Летние забавы в Ривенделле

Трандуил не мог видеть лица Леголаса (потому что лежал, уткнувшись ему в плечо), но почувствовал, что тот улыбнулся.

— Может… я уже пойду? — спросил Леголас так, будто боялся обидеть.

Трандуил приподнялся.

— Ну уж нет! — заявил он тоном, не терпящим возражений; но потом, встретившись взглядом с ласковыми глазами Леголаса, не удержался и поцеловал его в уголок губ. — Останься, — сказал он мягко, покрывая поцелуями подбородок и шею Леголаса. — Ведь у нас впереди еще целая ночь.

Бальзам на душу

Трандуил проснулся с таким ощущением, будто вчера весь день провел в конном походе. С кряхтеньем сев в постели, он оглядел себя, пытаясь припомнить, что произошло после того, как он подхватил Леголаса на руки и внес его в павильон. Кажется, желая доказать свое превосходство над соблазнами Ривенделла, Трандуил сначала удовлетворял Леголаса всеми мыслимыми и немыслимыми способами, а потом, боясь признаться, что окончательно выдохся, позволил Леголасу несколько раз овладеть им. Сейчас, когда любое, даже самое пустяковое усилие давалось ему с большим трудом, Трандуилу пришлось нехотя признать, что вчера он явно переоценил свои силы. С грехом пополам одевшись и приведя в порядок свои волосы, Трандуил поковылял к веранде дома, откуда доносились веселые голоса: обитатели Ривенделла и гости уже вовсю завтракали. Перед самой верандой Трандуил выпрямился, вскинул голову, попытался не прихрамывать… словом, сделал всё возможное, чтобы выглядеть блистательно и величественно — как и подобает великолепному королю Трандуилу. Но несмотря на все его старания, лорд Элронд, едва завидев царственного гостя, всплеснул руками:

— Ах, батюшки! Что это с тобой, мой друг? Вид у тебя, прямо скажу, весьма потрепанный, — и спросил участливо: — Плохо спалось?

— Вернее, совсем не спалось! — прыснули Элладан и Элрохир — и покосились на Леголаса, уплетающего завтрак: оладьи с корицей и яблоками под сливочно-ванильным соусом.

Леголас, блеснув глазами на Трандуила, лишь улыбнулся и смущенно промолчал.

— Да ладно вам, насмешники, с кем не бывает, — заступился за Трандуила Глорфиндель. — Вот нам с Эриком вчера тоже… плохо спалось. Да, Эрик? — он игриво подмигнул Эрестору, который к этому времени уже покончил с оладьями и лакомился клубникой со взбитыми сливками. Встретившись взглядом с Глорфинделем, Эрестор усмехнулся и соблазнительно прикусил клубничку.

Элронд усадил Трандуила напротив Леголаса, рядом с Эстелиром, и принялся накладывать ему оладьи.

— Вот, откушай, мой друг, — приговаривал он, подбавляя Трандуилу то оладий, то соуса. — После такой… эм-м-м… насыщенной ночи тебе просто необходимо восстановить свои силы. Вот, позволь, я налью тебе лимонаду…

Трандуил взглянул на покрытый капельками влаги кувшин с лимонадом и невольно вздрогнул. Однако золотистые, с пылу-с жару, оладьи, распространяющие дразнящий аромат корицы, казались такими аппетитными, что Трандуил вдруг осознал, насколько проголодался. Наевшись, он вскоре почувствовал, как по телу разливается умиротворение и нега. Конечно, каждое движение по-прежнему отзывалось болью в мышцах, но Трандуил, разомлевший от вкусной еды, праздных разговоров за столом и Элрондовой заботы, уже почти не обращал на боль внимания. Он откинулся на спинку плетеного кресла (мысленно поблагодарив Элронда за то, что тот предусмотрительно подложил подушечку на сиденье) и обвел взглядом веранду.

Снаружи уже вступал в свои права жаркий летний день, но здесь, на веранде, всё еще царила тень и прохлада. Сладко пахло горячей выпечкой, яблоками, ванилью и клубникой со сливками; легкий ветерок приносил запах нагретой на солнце земли и воды. По деревянным столбикам веранды, по резным перильцам, по полу, покрытому цветными вязаными ковриками, скакали солнечные зайчики, отчего дерево приобретало уютный медовый оттенок. Хлопотливые хоббиты сновали туда-сюда с забавными деловитыми мордашками. За столом то и дело раздавался веселый смех близнецов и утробный хохот Глорфинделя, которому вторил Больг.

Трандуил посмотрел на Леголаса: тот притянул к себе соусницу и ел сливочно-ванильный соус маленькой серебряной ложечкой. Словно завороженный, Трандуил наблюдал, как Леголас проводит ложечкой по губам, размазывая соус, а потом медленно слизывает его с губ, высовывая язычок, как котенок… Трандуил заерзал на стуле, ощутив прилив возбуждения. Леголас, посмеиваясь, слушал болтовню Элладана и Элрохира и даже не поворачивался в сторону Трандуила, а тот залюбовался им, рассматривая пушистые, переливающиеся на солнце волосы, нежную золотистую кожу, тонкую шейку, которую Трандуил еще совсем недавно покрывал страстными поцелуями. Когда Леголас смеялся, на его щеках появлялись ямочки. Прошлая ночь, совершенно вымотавшая Трандуила, будто бы не оставила на Леголасе ни следа: казалось, он ничуть не устал, прекрасно выспался и прямо-таки сиял юностью. Трандуил поймал себя на мысли, что немного завидует ему.

А тут еще Элронд подлил масла в огонь — наклонившись к Трандуилу, он сказал вполголоса: