Однажды Джефф нашёл одну интересную группу в социальной сети и понял, что ему крупно не повезло…
186 мин, 54 сек 13819
— Нормально, вообще. Я тут на кухне мучаюсь, а он мне «чем отравлены?». Придурок ты, Лью.
— Ой, ну прости… Просто раньше ты никогда не сделал бы мне блинчики, а тут ты мне их делаешь, да ещё и желаешь приятного аппетита… Это странно, как минимум.
— Ну, просто раньше — это было раньше. Если ты не заметил, то скажу, сейчас у нас началась новая жизнь. В которой больше нет поддержки от родителей.
— Да, я заметил, не напоминай, пожалуйста, — попросил я у брата.
— Нет, ты не заметил. Родителей в нашей жизни больше нет, мы им не нужны такими. И сейчас…
— Заткнись, придурок! Я в состоянии понять, что мы теперь, кроме своих парней, никому не нужны! Но, просто… я не могу поверить, что все родственники, можно сказать, вычеркнули нас из их жизни.
— Хей, а мы с бабушкой не вычеркнули тебя из нашей жизни. А родители… Да плевать, всё равно переехали бы когда-нибудь от них. Так, что сейчас печалиться? А теперь берёшь, жрёшь и мы идём, как сталкеры в наш дом, забираем наши вещи и о предках больше не вспоминаем!
Ох… Люблю же я эту тварь. Вроде бы всегда такой пессимист, но это только на первый взгляд. На самом деле Джефф — это самая позитивная скотина на всём свете, которая даёт лучшие советы. А ещё Джефф является лучшим братом. А вот сравнение со сталкерами мне не очень нравится…
POV Jeff
Сразу же после того, как Лью доел блинчики и помыл тарелку, мы быстро оделись, взяли ключи от нашего бывшего дома и ключи от дома бабушки и, как сталкеры пошли забирать свои вещи. Забрать мы должны самое нужное, но сами прекрасно понимаем, что заберём с собой кучу никому не нужного барахла.
Перед выходом из дома мы посмотрели на часы. Тогда было уже десять часов, а это значит то, что родители уже на работе и нам никто не должен помешать забрать то, зачем мы пришли. Но всё же осторожность не помешает, не дай хоть, что-нибудь разобьём…
Подходим к дому и Лью замечает, что шторы в комнате родителей плотно закрыты. Обычно они так делали, если приходили с ночной смены или занимались сексом. Значит сыновей из дома выгнали, а сами решили сделать третьего ребёнка ночью?
— А, что если родители и сейчас дома? — спросил брат с нотками волнения в голосе.
— Успокойся, ты же знаешь какой папа трудоголик. Он любит свою работы больше жизни, так, что мы можем быть уверенны, что он сейчас на работе… А мама никогда не стала бы изменять папе, наверное.
Подходим ко входной двери, Лью достаёт ключи из кармана джинсов и вставляет его в замочную скважину… Что-то это предложения слишком пошло воспринял мой мозг. А моя фантазия ещё пошлее и представила такую картину, что я начал смеяться. Но, к счастью, Лью посмотрел на меня своим серьёзным взглядом и смех пропал.
Заходим в дом и поднимаемся по лестнице на второй этаж. Самое странное то, что дверь в комнату родителей приоткрыта. Неужели дома и вправду кто-то есть?
Подходим к этой двери и понимаем, что если нас сейчас заметят или услышат то нам будет пиздец! Ах да, забыл сказать, что конкретно такого происходит в комнате на данный момент. Наша мама, которая не «изменяет» папе, сейчас занимается сексом с его лучшим другом.
В этот момент Лью достаёт свой телефон и делает парочку фотографий происходящего в комнате. Потом отходим от двери и идём в наши комнаты.
— Зачем ты сделал эти фотографии? — шёпотом спрашиваю я у брата.
— Что бы потом отправить их папе. Будет же у него хорошее настроение, когда он придёт домой… Короче, берём самое нужное и уходим из этого дома, пока я не впал в депрессию…
Захожу в свою комнату и начинаю понимать, что тут очень много важного и нужного. Ну, не так уж и много, но достаточно. Достаю из-под кровати сумку на колёсиках для переездов и экскурсий. И сразу же вспоминаю, как нас с братом пугали тем, что это и есть гроб на колёсиках. Ладно, хватит воспоминаний.
Оглядываю комнату ещё раз. Подхожу к письменному столу и забираю с него ноутбук, зарядку для телефона, фотоальбом с фотографиями из летнего лагеря, наушники, пару тетрадок, чтоб подготовиться к экзаменам и копилку в виде свинки, которую нужно разбить. Потом иду к шкафу и беру пару толстовок, рубашек и джинсов. Складываю всё в эту сумку и слышу, как по коридору кто-то идёт.
Возможно, хотя нет, скорее всего это Лью, но всё же проверить не помешает. Подхожу к двери и вижу, что не так уж и далеко лучший друг отца, ну или мамин любовник.
Быстро отхожу от двери и думаю куда мне спрятаться, телефон в кармане вибрирует, всё стало ещё круче, я надеюсь, что это смс, а не звонок. Прячу сумку под кровать, а сам прячусь в шкафу, как любовник во всех анекдотах. Достаю телефон и смотрю от кого пришло смс. От Лью, он написал, что этот чувак около моей комнаты.
— Милый, ты куда? — слышу голос мамы около двери.
— Да вот, мне послышалось, что тут есть ещё кто-то кроме нас. Две комнаты я уже проверил…
— Не волнуйся, дома никого кроме нас нет. Муж на работе.
— А дети?
