Лабиринт

Проложенная тропа, казалась безупречно выложенной и слишком ровной. В голову забралась тень сомнения: А не ошибся ли я поворотом? Но нет, всё сходилось. Только в какой части поля я оказался, так и не понял, поэтому решил продолжить путь, ничего не меняя. Постепенно тропа начинала петлять, причём, не изменяя своей идеальности. Сомнения начали острее впиваться в мозг, а сверху ещё палило солнце. Тут я вспомнил вещий сон и понял, что оказался в его власти (читай: своего воображения). Я снова остановился — наваждение было очевидным! Всё совпадало до мельчайших подробностей. Невольно пришлось поверить в сон в руку. Но так как я знал, что где-то рядом меня поджидает западня, а финал сновидения мне неизвестен, то решил действовать максимально осторожно. Конечно, я много раз читал о загадочных кругах и знаках, возникающих во всех уголках света, — но это было что-то другое, хотя и, несомненно, похожее. Часы упрямо двигались вперёд и намекали, что первая электричка уйдёт без меня. Мне же с каждым шагом ориентироваться становилось всё труднее, а прорываться сквозь заросли было бессмысленно и трудно. Вот появилось место, похожее на то, где я во сне совершил падение. Аккуратно его, обогнув, я затаил дыхание и миновал подозрительное место, сам не осознавая, что стал заложником сна.

Но через несколько метров, очертания злополучного места повторились, и я стал озадаченный. Страшно пересохло в горле. Хорошо, что под рукой было молоко. Я сделал несколько глотков и задумался. Если это игра воображения, то реальность просто издевается надо мной, и всеми силами пытается перехитрить. Отсюда можно сделать вывод, что она тоже обладает мышлением, и что хуже всего — преследует какую-то цель. Что звучит ещё более бредово. Но какую цель? Заманить меня в ловушку? Для чего? И почему меня? — вопросы сыпались как пулемётные очереди, оставляя лишь эхо в голове. Чувство страха и безысходности начинало поглощать остатки логического мышления. Я понял, что оказался в загадочном лабиринте, происхождение которого окутано тайной, так же, как и моё здесь нахождение. Только сейчас я начал осознавать, что это место притягивает словно магнит, и в случае одоления добычи, — может сотворить всё что угодно. Но стоять и бездействовать было бессмысленно. Я собрал волю в кулак и предпринял попытку к бегству. Очертя голову, ноги несли меня вперёд навстречу неизвестности. И злой рок всё же взял своё: очередной шаг заставил провалиться ногу в пустоту, увлекая за собой и тело. Колкие спицы сорняка стали царапать лицо при падении. Руки автоматически цеплялись за края обрыва, но только посыпали голову землёй и глиной. Где-то вдалеке раздался гудок, уходящей электрички. Это последнее, что я слышал на поверхности земли.

Мой полёт продолжался недолго: я приземлился на колени, удержавшись руками о почву. Затем стряхнул с себя остатки земли и травы, поднялся и посмотрел наверх. Я оказался метрах в четырёх от поверхности, в совершенно тёмном, искусно вырытом ландшафте. Сверху падала небольшая полоска неба, которая и служила теперь освещением. Ров оказался своеобразным коридором, ведущим в две стороны, к тому же, он был узким в ширину, так как я, при плотной своей комплекции, смог только развернуться и посмотреть направо и налево. Выбраться наверх не представлялось возможным, (почва была слишком рыхлая) и я стал думать, как найти выход. Мой выбор пал на ту сторону, куда вела полоска неба (в другой стороне её не было). По мере своего продвижения, я чувствовал, что почва под ногами начинает уходить глубже.

Вскоре, полоса неба над головой превратилась в нитку, и мне стало не по себе. Вдруг я стал различать какое-то странное свечение впереди, и тихо стал приближаться. Оказалось, что и коридор начал расширяться, превращаясь в некий туннель с различными ответвлениями. Свечение усилилось, и я встал, поражённый увиденным: свет исходил от белой полосы, нанесённой на грунт, наподобие фосфора, но гораздо интенсивнее. Почва же под ногами превратилась в светло-красный песок, которого я не видел ни разу в жизни. Этот симбиоз создавал необычайное восприятие, отдавая фантастикой. Но мне было сейчас не до сказок. Фосфорная лента освещала все участки тоннеля, иногда обрываясь и меняя направление. Тоннель, кстати, имел квадратную форму, но не имел ни начала, ни конца. Я снова остановился в растерянности. Идти дальше было страшно, и, скорее всего, — опасно! Абсолютная тишина напрягала нервы ещё больше. Если я нахожусь здесь, значит — это не просто так! — нервы начинали сдавать.