Личный детектив Джона Уотсона

— Чем сегодняшний случай отличается от предыдущих? — спросил он, оторвавшись от изучения фотографий третьего тела.

— С чего ты взял, что он отличается? — подозрительно уточнил Лестрейд.

Шерлок пожал плечами:

— С того, что вы примчались ко мне на машине со включенной мигалкой и с готовыми бумагами для Джона.

— Ну, может, я просто к четвертому делу понял, как сильно ты мне нужен?

— Приятно было бы знать, что вы настолько поумнели, но, боюсь, скорее прав я. Так в чём разница?

Лестрейд вздохнул, признавая поражение.

— Раньше они не оставляли записок.

Шерлок засиял. Он был прав! И какая замечательная деталь — записка, из неё можно извлечь столько полезной информации!

Джон, сперва пытавшийся аккуратно заглянуть в папку с делом, а потом внимательно прислушивавшийся к диалогу, не выдержал и спросил:

— А что именно вы расследуете?

Шерлок, наклонившись, взял с переднего пассажирского сиденья газету и подал её Джону. — Вот, почитай: статья про серийные самоубийства.

— Спасибо, — пробормотал Джон и, раскрыв газету на нужной странице, уставился на маленькое фото Лестрейда в начале интервью.

Когда они приехали к дому на Лористон-Гарденс, где произошло очередное «самоубийство», Лестрейду позвонили, и он убежал получать втык вдали от мигалок и суетящихся за оградительными лентами полицейских — подчиненным ни к чему лишний раз видеть, как орут на их начальство. Это подрывает авторитет. Прежде чем уйти, инспектор махнул рукой в сторону дома — мол, пока идите туда.

Разумеется, сержант Донован оказалась на месте, и без столкновения с ней не обошлось. Преградив Шерлоку путь, она грозно спросила:

— Ты что тут делаешь, негражданин? — похоже, такое обращение ей казалось более оскорбительным, чем просто «раб». Плохо быть идиоткой, даже уязвить толком не получается.

Шерлок давно привык к жалким попыткам сержанта его задеть и не обращал на них внимания.

— Собираюсь вам помогать — по приглашению Лестрейда, — ответил он спокойно. Ладно, возможно, подпустив немного высокомерия в голос, но совсем немного. Только чтобы взбесить, но не быть уличённым в недопустимом обращении, если вдруг окажется, что его слова записываются на диктофон.

Сержант предсказуемо разозлилась и в поисках, к чему бы прицепиться, наткнулась взглядом на Джона, неловко переминавшегося чуть позади Шерлока.

— А это ещё кто?

— Он со мной, — быстро ответил Шерлок и буквально спиной почуял усмешку Джона. Действительно, забавно, обычно хозяева так говорят о рабах, а не наоборот. Впрочем, главное, что возмущаться Уотсон не стал. Предоставил это Донован, и та не замедлила высказаться:

— Я знала, что ты наглец, но сегодня ты переходишь все границы — твоему любовнику тут не место.

— Конечно, ведь только вам должно везти настолько, чтобы близкие люди находились среди коллег, — согласился Шерлок. — Надеюсь, вы, как добрая самаритянка, достаточно помогли Андерсену, у которого жена в отъезде.

— На что это ты намекаешь?

— На домашнее хозяйство, разумеется. Судя по состоянию ваших коленей, вы мыли ему полы всю ночь, не так ли?

Джон хмыкнул, а Шерлок прошел мимо ошарашенной Донован, думая вовсе не о деле, а о сексе. Это занятие оказалось ещё более вредным, чем Шерлок мог вообразить. Почему сейчас, вместо того, чтобы сосредоточиться на расследовании, он пытался представить, насколько привлекательной может показаться ему самому коленно-локтевая поза на полу? Абсолютно неуместные мысли, которые он поспешил выбросить из головы — но то, как сильно они отвлекали, не могло не тревожить.

Впрочем, труп женщины в ярко-розовом плаще и туфлях в тон выбил из головы всё лишнее. Это было увлекательно. Выцарапанное на полу в последних усилиях имя «Рейчел» будоражило. Что заставило агонизирующую женщину так стараться? Что за информацию она непременно хотела донести до людей, которые найдут её тело? Версия самоубийства выглядела более чем сомнительно: женщина могла написать записку в блокноте или на стене карандашом. Как угодно, но в любом случае можно было это сделать заранее, а не уже корчась на полу после принятия яда. Или последняя мысль её настолько встревожила? Непонятно. Интересно!