Курс алхимии для старшеклассника

Негромко щёлкнувший замок был встречен сгустком сжатого воздуха. Как результат, дверь вылетела ко всем чертям. Вместе с тем, кто её открыл. Впрочем, чертям пришлось довольствоваться дверью — ночной гость оказался умнее, чем надеялся Каин и додумался пусть и странный (кто, КТО, конь вас еби, создает барьер, рассчитанный на защиту ОДНОГО направления))) создать барьер. «Хватило всего одного трупа» — иронично подумал Хёдо. Тем временем, очередной убийца поднял руку, создавая рунный круг. Взмахом левой руки Каин создал щит эмбера. Продержался он немногим дольше двери — поток энергии багрового цвета снёс его, даже не заметив, отправляя алхимика в короткий полёт до противоположной стены, в которую он успешно врезался, подняв в воздух облако пыли.

— Мать твою так и эдак, — коротко охарактеризовал происходящее парень, поднимаясь с земли. Взглянув на алхимическую перчатку на левой руке, он высказался ещё раз, но уже гораздо красочнее — кристалл эмбера, на который он убил полтора года, потрескался и уже начал осыпаться. Вытряхнув осколки и заменив кристалл на более подходящий ситуации, он направился к двери, на ходу запуская «Ядовитые заряды» в предполагаемую цель. С улицы прилетел ещё один багровый сгусток, вновь принятый на щит. Тот опасно полыхнул, но выдержал; чистый — эмбер считался не самым подходящим для экспериментов, но вот барьерные структуры он укреплял многократно.

Выйдя, наконец, из дома, Каин увидел и своего противника. Им оказалась ещё одна ученица Кё, если судить по её форме. Длинные алые волосы и европейское строение лица ни о чём ему не сказали — из всех учеников академии парень запомнил только двух извращенцев и Амано Юму. «Разводят их там, что ли?» — мельком подумал он, методично разлагая барьер девушки магически создаваемой кислотой. Тот, впрочем, ехидно плевал на все потуги алхимика и стойко держался.

— Может поговорим, мм? — без особой надежды спросил Иссей. — А то мне даже не объяснили за что убивать взялись. Обидно как-то.

Ответом ему стала тишина и очередной сгусток энергии. Проследив взглядом «полёт шмеля», Каин вздрогнул — сфера, размером с кулак, на его глазах обратила в пыль несколько квадратных метров стены его дома. А ведь он совсем недавно укрепил их барьерами, не поленившись сделать это под усилением той странной перчатки, запитав всю структуру на один из совершенных чистых камней — Бесконечность, как называли эту разновидность за колоссальные объемы накапливаемой маны. Ночь переставала быть томной, а редкость атак получила объяснение — на такую-то мощь сил за мгновение не собрать. Убивать надоедливую девчонку надо было быстро и наверняка. Жаль, конечно, что не получиться провести над её телом пару экспериментов, но такова судьба — свою жизнь Каин ценил много больше любых экспериментов. Ибо, как верно говорили его учителя, условия для эксперимента ещё повторятся. А ваша жизнь — нет.

Следующую атаку девушки алхимик принял на появившееся в его руках копье, в которое та мгновенно впиталась. И следующая. И ещё одна. А вот четвёртой Каин ждать не стал, попросту раскрутив оружие и указав лезвием на цель. Багрово-чёрная молния змеёй метнулась к девушке, походя проломив барьер и отбрасывая её вдаль по дороге. «Жаль, не разорвало на куски» — мрачно подумал Каин. Пролетев несколько десятков метров, она тяжело приземлилась, пробив заметную борозду в асфальте, и, пошатываясь, поднялась на ноги. За ей спиной раскрылись чёрные крылья.

— Чего? — удивлённо спросил Каин. — И было с чего. Крылья таки были чёрными. Вот только, не красивыми ангельскими — то есть, из перьев, а кожистыми и какими-то… странными, больше напоминающими молнию, какой её изображают в руке Зевса — две ломаные кривые, растущие на пару ладоней ниже лопаток.

— Ладно, не всех миновала Фукусима, это уже понятно, — протянул Хёдо. — Что дальше? Молнии? Странные копья? И самое главное: где, чёрт его дери, развратный костюмчик?

Всё ещё несостоявшаяся убийца оказалась на диво молчаливой и просто метнула ещё один сгусток энергии. Поглощать этот Каин не рискнул — и был совершенно прав — ибо от мощи едва разминувшегося со своей целью снаряда потрескивало само пространство, разрываемое исходящей от него аурой разрушения. Игры кончились — пора было завершать бой, это Каин понял весьма отчётливо. К счастью, любовью к перемене позиций его противница явно не пылала, что открывало простор для её устранения.