За окном, покачиваясь в такт машине, мягко проплывает массив леса. Ближайшие, вдоль дороги, деревья стремительно проносятся, растекаясь серо-зеленой тенью, те, что подальше, смещаются медленнее, в глубине, где отдельные стволы почти не различимы, смешиваются в единую темную массу, чаща и вовсе неподвижна…
569 мин, 30 сек 10809
Вопрос прозвучал дважды, прежде чем пробился в разгоряченное боем сознание. С трудом умерив гнев, уже готовый выплеснуться на оставшегося противника, Ольга остановилась, повернула голову. В дверях, с ужасом взирая на происходящее, застыл директор. Перекосив лицо в кривой ухмылке, Ольга выдохнула:
— Ничего особенного. Обычное общение с клиентами.
Дальнейшее она помнила смутно. Директор кричал так, что звенело в ушах. Со всех кабинетов сбежались работники: кто-то стоял, ошеломленный происходящим, кто-то вызывал «Скорую». Одна из девушек-бухгалтеров, с застывшим от ужаса лицом, оттирала платочком кровь со стены, другая бестолково металась, не зная, кому помогать и что делать.
С трудом сдержавшись, чтобы не ответить резкостью директору, обвиняющему ее во всех смертных грехах, Ольга оделась, поспешно покинула здание. Остатки ярости жгли огнем, и она долго гуляла, расплескивая сапогами грязные зеркала луж, пока не успокоилась. Заглянув в попавшееся кафе, она со вкусом пообедала, после чего, окончательно успокоившись, вернулась на работу.
Против ожидания, в коридоре никого не оказалось, судя по всему, под влиянием чувств, она немного «загулялась», пропустив основное действо. Ольга зашла в кабинет, осмотрелась. Все на своих местах: стулья стоят ровно, бумаги аккуратно разложены, сбитая во время потасовки вешалка вернулась на место.
Раздевшись, Ольга прошла к своему месту, присела. Взгляд привлекла чернеющая вмятина. Она нагнулась, некоторое время всматривалась в оставленное карандашом углубление: острые зубчики щепок, испятнанные красным неровные края… Ольга выпрямилась, поинтересовалась:
— Чем кончилось дело?
Николай, до того сидевший безмолвно, охнул, сказал с трепетом:
— Ты не представляешь, что тут было! Генеральный метался по офису и орал так, что с трудом выдерживали уши. Грозился всех уволить, матом крыл. Девчонок из бухгалтерии перепугал так, что…
— С клиентами что? — Ольга прервала поток красноречия.
Николай поперхнулся, сказал:
— Ушли. Тот что поменьше, отчитал нашего, как мальчишку. Ну, а амбалы в основном молчали, лишь один, которому ты руку пробила, сказал, что… — Он сглотнул, закончил чуть слышно: — Что тебе не жить.
Ольга невесело усмехнулась. Сколько раз она уже слышала подобные «угрозы», и уже давно перестала придавать значение словам. Говорит тот, кто не может сделать, в отличие от слабого, сильный не сотрясает попусту воздух, доказывая собственное превосходство совсем другим способом. Намного хуже оказалась выволочка, какую низкорослый клиент прилюдно устроил шефу, что говорило о немалом влиянии, и… не могло не отразиться на виновнице самым непосредственным и скорым образом.
Покивав, она повернулась к монитору, мгновение сидела, вспоминая, на чем оборвала работу. Взгляд прикипел к строчкам базы данных, а пальцы забегали по клавиатуре, набивая ключевые слова. Повернувшись через минуту за документом, Ольга перехватила внимательный взгляд Николая, поинтересовалась:
— Что-то еще?
Тот сглотнул, спросил потрясенно:
— Ты так спокойно продолжаешь работать, будто ничего не случилось?
Ольга пожала плечами, ответила:
— Что случилось — то случилось. Что же теперь, работу останавливать?
— Но как ты смогла? Ведь эти жлобы не то что девушку, мужика сомнут в два счета!
Ольга хотела ответить жестко, но Николай смотрел столь умоляюще, что она лишь усмехнулась, сказала мирно:
— Не стоит судить по размерам. Масса — не самый важный критерий в бою. К тому же они совершили критическую ошибку.
— Какую? — чуть слышно выдохнул Николай.
— Недооценили противника, — бросила Ольга, сопроводив слова столь жутким оскалом, что Николай отшатнулся, спрятался за монитор.
Работа поглотила с головой, происшествие забылось. Когда на пороге возник директор, увлеченная делом, Ольга сперва не поняла, отчего лицо шефа темнее тучи, но тут в памяти возникли события дня и все встало на свои места.
Увидев, что его заметили, директор бросил хмуро:
— Зайди ко мне.
Хлопнула дверь, директор исчез. Ольга еще некоторое время сидела, заканчивая расчеты, затем свернула таблицу, встала из-за стола. Николай оторвался от работы, сказал ободряюще:
— Ничего, может еще обойдется.
Ольга усмехнулась.
— Ты его лицо видел? Обойдется, конечно, только уже без меня.
Когда Ольга зашла в кабинет, директор шуршал бумагами. Заслышав скрип двери, он указал на стул, не поднимая глаз, буркнул:
— Садись.
Ольга воспользовалась приглашением, удобно устроилась в кресле, без вызова, но и без ненужной робости, застыла в ожидании. Хозяин кабинета некоторое время перебирал документы, морщил лоб, хмурился, но под конец не выдержал, с заметным раздражением спросил:
— Что сегодня произошло?
