Кузина Гарднер

— Украли? О боже! — я округлил глаза и тоже заработал веером. — Кто-то из слуг? Какой ужас! Вам надо обратиться к моему кузену, Шерлоку Холмсу, ваша светлость, он знаменитый сыщик, уверена, он может найти пропажу и наказать виновного!

— Ваш брат, конечно, знаменит, мадам, и о нем интересно читать, но у меня нет причин обращаться даже к самому знаменитому детективу, — холодно ответила герцогиня. — С сапфирами все в порядке.

— А жаль, — внезапно поддержала разговор язвительная Мейбл, — было бы крайне любопытно узнать, как Шерлок Холмс справился бы с поисками. Может, хоть сделаешь вид, что украшение пропало, и позовешь его? Говорят, он просто душка.

Дамы наперебой принялись уговаривать герцогиню позвать моего брата, то есть меня.

— Интересно, найдет ли мистер Холмс ваши сапфиры?

— Сможет ли он понять, что его обманывают?

— Настолько ли он хорош, как об этом пишут?

Ее светлость поначалу протестовала, но понемногу начала сдаваться. Она слегка хмурилась, обдумывая какую-то мысль.

— Но ведь это непорядочно, — сказала она наконец и посмотрела на меня. — Ваш кузен — занятой человек. У него прекрасная репутация. Зачем устраивать нелепые розыгрыши?

— Ах, боже мой, ваша светлость! Майкрофт говорил, что у Шерлока сейчас период застоя в делах. Он сидит на Бейкер-стрит и скучает. Он будет рад даже розыгрышу. К тому же он очень редко отказывает дамам. Он и правда душка.

Я улыбнулся, сделав глоток кофе.

— Если бы моего брата захотели обмануть, я бы этого не потерпела! — внезапно резко заявила маркиза, и щебет дам смолк.

Герцогиня медленно перевела глаза с меня на невестку и скептически приподняла бровь. И тут же снова вмешалась Мейбл — поистине находка для сыщика:

— О да, вы же так любите вашего брата, дорогая.

По реакции окружающих дам, одни из которых приняли слишком невинный вид, а другие прятали улыбки, я понял, что речь идет о герцоге.

— Это же просто шутка, миледи, — поспешил вмешаться я. — Мой кузен Шерлок вовсе не против шуток, он посмеется вместе со всеми, когда все откроется. Маркиз рассказал мне во время танца, что они с сыном часто играют в сыщика и вора, что-то прячут в доме. Всегда можно будет сказать, что это была такая игра; уверяю, Шерлок с вас даже гонорара не возьмет! А юный виконт наверняка будет рад познакомиться с настоящим сыщиком!

— Я в состоянии заплатить гонорар за радость внука, — решительно заявила герцогиня. — Вы предупредите вашего брата, что завтра я напишу ему. — Герцогиня не спрашивала, а распоряжалась, мне оставалось только кивать. — Только не проговоритесь, милая.

— Ну что вы, ваша светлость, — я невинно «потупила глазки». — Я забуду о нашем разговоре сразу, как только мы покинем эту комнату.

— Надеюсь, ты не собираешься брать гонорар еще и с герцогини, мой мальчик?

— Оливия же ясно сказала — Шерлок гонорара не возьмет!

Этими фразами мы обменивались уже по пути домой в экипаже, когда я по возможности дословно передал брату весь щебет милых леди за кофе. И как они его пили? А ведь некоторые еще и пирожные ели… Лично меня только слова Уотсона о том, с каким удовольствием он меня расшнурует, удерживали от желания попросить брата сделать это немедленно, прямо в экипаже.

— Вот еще, — Майкрофт покосился на мое лицо, тут же прочитал «греховные мысли» и рассмеялся. — Я не такой!

— Это кузина Гарднер не такая! — засмеялся и я.

Однако, когда мы наконец-то приехали к Майкрофту и оказались в квартире, я был в полуобморочном состоянии. И даже нюхательные соли уже не спасали.

— Уотсон, помогите! — простонал я, вваливаясь в гостиную. — На вас вся надежда.

Джон, не говоря ни слова, подхватил меня под локоть и повел в спальню.

— Держитесь за комод, — велел он.

Он так ловко принялся расстегивать крючки, что я поклялся: когда смогу дышать, я еще выскажусь по поводу его умений.

Он снял с меня все слои одежды, очистив, как луковицу, и наконец принялся расшнуровывать корсет.

— О боже! — простонал я, сделав первый нормальный вдох и стянул с головы парик. — Боже мой! Однако вы явно преуменьшили когда-то число ваших побед у дам.

— Что? Тяжко? — И тут Уотсон неожиданно шлепнул меня по заду. — И сколько кавалеров вас обнимали за время вечера?

— Вообще-то всего один, — язвительно ответил я. — Танцы с остальными объятий не предусматривали.

— И кто же этот наглый тип? — спросил Уотсон, стаскивая с меня «доспехи» и оставляя в женском нижнем белье. Он посмотрел на меня, не выдержал и расхохотался.

— Вам смешно, а мне пришлось танцевать с наследником, — проворчал я, надевая халат и садясь у зеркала, чтобы снять грим.

— Не может быть! Правда? — глаза Уотсона загорелись любопытством.

— Правда. Между прочим, его высочество нашел меня «очаровательной».

— Черт возьми!

— Ничего не могу поделать, — хмыкнул я, втирая в кожу мазь для снятия грима. — Миссис Гарднер имела успех.

«Уважаемый доктор Уотсон.»