— Остановись, Ника! Сколько ещё нужно смертей для того, чтобы ты успокоилась?
374 мин, 43 сек 4842
— Да будет так! — Во время произнесения ритуальной фразы, лицо демона озарилось ликованием. Что же, за исключением моего мозга, он с этого имеет? Дьявол, у меня такое ощущение, что я играю в слепую. Причём, в тёмной комнате, напичканной холодным оружием и оголодавшими каннибалами. Утешает лишь одно — хождение в темноте также губительно и для монстров. Весь вопрос в том, кто кого раньше заколет. И съест.
— Златик, мальчик мой, веди себя хорошо и слушайся тетю Нику, иначе она возьмётся за плётку, — проговорил демон и похабно рассмеялся. Ужасно собой горжусь, потому что сумела промолчать и спокойно пройти мимо смеющегося брюнета к выходу. Его смех иглами вонзался мне в спину, но я обратила взгляд к загораживающему проход парню.
— Думаю, нам пора.
— Хорошо. — Он согласно кивнул и, подняв свои сумки, вышел в коридор. Я последовала за ним.
— Что, так и уйдёшь? Ни тебе прощального слова, ни поцелуя… — Прошептал Эрос мне в ухо. Чёрт, я с трудом сдержалась, чтобы не вздрогнуть от неожиданности.
— Я спешу. И мне нечего тебе сказать.
— Жестокая.
— Да. — Обернувшись, я встретилась с поблёскивающей лукавством сталью. Чуть выдержав его взгляд, шагнула за порог. Порой жизнь доводит человека до того, что он по жестокости своей приближается к демоном, а то и может их переплюнуть. «А то и»… — это как раз мой случай. Я не рада и не горжусь. На самом деле, я всё это смертельно ненавижу. Но факт остаётся фактом и глупо тешить себя иллюзиями, рушащимися при одном лишь взгляде в зеркало.
17. Один шаг до Антэроса.
Ты мне приснился и я пишу слово «БОЛЬ»
Кудри ржаные тронуты сединой
Мягкие пряди в пальцах моих, наконец
Ты мне приснился… Мгновенье. И вновь исчез.
Жарко и сладко… И больно, до ран в груди.
Кровью рисую два слова «НЕ УХОДИ»
Жизнь выпускаю из жил своих на бетон,
Но не пробиться обратно в погибший сон.
Имени крест вывожу на листке пустом…
Буквой любимой стал крест, только суть не в том.
Дух твой ластится к телу и стынет кровь:
Знаю, ты мне приснился… И вновь уйдёшь.
(Р. Т.)
— Чёрт!
Визг тормозов и разъярённая какофония автомобильных сигналов добили мою многострадальную голову. Отлично, только мигрени мне не хватало! Хорошо хоть, что я успела среагировать и спасти свою черепушку от гостеприимно поблёскивающего в свете ночных огней лобового стекла. А всё эта дурацкая кошка, неизвестно откуда взявшаяся посреди дороги в центре города. Желтоглазая зверушка вальяжно перешла на другую сторону и плевать она хотела на бибикающие авто. Выдохнув сквозь зубы, я дала газу, вливаясь в удручающе медленно движущийся поток машин. Рабочий день подошёл к концу даже у самых трудолюбивых, так что толпы уставших и раздражённых автовладельцев решительно настроились как можно скорее попасть домой, ну или куда там они спешат. Мне, если честно, сейчас больше всего хочется оказаться в какой-нибудь из заброшенных квартир, используемых во время охоты, устроиться на стареньком диване и отдать должное бутылочке французского. Или даже в маленькой келье при обители, забывшись в долгожданном сне на жёстком матрасе. Но нет, чёрт возьми, облом — это моё второе имя. Я ползу с черепашьей скоростью по центру, направляясь в дом номер «7» по Славянской улице, где меня ожидают назойливые и раздражённые, а ещё обиженные и любопытные Элис и Ян. Вдобавок ко всему, на пассажирском сидении имеется в наличии пополнение семейства, в лице симпатяшки стриптизёра. Наконец, я заставила себя посмотреть на него, впервые с тех пор, как мы покинули стоянку у клуба. Златан сидел очень прямо; руки лежат на коленях, лицо повёрнуто к боковому окну. Ощутив мой взгляд, он повернулся и на его лице с секундной задержкой появилось вежливо-внимательное выражение. Такое чувство, будто он изо всех сил старается вести себя «правильно», ничем не вывести меня из себя.
— Не ушибся?
— Всё в порядке. Ты сегодня спасла двоих, как минимум: меня и эту кошку. — Он улыбнулся, не слишком широко, но в улыбке чувствовалась искренняя благодарность.
— Спорим, кошка так не считает. — Это всё, что мне удалось выжать из себя, не прибегая к банальным «всегда пожалуйста» и«не за что».