— О чем именно речь? — поинтересовалась Ольга отстраненно.
Голос директора стал угрожающим.
— Ты знаешь о чем. Об избитых тобой клиентах.
— Я защищалась, — ответила Ольга кротко.
Хозяин кабинета набычился. Его лицо побагровело, а челюсть выдвинулась. Он прорычал:
— Ничего особенного. Обычное общение с клиентами.
Дальнейшее она помнила смутно. Директор кричал так, что звенело в ушах. Со всех кабинетов сбежались работники: кто-то стоял, ошеломленный происходящим, кто-то вызывал «Скорую». Одна из девушек-бухгалтеров, с застывшим от ужаса лицом, оттирала платочком кровь со стены, другая бестолково металась, не зная, кому помогать и что делать.
С трудом сдержавшись, чтобы не ответить резкостью директору, обвиняющему ее во всех смертных грехах, Ольга оделась, поспешно покинула здание. Остатки ярости жгли огнем, и она долго гуляла, расплескивая сапогами грязные зеркала луж, пока не успокоилась. Заглянув в попавшееся кафе, она со вкусом пообедала, после чего, окончательно успокоившись, вернулась на работу.
Против ожидания, в коридоре никого не оказалось, судя по всему, под влиянием чувств, она немного «загулялась», пропустив основное действо. Ольга зашла в кабинет, осмотрелась. Все на своих местах: стулья стоят ровно, бумаги аккуратно разложены, сбитая во время потасовки вешалка вернулась на место.
Раздевшись, Ольга прошла к своему месту, присела. Взгляд привлекла чернеющая вмятина. Она нагнулась, некоторое время всматривалась в оставленное карандашом углубление: острые зубчики щепок, испятнанные красным неровные края… Ольга выпрямилась, поинтересовалась:
— Чем кончилось дело?
Николай, до того сидевший безмолвно, охнул, сказал с трепетом:
— Ты не представляешь, что тут было! Генеральный метался по офису и орал так, что с трудом выдерживали уши. Грозился всех уволить, матом крыл. Девчонок из бухгалтерии перепугал так, что…
— С клиентами что? — Ольга прервала поток красноречия.
Николай поперхнулся, сказал:
— Ушли. Тот что поменьше, отчитал нашего, как мальчишку. Ну, а амбалы в основном молчали, лишь один, которому ты руку пробила, сказал, что… — Он сглотнул, закончил чуть слышно: — Что тебе не жить.
Ольга невесело усмехнулась. Сколько раз она уже слышала подобные «угрозы», и уже давно перестала придавать значение словам. Говорит тот, кто не может сделать, в отличие от слабого, сильный не сотрясает попусту воздух, доказывая собственное превосходство совсем другим способом. Намного хуже оказалась выволочка, какую низкорослый клиент прилюдно устроил шефу, что говорило о немалом влиянии, и… не могло не отразиться на виновнице самым непосредственным и скорым образом.
Покивав, она повернулась к монитору, мгновение сидела, вспоминая, на чем оборвала работу. Взгляд прикипел к строчкам базы данных, а пальцы забегали по клавиатуре, набивая ключевые слова. Повернувшись через минуту за документом, Ольга перехватила внимательный взгляд Николая, поинтересовалась:
— Что-то еще?
Тот сглотнул, спросил потрясенно:
— Ты так спокойно продолжаешь работать, будто ничего не случилось?
Ольга пожала плечами, ответила:
— Что случилось — то случилось. Что же теперь, работу останавливать?
— Но как ты смогла? Ведь эти жлобы не то что девушку, мужика сомнут в два счета!
Ольга хотела ответить жестко, но Николай смотрел столь умоляюще, что она лишь усмехнулась, сказала мирно:
— Не стоит судить по размерам. Масса — не самый важный критерий в бою. К тому же они совершили критическую ошибку.
— Какую? — чуть слышно выдохнул Николай.
— Недооценили противника, — бросила Ольга, сопроводив слова столь жутким оскалом, что Николай отшатнулся, спрятался за монитор.
Работа поглотила с головой, происшествие забылось. Когда на пороге возник директор, увлеченная делом, Ольга сперва не поняла, отчего лицо шефа темнее тучи, но тут в памяти возникли события дня и все встало на свои места.
Увидев, что его заметили, директор бросил хмуро:
— Зайди ко мне.
Хлопнула дверь, директор исчез. Ольга еще некоторое время сидела, заканчивая расчеты, затем свернула таблицу, встала из-за стола. Николай оторвался от работы, сказал ободряюще:
— Ничего, может еще обойдется.
Ольга усмехнулась.
— Ты его лицо видел? Обойдется, конечно, только уже без меня.
Когда Ольга зашла в кабинет, директор шуршал бумагами. Заслышав скрип двери, он указал на стул, не поднимая глаз, буркнул:
— Садись.
Ольга воспользовалась приглашением, удобно устроилась в кресле, без вызова, но и без ненужной робости, застыла в ожидании. Хозяин кабинета некоторое время перебирал документы, морщил лоб, хмурился, но под конец не выдержал, с заметным раздражением спросил:
— Что сегодня произошло?
— О чем именно речь? — поинтересовалась Ольга отстраненно.
Голос директора стал угрожающим.
— Ты знаешь о чем. Об избитых тобой клиентах.
— Я защищалась, — ответила Ольга кротко.
Хозяин кабинета набычился. Его лицо побагровело, а челюсть выдвинулась. Он прорычал:
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 106 из 170
