Леденцы на любой вкус

— Так зовут сокола. Я только сегодня узнал это из письма, которое он (или она) послал мне, — поторопился объяснить Гарри, заметив возрастающее подозрение на лице Дамблдора, и поторопился отдать ему записку.

— Хорошо, теперь мне всё понятно. Гарри, ты не мог бы отнести Сеза в совятню? Мне нужно время, чтобы написать ответ. Я дам тебе знать, когда он будет готов.

— Хорошо. До свиданья, профессор.

На следующий день Дамблдор не связался с ним. Вечером Гарри пошёл в совятню, проверить, там ли ещё Сез. Птица немедля подлетела к нему, но когда поняла, что ответа ещё нет, вид у неё стал обиженный. Если бы по виду Сеза можно было судить о чем-то, то Гарри мог бы подумать, что птице совсем не нравится проводить свое время с совами. Те тоже были не в восторге.

Дамблдор вызвал Гарри двумя днями позже. Когда он вошёл, в кабинете уже сидели Макгонагалл и Снейп. Макгонагалл имела обеспокоенный вид, Снейп же, напротив, бросал убийственные взгляды. Глаза директора поблёскивали, как всегда. Гарри с опаской присел.

— А, Гарри, я рад, что ты здесь. Я снова думал о твоей просьбе остаться на лето в школе. Не надо делать такой удивлённый вид. После долгих обсуждений мы с профессорами пришли к выводу, что будет лучше, если ты проведёшь летние каникулы здесь. Я переговорил с попечительским советом, и они согласились на это. Разумеется, есть некоторые условия. Одна из главных причин, почему студентам не разрешено оставаться на лето в Хогвардсе — здесь не действуют министерские чары по выявлению использования магии несовершеннолетними. Ведь это школа, и предполагается, что когда дети здесь, они используют магию. В результате студенты, оставшиеся здесь на лето, могут нарушить закон с полной безнаказанностью. А Министерство не выносит такого.

— Но профессор, я могу отдать свою палочку вам, если хотите, я… — заговорил Гарри в отчаянном порыве использовать любую возможность, лишь бы остаться в школе.

— Тише, Гарри, дай мне закончить. Кроме того, это не выход. Отлучение мага от волшебной палочки, если он не нарушил никаких серьезных законов, является существенным нарушением Международных прав волшебника. И за это дают 10 лет Азбакана. Даже родителям не разрешается делать этого больше чем на 2 часа. Так что как видишь, это не выход.

«Замечательно, и вы это мне говорите только теперь, — подумал Гарри. — А ведь я всё это время мог подать на Дурслей в суд за нарушение прав волшебника. Хотя 10 лет в Азкабане — это уж слишком, они могли бы там и умереть. Лучше уж пусть никто об этом не узнает. Кроме того, если я правильно понял Дамблдора, я не возвращаюсь туда. Судьба сжалилась надо мной. Вот если они скажут, что я должен вернуться на Прайвет-драйв, тогда и расскажу обо всем.»

— Тем не менее, — продолжил Дамблдор, — Я получил для тебя разрешение министерства на использование магии во время летних каникул. Но есть одно условие. Как повод я использовал то, что тебе необходимы дополнительные занятия. Другими словами, каникул у тебя не будет.

— Профессора, остающиеся в Хогвардсе на каникулы, согласились давать тебе дополнительные уроки. Ты обсудишь свое расписание позже с профессором Снейпом, который будет отвечать за твое обучение. Он же будет вести у тебя большинство предметов: зелья, защиту и древние руны. Я знаю, что последнего нет в твоем расписании, но тебе придется заниматься и этим. Честно говоря, у тебя будет намного больше уроков, чем обычно во время учебного года. Я думаю, что таким образом Фудж пытается тебя запугать. Он не соглашался давать разрешение, если в твоём расписании будет менее 8 часов уроков в день, включая субботы. Это еще не все. Твои дополнительные занятия будут продолжены и в учебном году. Министр не согласился ни на какие другие условия. Я пойму, если ты захочешь отказаться. Это огромная жертва. Ведь в случае согласия у тебя не будет отдыха до окончания Хогвардса. Даже в рождественские каникулы тебе придётся заниматься. Вероятно, тебе потребуется время для принятия решения, ко…

— Я согласен! Не вопрос! Пусть будет так! — почти прокричал Гарри. Неважно, даже если он умрет от изнеможения, это все равно лучше, чем все лето быть ненавидимым, эксплуатируемым, да притом ещё и игнорируемым собственной семьёй.

Кроме того, дополнительные занятия будут невероятно полезны. Он конечно не Гермиона, но и не Рон, он понимал необходимость обучения, особенно когда весь Волшебный мир ожидал от него, что он убьет одного из самого сильного темного волшебника живущего на земле. И когда вышеназванный волшебник только что и делает, как ищет способ убить его.

Кроме того, дополнительные занятия будут невероятно полезны. Он конечно не Гермиона, но и не Рон, и прекрасно понимал необходимость обучения, особенно когда весь Волшебный мир ожидал, что именно Гарри Поттер убьет одного из самых сильных темных волшебников, живущих на земле. И это притом, что тот самый волшебник только и делает, что ищет способ убить его самого.