не добудишься. Однако привратник человеком. Кряхтя и ругаясь, он открыл тяжелые ворота и с удивлением узнал молодого барона. В доме было тихо и темно. Рюдигер с умилением разглядывал родные стены, украшенные оружием и охотничьими трофеями.
Вообще-о охоту он не любил, а головы кабанов и оленей не раз пугали его в детстве. Но это было давно, теперь эти пыльные чучела давно стали частью родного дома, а подросшая сестренка совсем их не боится. Поднявшись по каменной лестнице на второй этаж, он очутился в длинном темном коридоре, увешанном фамильными портретами.
Под строгие взгляды далеких и не очень предков Рюдигер добрался до своей комнаты, рухнул на кровать прямо в одежде и тут же уснул. Во сне на него капал дождь, он был соленым и горячим. Юноша открыл глаза и увидел склонившуюся над ним баронессу Марию. Она разглядывала спящего сына и тихонько плакала.
— Мама, ну что ты плачешь, все хорошо, я дома, — он присел на кровати и обнял мать, как маленькую девочку.
— Господи, какой ты стал взрослый, а похудел как, одни глазищи остались! Наверное есть хочешь с дороги?
Мария не отводила от него глаз.
— А то, я голоден как, волк!
Отец с восторгом обнял парня:
— Как вырос, служба тебе на пользу! А ведь приехал явно неспроста! Ну поешь, потом расскажешь.
Старший барон был такой же как сын, высокий и темноволосый, но с карими глазами. Характер у него был легкий, к жизни он относился с изрядной долей юмора, и наверное поэтому жил со скандальной красавицей Марией в любви и согласии. Красивая как принцесса, мать Рюга была очень вспыльчива. Во время семейных скандалов она переходила на родной язык и била тарелки. Их служанки были постоянными покупательницами в посудной лавке.
Сестренка Анна повисла у него на шее.
— Ура! Братишка приехал! А что ты мне привез?
Он вытащил из потайного кармана кулон на кожаном шнурке. Из синего стекла был мастерски сделан котенок.
— Я как увидел, сразу о тебе подумал! Понравилось?
— Еще бы!
Девочка звонко чмокнула его в щеку. Она была похожа на мать и обещала стать настоящей красавицей. Только характер у нее был скорее отцовский.
Рюдигер с сожалением отодвинул от себя пустую тарелку. Это была уже третья.
— Все, в меня больше не влезет.
Повертел в руках пустой бокал, отец внимательно смотрел на него, Анна изо всех сил старалась сделать серьезное лицо.
— Папа, мама, я решил жениться! — радостно сообщил он.
Сохраняя спокойствие, достойное королевы, Мария спросила:
— Надеюсь, это порядочная девушка из хорошей семьи?
— Она лучшая девушка на свете! — горячо воскликнул Рюдигер, — И семья достойная. У ее отца лавка в городе.
Спокойствие баронессы лопнуло как мыльный пузырь:
— Простолюдинка, человеческая девка! Ты же фон Шлотерштайн, ты вообще о чем думаешь?
Юноша покраснел до кончиков ушей и вскочил со своего места. За последнее время с ним произошло немало разных событий, после которых он считал разговор в таком тоне неуместным.
— Да, я фон Шлотерштайн, и в состоянии сам решить, кого хочу видеть своей женой и матерью своих детей! — в голосе звучало железо, разговор принимал опасный характер.
— Мария, перестань, — мягко сказал Лотар, — если мальчик говорит, что девица достойная, значит так и есть. Наш сын плохую не выберет!
Такая уверенность была подкреплена недавним разговором с Иоганном. Рюг поглядел на отца с благодарностью.
Анна вдруг тоже решила внести свое участие:
— А я ее знаю, она добрая и красивая!
— А ты вообще помалкивай! Рано тебе еще об этом думать! — бросила ей мать.
— Ты хоть кровь-то ее пробовал? — вдруг без всякого перехода спросила она.
Рюдигер закашлялся от неожиданности.
— Ну если честно, то да.
— Бесстыжая, распутница! — Мария запричитала Что-то на родном языке.
— Да в чем дело? Мам, ты чего орешь-то, будто я невинность потерял? — спросил вконец растерянный Рюдигер.
Страница 36 из 91
