Лабиринт

Северус сжал зубы и начал стравливать веревку. Нужно было обвязать руки: нейлон резал его, как нож. Странно, но особенной боли Северус уже не чувствовал. Как бумагой порезаться. Сто раз подряд. Ничего страшного.

До воды еще оставалось футов двадцать, когда натяжение ослабло — магия вверху схлопнулась-таки, — и воздух ударил Северуса в лицо. Он едва успел положить на себя Легкое Падение, хоть и готовился, и ожидал…

Вода ударила его в пятки, схватила и утянула вниз. Он зажмурился, сдержал дыхание. Не выпустил палочку. Ничего не выпустил. Оттолкнулся от дна как мог сильно, рванул вверх.

Повезло — не очень глубоко… Но с полной высоты, без подготовки… он бы расшибся наверняка. Вынырнул, отплевываясь от затхлой воды, работая ногами изо всех сил. Поднял руку, так, чтобы кончик палочки выступал из воды. Огляделся.

Он упал в круглый бассейн, обрамленный скульптурами. Вроде бы змеи — или драконы? Василиски? Держат добычу?

Позади в воде он ощутил шевеление. Вздохнул судорожно и, не разворачиваясь, махнул палочкой вниз и назад, на ощущение движения.

— Сектумсемпра!

Его развернуло в воде, что-то большое дернулось, Северуса качнуло к борту — он уцепился за скульптуру, надеясь, что она не оживет и не решит его сожрать, — и все стихло. Сглотнул, засветил Люмос. Посмотрел на воду. Красная. И белая туша змеи висела в ней кверху брюхом.

Его действительно пытались сожрать. Вот черт. А он так надеялся, что обойдется без чудовищ.

— Снейп, — прошелестел совсем рядом шепот Поттера, — слезь с моей руки, а?

Северус чуть не свалился от неожиданности, дернулся влево, поднял палочку повыше.

Поттера держала каменная змея, обвившись кольцами вокруг тела. Кисти раскинутых рук и затылок уже наполовину погрузились в камень. Из рассеченной щеки сочилась кровь, а половина лица чернела гематомой.

Поттер смотрел на него. Губы едва дрожали, пытались сложиться в улыбку.

— Лихо ты ее. А я палочку… выронил. Упал почти плашмя. Больно — жуть…

Живой. Северус едва не рассмеялся. Живой! Теперь все будет хорошо. Все — будет.

— Я подготовился, — сказал он. — У тебя времени не было. Из-за меня. Ничего. Сейчас вылезем, не бойся!

— Как? Эту — ничего не берет. Я пробовал. Даже Редукто.

— Сдурел? Себя, что ли, взорвать хотел?!

— Да пофиг уже. Хоть бы не в камень. Но не сработало.

— Но с палочкой…

Режущее на змее не сработало тоже.

«Ты дурак, Снейп, — подумал Северус, — он же и сам уже частью камень. Как его вытащить? Как?»

— Надо, чтобы она тебя отпустила сама. Должно же быть какое-то условие!

— Хозяин, наверное, мог… потребовать. Или на змеином языке… как Слизерин… Ты — говоришь со змеями?

Северус помотал головой.

— В сказках, — сказал он, — всегда есть условие. Ну всегда же можно освободить!

Джеймс таки улыбнулся.

— Это… если бы ты был мне… невестой! Так — в сказках.

Северус сплюнул. Стукнул по змеиной голове рукоятью ножа.

— Ты! Выпусти его! Я за ним пришел! Я… — Он вспомнил кое-что еще, легендарное. Вдруг… — Возьми меня взамен!

— Сдурел?!

Змея, казалось, стала объемнее. Реальнее. Прислушалась? Но колец не отпустила.

Джеймс посмотрел на Северуса ошарашенно.

— Она шевельнулась, — прошептал он.

— Это правильное направление, — сказал Северус. — Нужно что-то еще. В сказках — невеста, да?

— Или сестра. Ну, кто-то близкий…

Или — брат.

— Поттер, — сказал Северус, — ругайся потом, ладно? А сейчас — повтори за мной.

И прижал разрезанную веревкой руку к порезу на щеке Джеймса. Правильный ритуал, с проходом под тремя пластами дерна, здесь не провести, может, так сработает. Идея-то та же…

Джеймс глянул недоуменно, открыл было рот.

— Я, Северус Тобиас Снейп, — сказал Северус на корявой своей латыни, чтобы звучало более внушительно, — называю тебя Джеймс Поттер моим кровным братом. У нас одна кровь, отныне и навсегда.

Джеймс моргнул. Но повторил. И добавил уже по-английски:

— Ты сдурел. Такого ритуала нет. Не сработает.

— Сейчас проверим. Когда она тебя отпустит, хватай нож и бей ее. Палочку она мне наверняка выбьет. В общем, что не выбьет — то и хватай.

— Ага.

— Эй, змея, — сказал Северус, — отпусти моего брата. Возьми меня.

И змея развернула белые кольца. Джеймс рухнул в воду, а Северуса будто скрутило стальным тросом. Хвост змеи вывернул ему правую руку, палочка вывалилась из пальцев. Он попытался ударить гадину ножом, но лезвие соскользнуло с белой чешуи.

Северуса приложило спиной о каменный борт. Затылком впечатало в камень. Он выпустил оружие, в глазах потемнело — и вдруг кольца ослабли, и руки окатило теплым. Он помотал головой. Проморгался.

Джеймс — весь в крови — светил ему в лицо Люмосом. Держал его за плечо. Рядом, на бортике, лежал окровавленный нож.

— Сработало, — прокашлял Северус. — Охренеть.

— Не то слово, — Джеймс хрипло рассмеялся. — Давай вылезать.

— Давай. Лезь сначала ты. Она мне, похоже, кисть свернула, гадина…