Кровавые кости

— Не понимаю почему, — сказал Ларри. — Ведь это ты убиваешь для Жан-Клода. Он, кажется, никогда никого сам не убил.

— Ларри, кого бы ты больше боялся, меня или Жан-Клода? — Ты не стала бы на меня нападать.

— Если бы тебе пришлось враждовать с кем-то из нас, кого бы ты выбрал?

Ларри посмотрел на меня долгим взглядом. Гнев улетучился, сменившись выражением какой-то застарелой усталости.

— Его.

— Бога ради, почему? — Я видел, как ты убивала многих, Анита. Куда больше народу, чем Жан-Клод. Он мог бы напугать меня до смерти, а ты бы просто убила.

У меня отвалилась челюсть — чуть-чуть.

— Если ты в самом деле думаешь, что я опаснее Жан-Клода, тогда ты просто был невнимателен.

— Я не сказал, что ты опаснее. Я сказал, что ты бы убила меня быстрее.

— Вот почему я боюсь Аниту меньше, чем Жан-Клода, — произнес Джейсон.

Ларри уставился на него: — То есть? — Она всего лишь меня убила бы, чисто и быстро. Жан-Клод не убил бы меня быстро и уж никак не легко. Он бы постарался, чтобы это было мучительно.

Мужчины глядели друг на друга. Логика каждого из них была по-своему безупречна.

— Если ты в самом деле веришь в то, что говоришь, Ларри, значит, ты просто мало видел вампиров, — сказала я.

— Как я могу их видеть, когда ты меня держишь на расстоянии, Анита?

Действительно я настолько его защищаю? И он видит мою беспощадность, но не видит беспощадности Жан-Клода? — Ты прав, — ответила я. И этот ответ удивил их обоих. — Если ты действительно веришь, что я убиваю быстрее Жан-Клода, значит, я слишком защищаю тебя, Ларри. Тебе еще, надо понять, насколько они опасны. Смертельно опасны. Иначе в один прекрасный день меня с тобой не будет, и ты погибнешь.

У меня в животе свернулся ком страха. Страха, что Ларри погибнет из-за того, что я его держала далеко от реальности. Такого я не предвидела.

— Пойдем, Джейсон, — сказал Ларри. Джейсон встал.

— Нет. Завтра ты можешь оказаться по горло среди вампиров, но под моим наблюдением. А пока ты не понимаешь, насколько они опасны, я не хочу, чтобы ты оставался с ними один на один.

В глазах его были злость и боль. Я подрезала его уверенность в себе, снизила самооценку. Но… но что мне было делать?

Ларри резко повернулся и вышел. Не споря и не прощаясь, хлопнув дверью, и я с трудом подавила желание броситься за ним. Что я могла ему сказать? — Ч-черт! — выдохнула я, прислонившись лбом к двери.

— Я лягу на диван? — спросил Джейсон.

Я повернулась, опираясь на дверь спиной. У меня в руке все еще был браунинг, хотя я не знала зачем. От усталости я стала рассеянной.

— Нет, на диван лягу я.

— А мне тогда куда? — Все равно, лишь бы не рядом со мной.

Он провел рукой по одеялу.

— Если ты в самом деле будешь спать здесь, я бы мог лечь и на кровати.

— Она занята.

— А какой она ширины? — Двуспальная, но какая разница? — Жан-Клод не будет против, если я лягу с ним. Он бы предпочел тебя, но… — Джейсон пожал плечами.

Я глядела на его спокойное приветливое лицо. — Ты впервые будешь спать с Жан-Клодом? — Нет, — ответил он.

Наверное, это отразилось на моем лице, потому что Джейсон опустил воротник свитера, показывая два следа от клыков. Я отошла от стены и приблизилась. Укусы уже почти зажили.

— Иногда он любит закусить, проснувшись, — сказал Джейсон.

— О господи!

Джейсон отпустил воротник, и укусы скрылись под шерстяной тканью. Как прячут прыщ. У Джейсона был безобидный вид. Он был примерно моего роста, а лицо невинное, как у ангела.

— Ричард не стал бы служить закуской для Жан-Клода.

— Нет, — подтвердил Джейсон.

— «Нет» Это все, что ты можешь сказать? — А что ты хочешь, чтобы я сказал, Анита?

Я задумалась всего лишь на мгновение.

— Я хочу, чтобы ты возмутился. Разозлился.

— Зачем?

Я покачала головой.

— Иди спать, Джейсон. Ты меня утомляешь.

Он ушел в спальню, не сказав больше ни слова. Я не стала подглядывать, перекинулся ли он волком и свернулся на ковре, или заполз в кровать рядом с трупом. Не мое это дело. И уж смотреть мне точно не хочется.

20

Я поставила браунинг на предохранитель и сунула под подушку. Дома, в специальной кобуре, которую я приделала в изголовье, предохранитель был бы снят. Но было бы глупо случайно застрелить себя ночью — то есть днем, — пытаясь защититься от вервольфов.

«Файрстар» я сунула под диванный пуф, тоже на предохранителе. В обычной ситуации он был бы в чемодане, но сейчас я слегка нервничала.

Ножи лежали в чемодане. Обстоятельства еще не настолько опасны, чтобы брать в кровать ножны на запястьях. Кроме того, они не очень удобны — по крайней мере для сна.

Я уже собралась отходить к долгому дневному сну, как вдруг вспомнила, что не позвонила этому спецагенту Брэдфорду. А, черт. Откинув одеяло, я босиком прошлепала к телефону в одной футболке и трусиках. Да, и, конечно, с браунингом. А какой смысл иметь оружие, если не носить его с собой?