Трое парней сидели на полу маленькой двадцатиметровки студенческого общежития. Между ними покоилась вырезанная из серого картона гадальная доска. Денис сидел спиной к двери — справа от него Агафон, слева — Сергей. Задумчиво покрутив в руках планшетку, выполненную в форме сердца, и подставив ее под свет, Денис придирчиво оглядел гладко отполированное дно...
20 мин, 1 сек 2111
Но не успел сделать и пары шагов, как позади раздался скрип. Денис замер с занесенной для следующего шага ногой, боясь пошевелиться. Скрипели дверные петли. За спиной, в конце коридора открывалась дверь. Парень начал медленно поворачиваться, словно им управлял кто-то другой. Он не хотел смотреть на то, что может быть за дверью. Но все-таки поворачивался.
Дверь негромко стукнулась о гранитную стену коридора.
Денис развернулся на сто восемьдесят градусов и уставился на тех, кто стоял в узком коридоре за дверью. Они прижимались к холодным стенам, оставляя небольшой проход для одного человека. Когда Денис двинулся вперед, ковыляя на прямых ногах, словно кукла, он понял, что этот проход оставили для него.
А за дверью его ждали все те, кого создало его богатое воображение. Болотная тварь таращила на парня свои огромные желтые глазищи; человек с обоженным лицом сладостно потирал руки; черный дог сидел у ног своей мертвой разлагающейся хозяйки и злобно сверкал единственным глазом; ухмылялся мужчина с пришитой кистью, облаченной в красную перчатку; под потолком кружили плотоядные голуби… Утром приехал Роман. Он вошел в незапертую дверь и тупо уставился на залитую кровью комнату: на полу лежало изрезанное ножом тело какого-то парня. Роман сморщил лоб, так как лицо этого парня, даже с выколотыми глазами, было ему знакомо. Рядом, привалившись к стулу, сидел Игорь. В его запястьях торчали сломанные лезвия кухонных ножей, засохшие струи крови украшали пол и стены. Из-под соседней кровати на Романа таращился Агафон. Затылка и темени у него просто не было — вместо них зияла кровавая рана, обильно истекающая мозгом.
Рома внезапно подскочил и заорал, когда за дверью, из шкафа раздался плач. Он положил сумку на пол и осторожно приблизился к створкам шкафа. Плач то усиливался, то затихал и переходил в тихий смех. Роман резко распахнул дверцы и уставился на Дениса. Глаза парня были пусты, губы растягивала сумасшедшая улыбка — от уха до уха. Лоб, щеки, шею украшали выцарапанные гвоздем крестики. Гвоздь Денис все еще сжимал в кулаке.
— Кто они такие? КТО ОНИ ТАКИЕ! — закричал Денис в лицо Роману и снова залился сумасшедшим смехом.
Дверь негромко стукнулась о гранитную стену коридора.
Денис развернулся на сто восемьдесят градусов и уставился на тех, кто стоял в узком коридоре за дверью. Они прижимались к холодным стенам, оставляя небольшой проход для одного человека. Когда Денис двинулся вперед, ковыляя на прямых ногах, словно кукла, он понял, что этот проход оставили для него.
А за дверью его ждали все те, кого создало его богатое воображение. Болотная тварь таращила на парня свои огромные желтые глазищи; человек с обоженным лицом сладостно потирал руки; черный дог сидел у ног своей мертвой разлагающейся хозяйки и злобно сверкал единственным глазом; ухмылялся мужчина с пришитой кистью, облаченной в красную перчатку; под потолком кружили плотоядные голуби… Утром приехал Роман. Он вошел в незапертую дверь и тупо уставился на залитую кровью комнату: на полу лежало изрезанное ножом тело какого-то парня. Роман сморщил лоб, так как лицо этого парня, даже с выколотыми глазами, было ему знакомо. Рядом, привалившись к стулу, сидел Игорь. В его запястьях торчали сломанные лезвия кухонных ножей, засохшие струи крови украшали пол и стены. Из-под соседней кровати на Романа таращился Агафон. Затылка и темени у него просто не было — вместо них зияла кровавая рана, обильно истекающая мозгом.
Рома внезапно подскочил и заорал, когда за дверью, из шкафа раздался плач. Он положил сумку на пол и осторожно приблизился к створкам шкафа. Плач то усиливался, то затихал и переходил в тихий смех. Роман резко распахнул дверцы и уставился на Дениса. Глаза парня были пусты, губы растягивала сумасшедшая улыбка — от уха до уха. Лоб, щеки, шею украшали выцарапанные гвоздем крестики. Гвоздь Денис все еще сжимал в кулаке.
— Кто они такие? КТО ОНИ ТАКИЕ! — закричал Денис в лицо Роману и снова залился сумасшедшим смехом.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
Страница 6 из 6
