Кровавый Фишер. Последний преступник, казнённый в России

Когда почти через год были найдены останки Сережи, следствие по делу «Удава— Фишера» почти сразу предположило, что это дело рук того же маньяка, который в 1986 году убил детей под Катуаром и у пионерского лагеря«Звездный». И второй раз местом преступления стал Одинцовский район Московской области. И если в восемьдесят шестом у него не было «стационара» — постоянного места, где он мог разделывать трупы, теперь следствие понимало, что он смог найти себе«убежище». Он шел охотиться на детей, но в этом был элемент случайности. Удав никогда не знал заранее, кто будет его жертвой, он «снимал» любого, практически первого встречного. Он мог стоять и караулить того, кто попадется. Тогда, в восемьдесят шестом, Удав убивал там, где нападал. И первые тела практически не прятал.

Тогда, летом 1990 года, впервые в поле зрения следствия попал Московский конный завод № 1. Но среди его работников мужчины, разбирающегося в анатомии, не интересующегося женщинами, но зато умеющего находить контакт с мальчишками, как будто бы не было. Директор мог думать о своем зоотехнике первой категории, лауреате серебряной медали ВДНХ СССР С. А. Головкине только, как о передовике производства. Остальные селекционеры, занимаясь искусственным оплодотворением, обслуживали за смену две-три кобылы, а Головкин — семь-восемь. Когда надо было снимать шкуру с павшей лошади, никого не допросишься. Неохота пачкаться. А Головкин — всегда, пожалуйста.

Следствие появилось на конном заводе и прошло мимо настоящего преступника, который к тому же в это время был в очередном заслуженном отпуске и был очень занят — готовился к новому преступлению.

Весной 1990 года, когда земля прогрелась и подсохла, Головкин занялся обустройством погреба. Он углубил и расширил погреб. Теперь даже он сам, при его высоком росте не мог дотянуться там до потолка. Провел туда свет, со всех сторон забетонировал, укрепил в стенах специальные скобы, крючья. Был убежден, что после того, как там стало просторно, тихо, даже если кто-то будет кричать, то при закрытой крышке погреба вряд ли кто услышит…

Купил две паяльные лампы. Оцинкованную железную хозяйственную ванну. Теперь он надежно застраховался от случайностей и добился воплощения мечты своей жизни — он мог пытать. Здесь этот убийца проводил лучшие часы своей жизни. Домашний застенок. Частный ад.

Сознание маньяка давно определило самый привлекательный для него физический тип мальчика. Это были в первую очередь «трудные» подростки, склонные бродяжничать, общаться с незнакомыми людьми и даже совершать мелкие преступления. Например, обчистить чужой сад или сигаретный ларек. Что ж, в определенном возрасте каждый второй мальчишка склонен к опасным шалостям. Возможно, в некоторой степени Головкин считал себя санитаром, очищающим общество от хулиганов, таких которые 10 лет назад напали на него самого.

Август 1990

Для поиска очередной жертвы Головкин несколько раз приезжал на станцию Перхушково. Обычно машину ставил неподалеку, а сам садился на платформе и наблюдал за дорогой, смотрел, кто «голосует». Так увидел очередную жертву. Мальчик был со светлыми волосами, среднего роста и телосложения, ноги у него были полными. Мальчика Головкин заметил, когда тот покупал цветы, а увидев, что он вышел на дорогу и стал «голосовать» сошел с платформы, завел машину, подъехал к нему и предложил подвезти…

Паше было уже пятнадцать лет, но давали обычно меньше. Тихий, мечтательный мальчик, больше всего любивший дарить цветы. Он жил в Калужской области в Балабаново. А в этот день решил приехать в гости к крестной, которая жила в поселке Власиха и вышел на промежуточной станции, чтобы купить ей цветы. В семье, в школе был тихим и незаметным, добрым и отзывчивым.

Головкин был несколько озадачен, когда мальчик с цветами сел к нему в машину. В подвале у него все было уже готово для первой жертвы. Но как туда заманить такого, по виду блаженного? Когда взрослый заикнулся было о краже сигарет, то мальчик посмотрел на него, совсем не понимая, что это ему предлагают. Тогда «педагог» стал быстро менять тему разговора, мол, пошутил и, конечно же, ничего незаконного не хочет, а только проверить в га­раже тормоза. Паша помогал всем и всегда. Как можно было отказать этому доброму чело­веку, который согласился его подвезти?

Маньяк вез жертву к себе в Горки, и всю дорогу говорил об автомобилях и лошадях, со стра­хом поглядывая на доверчивого подростка. Заставить или убедить его залезть в багажник, чтобы его не увидел никто, чтобы избавить себя от случайных свидетелей, убийца не мог. Но ему повезло. Никто не обратил внимания, как в шесть вечера зоотехник въехал в гараж с пассажиром, а уже в одиннадцать вывез оттуда пассажира по частям.