— Какие дети? У меня нет больше детей! — отвечает ему мама, спасибо, мам, за такие слова. Мы тоже любим тебя, — Они сказали, что они геи и я их выгнала из дома.
— Ой, ну прости… Просто раньше ты никогда не сделал бы мне блинчики, а тут ты мне их делаешь, да ещё и желаешь приятного аппетита… Это странно, как минимум.
— Ну, просто раньше — это было раньше. Если ты не заметил, то скажу, сейчас у нас началась новая жизнь. В которой больше нет поддержки от родителей.
— Да, я заметил, не напоминай, пожалуйста, — попросил я у брата.
— Нет, ты не заметил. Родителей в нашей жизни больше нет, мы им не нужны такими. И сейчас…
— Заткнись, придурок! Я в состоянии понять, что мы теперь, кроме своих парней, никому не нужны! Но, просто… я не могу поверить, что все родственники, можно сказать, вычеркнули нас из их жизни.
— Хей, а мы с бабушкой не вычеркнули тебя из нашей жизни. А родители… Да плевать, всё равно переехали бы когда-нибудь от них. Так, что сейчас печалиться? А теперь берёшь, жрёшь и мы идём, как сталкеры в наш дом, забираем наши вещи и о предках больше не вспоминаем!
Ох… Люблю же я эту тварь. Вроде бы всегда такой пессимист, но это только на первый взгляд. На самом деле Джефф — это самая позитивная скотина на всём свете, которая даёт лучшие советы. А ещё Джефф является лучшим братом. А вот сравнение со сталкерами мне не очень нравится…
POV Jeff
Сразу же после того, как Лью доел блинчики и помыл тарелку, мы быстро оделись, взяли ключи от нашего бывшего дома и ключи от дома бабушки и, как сталкеры пошли забирать свои вещи. Забрать мы должны самое нужное, но сами прекрасно понимаем, что заберём с собой кучу никому не нужного барахла.
Перед выходом из дома мы посмотрели на часы. Тогда было уже десять часов, а это значит то, что родители уже на работе и нам никто не должен помешать забрать то, зачем мы пришли. Но всё же осторожность не помешает, не дай хоть, что-нибудь разобьём…
Подходим к дому и Лью замечает, что шторы в комнате родителей плотно закрыты. Обычно они так делали, если приходили с ночной смены или занимались сексом. Значит сыновей из дома выгнали, а сами решили сделать третьего ребёнка ночью?
— А, что если родители и сейчас дома? — спросил брат с нотками волнения в голосе.
— Успокойся, ты же знаешь какой папа трудоголик. Он любит свою работы больше жизни, так, что мы можем быть уверенны, что он сейчас на работе… А мама никогда не стала бы изменять папе, наверное.
Подходим ко входной двери, Лью достаёт ключи из кармана джинсов и вставляет его в замочную скважину… Что-то это предложения слишком пошло воспринял мой мозг. А моя фантазия ещё пошлее и представила такую картину, что я начал смеяться. Но, к счастью, Лью посмотрел на меня своим серьёзным взглядом и смех пропал.
Заходим в дом и поднимаемся по лестнице на второй этаж. Самое странное то, что дверь в комнату родителей приоткрыта. Неужели дома и вправду кто-то есть?
Подходим к этой двери и понимаем, что если нас сейчас заметят или услышат то нам будет пиздец! Ах да, забыл сказать, что конкретно такого происходит в комнате на данный момент. Наша мама, которая не «изменяет» папе, сейчас занимается сексом с его лучшим другом.
В этот момент Лью достаёт свой телефон и делает парочку фотографий происходящего в комнате. Потом отходим от двери и идём в наши комнаты.
— Зачем ты сделал эти фотографии? — шёпотом спрашиваю я у брата.
— Что бы потом отправить их папе. Будет же у него хорошее настроение, когда он придёт домой… Короче, берём самое нужное и уходим из этого дома, пока я не впал в депрессию…
Захожу в свою комнату и начинаю понимать, что тут очень много важного и нужного. Ну, не так уж и много, но достаточно. Достаю из-под кровати сумку на колёсиках для переездов и экскурсий. И сразу же вспоминаю, как нас с братом пугали тем, что это и есть гроб на колёсиках. Ладно, хватит воспоминаний.
Оглядываю комнату ещё раз. Подхожу к письменному столу и забираю с него ноутбук, зарядку для телефона, фотоальбом с фотографиями из летнего лагеря, наушники, пару тетрадок, чтоб подготовиться к экзаменам и копилку в виде свинки, которую нужно разбить. Потом иду к шкафу и беру пару толстовок, рубашек и джинсов. Складываю всё в эту сумку и слышу, как по коридору кто-то идёт.
Возможно, хотя нет, скорее всего это Лью, но всё же проверить не помешает. Подхожу к двери и вижу, что не так уж и далеко лучший друг отца, ну или мамин любовник.
Быстро отхожу от двери и думаю куда мне спрятаться, телефон в кармане вибрирует, всё стало ещё круче, я надеюсь, что это смс, а не звонок. Прячу сумку под кровать, а сам прячусь в шкафу, как любовник во всех анекдотах. Достаю телефон и смотрю от кого пришло смс. От Лью, он написал, что этот чувак около моей комнаты.
— Милый, ты куда? — слышу голос мамы около двери.
— Да вот, мне послышалось, что тут есть ещё кто-то кроме нас. Две комнаты я уже проверил…
— Не волнуйся, дома никого кроме нас нет. Муж на работе.
— А дети?
— Какие дети? У меня нет больше детей! — отвечает ему мама, спасибо, мам, за такие слова. Мы тоже любим тебя, — Они сказали, что они геи и я их выгнала из дома.
Страница 28 из 56