Какой-то мудак попытался объехать меня; клаксон вишнёвой «Ауди» надрывался. Кожу приятно пощекотало ветерком, когда хорошо известная всем комбинация из выставленного среднего пальца высунулась в окошко. Довольно улыбнувшись, я подняла стекло, заглушая льющийся в мой адрес поток комплиментов от водителя вишнёвой тачки. Миленько.
— Златик, мальчик мой, веди себя хорошо и слушайся тетю Нику, иначе она возьмётся за плётку, — проговорил демон и похабно рассмеялся. Ужасно собой горжусь, потому что сумела промолчать и спокойно пройти мимо смеющегося брюнета к выходу. Его смех иглами вонзался мне в спину, но я обратила взгляд к загораживающему проход парню.
— Думаю, нам пора.
— Хорошо. — Он согласно кивнул и, подняв свои сумки, вышел в коридор. Я последовала за ним.
— Что, так и уйдёшь? Ни тебе прощального слова, ни поцелуя… — Прошептал Эрос мне в ухо. Чёрт, я с трудом сдержалась, чтобы не вздрогнуть от неожиданности.
— Я спешу. И мне нечего тебе сказать.
— Жестокая.
— Да. — Обернувшись, я встретилась с поблёскивающей лукавством сталью. Чуть выдержав его взгляд, шагнула за порог. Порой жизнь доводит человека до того, что он по жестокости своей приближается к демоном, а то и может их переплюнуть. «А то и»… — это как раз мой случай. Я не рада и не горжусь. На самом деле, я всё это смертельно ненавижу. Но факт остаётся фактом и глупо тешить себя иллюзиями, рушащимися при одном лишь взгляде в зеркало.
17. Один шаг до Антэроса.
Ты мне приснился и я пишу слово «БОЛЬ»
Кудри ржаные тронуты сединой
Мягкие пряди в пальцах моих, наконец
Ты мне приснился… Мгновенье. И вновь исчез.
Жарко и сладко… И больно, до ран в груди.
Кровью рисую два слова «НЕ УХОДИ»
Жизнь выпускаю из жил своих на бетон,
Но не пробиться обратно в погибший сон.
Имени крест вывожу на листке пустом…
Буквой любимой стал крест, только суть не в том.
Дух твой ластится к телу и стынет кровь:
Знаю, ты мне приснился… И вновь уйдёшь.
(Р. Т.)
— Чёрт!
Визг тормозов и разъярённая какофония автомобильных сигналов добили мою многострадальную голову. Отлично, только мигрени мне не хватало! Хорошо хоть, что я успела среагировать и спасти свою черепушку от гостеприимно поблёскивающего в свете ночных огней лобового стекла. А всё эта дурацкая кошка, неизвестно откуда взявшаяся посреди дороги в центре города. Желтоглазая зверушка вальяжно перешла на другую сторону и плевать она хотела на бибикающие авто. Выдохнув сквозь зубы, я дала газу, вливаясь в удручающе медленно движущийся поток машин. Рабочий день подошёл к концу даже у самых трудолюбивых, так что толпы уставших и раздражённых автовладельцев решительно настроились как можно скорее попасть домой, ну или куда там они спешат. Мне, если честно, сейчас больше всего хочется оказаться в какой-нибудь из заброшенных квартир, используемых во время охоты, устроиться на стареньком диване и отдать должное бутылочке французского. Или даже в маленькой келье при обители, забывшись в долгожданном сне на жёстком матрасе. Но нет, чёрт возьми, облом — это моё второе имя. Я ползу с черепашьей скоростью по центру, направляясь в дом номер «7» по Славянской улице, где меня ожидают назойливые и раздражённые, а ещё обиженные и любопытные Элис и Ян. Вдобавок ко всему, на пассажирском сидении имеется в наличии пополнение семейства, в лице симпатяшки стриптизёра. Наконец, я заставила себя посмотреть на него, впервые с тех пор, как мы покинули стоянку у клуба. Златан сидел очень прямо; руки лежат на коленях, лицо повёрнуто к боковому окну. Ощутив мой взгляд, он повернулся и на его лице с секундной задержкой появилось вежливо-внимательное выражение. Такое чувство, будто он изо всех сил старается вести себя «правильно», ничем не вывести меня из себя.
— Не ушибся?
— Всё в порядке. Ты сегодня спасла двоих, как минимум: меня и эту кошку. — Он улыбнулся, не слишком широко, но в улыбке чувствовалась искренняя благодарность.
— Спорим, кошка так не считает. — Это всё, что мне удалось выжать из себя, не прибегая к банальным «всегда пожалуйста» и«не за что».
Какой-то мудак попытался объехать меня; клаксон вишнёвой «Ауди» надрывался. Кожу приятно пощекотало ветерком, когда хорошо известная всем комбинация из выставленного среднего пальца высунулась в окошко. Довольно улыбнувшись, я подняла стекло, заглушая льющийся в мой адрес поток комплиментов от водителя вишнёвой тачки. Миленько.
Страница 105 из 105
