Леденцы со вкусом крови

Отвратное чувство

Тело жутко ломило, каждая частичка тела горела, нет сил чтобы подняться, но надо пересилить боль. Я спустила ноги на холодную плитку, приятно. Встав на ноги, я ощутила сильную боль, будто кто-то ударил по ногам палкой, не удержавшись я упала.

«— Ну же, Алиса, ты сможешь!» — говорила я сама себе, но чем больше я это повторяла, тем больше казалось это пустыми словами.

Я кое -как привстала и села на пол, пытаясь вспомнить, что со мной было. Немного помню: Дом, поляна, доктор, Джек, зима, страх, удар, снег, вода, холод, а дальше тьма и всё. Я осторожно, дабы не причинить самой себе боль дотронулась до щеки. Три царапины немного щипали, но это малость. В голову будто, что-то стрельнуло и я вспомнила, кто меня ударил и что было в тот вечер. По щекам побежали слёзы, Джек, как ты мог? В комнате раздался смешок, означающий, что клоун рядом. Страх овладел мной, я сжалась в комочек и настораживающее огляделась. В углу стоял он и улыбался во все тридцать два клыка.

Я решил в который раз навестить подругу, но каждый раз, как я приходил, она лежала на кровати, доктора крутились вокруг неё, постоянно крича что-то друг другу, кто-то просит антибиотик, кто-то шприц и ещё какую-то дрянь. Но в этот раз она в сознании, сидит на полу и испуганно смотрит на меня, что странно, обычно она улыбается. Я подошёл ближе и такой реакции точно не ожидал:

— Не подходи!

— Что?— я не понимающе посмотрел на неё, приподняв бровь.

— Не подходи, я боюсь тебя! Ты… ты… — я ослушался и сел на корточки, напротив неё. Она прожигала меня испуганным взглядом. Какая же она беззащитная и беспомощная. Я протянул к ней руку, но она вздрогнула и закрыла глаза.

— Почему?— я приблизился к её лицу и прошептал на ухо.

— Ты сделал мне больно, ты… ты ударил меня, ты обещал, что защитишь меня, но… — она говорила быстро и тихо, но годы общения с ней сыграли свою роль и я понял. Я задумался, действительно. В детстве, я пообещал, что буду беречь её от опасностей, от всех кто её обидит, но тогда было другое время, когда я воспринимал всё за игру, а Алиса-марионетка и просто из-за скуки наблюдал за ней, а потом при подходящем моменте убил бы её, но почему я не могу сделать это сейчас, ме жалко? Смотреть на то как она мучается, стало не забавно, а скорее противно, хочется убить этих жалких людишек, развесив их внутренности по комнате, как гирлянду, выглядело бы красиво.

Я аккуратно дотронулся до щеки, по которой в порыве злости ударил, оставив ранки от когтей, Алиса дрожала, как осиновый лист и продолжала плакать. По моей руке побежала кровь, стронно, что после всех пыток она плакала слезами и кровью. Это забавно и странно. Она вновь подняла свой испуганный взгляд.

— Прости… — я улыбнулся и дотронулся её губ своими. Вряд ли она такого ожидала, я и сам не понимал, что на меня нашло. Её губы мягкие, я прикусил их осторожно, чтобы не прокусить до крови. Я почувствовал на груди её руки, пытающиеся меня оттолкнуть, я не стал сопротивляться и просто взглянув на неё ещё один раз развернулся и растворился в воздухе. Думаю она долго будет сидеть и размышлять о случившемся, Алиса всегда воспринимала меня как друга, а теперь я для неё монстр?

Я был дома, у себя в комнате, она была вся чёрно-белая, лишь леденцы в стаканчиках и человеческие органы на трюмо и столе отвлекали от тёмной атмосферы.

Неожиданно на меня «налетела» волна злости, ярости и я со всей силы ударил по кофейному столику, разломав его пополам, ваза упала и разбилась, осколки разлетелись по чёрному ковру, теперь будет трудно их собирать, проклятье!

В дверь кто-то постучал, я грубо разрешил войти. В комнату вошла Мери, она обеспокоенно смотрела, то на меня, то на столик. Но потом сразу сделала серьёзное лицо.

— И?

— Ненавижу людей!— принялся расхаживать по комнате, пр этом размахивая руками и задевая стаканчики с конфетами. И тут я свалил коробку, свою драгоценную коробочку, я бережно поднял её и вместе с ней упал на кровать.

— И поэтому ломаешь мебель? Ты и до этого их терпеть не мог, а что сейчас вызвало такую злость?

— Девчонка!— с некой раздражительностью прорычал я.

— Что прости? Твоя жертва?

— Да!

— Так убей её и всё.

— Не могу! Я не хочу… — погодите, не хочу? Не могу? Джек ты больной?

— Джек!— девушка сидела рядом.

— Что?

— Может тебе развеяться? Погуляешь, там не знаю, а то весь день я тебе сидеть не дам. Ты помнишь, что за неделю у каждого должно быть минимум три жертвы за неделю. А ты отстаёшь, хрен знает на сколько, тебе жить надоело?

— Да…

— Сейчас отхватишь!

— Ладно… Прогуляюсь.

— Джек, а дай ещё конфетку!

— Держи!— мальчик восьми лет скакал вокруг меня, весело смеясь.

— А можно вишнёвую?

— Конечно, Алис… То есть Дерек. — опять это имя, когда я произношу его, внутри возникает отвратное чувство, но оно приятное и ни с чем не сравнимое. Я дал мальчику леденец, он взял его, но есть не стал.

— А кто такая Алиса?

— Не знаю… — о нет, я прекрасно знаю кто это и раз не могу убить её, то убью тебя, мелкий гадёныш!