Вода была теплой, песок горячим, а воздух раскаленным, и, пока я пробирался между бросающими мяч коричневыми девушками в открытых купальниках к своему месту, кожа почти совсем высохла. Одежда лежала там же, где я ее оставил, а портфель — шикарный, черный, богатого вида «дипломат» — исчез. Я опустился на красный пластиковый лежак и закрыл глаза. Если бы похититель смог удержать«дипломат» у себя, да еще сумел бы его открыть…
21 мин, 27 сек 11437
Сосредотачиваться не хотелось: купание и солнце оказывали расслабляющее воздействие, и мне пришлось напрячься, превозмогая себя. Вор появился через пять минут — здоровенный парень с наглым лицом, на котором застыла гримаса испуга. Он не понимал, что с ним происходит и почему он вернулся, но инстинкт и прошлый опыт подсказывали — ничего хорошего ждать сейчас не приходится. Когда он поставил портфель и я его отпустил, он на секунду замешкался, ошалело тряся головой, а потом сорвался с места и, опрокидывая ничего не понимающих людей, бросился бежать.
— Чего это он? — удивился сосед справа — средних лет мужчина с могучим торсом. — Псих, что ли?
— Скорее всего. — У меня было еще много свободного времени, и я, установив тент, задремал в тени.
— Еще одно загадочное похищение! — Пронзительный мальчишеский голос вернул меня к действительности. — Бесследно пропал из своей квартиры профессор Кристопер! Кто следующий?!
Я купил газету. Первая полоса пестрела броскими заголовками: «Зловещая загадка века!», «Куда исчезают известные ученые?», «Кому выгодна утечка мозгов?».
— Что вы думаете по этому поводу? — Cосед уже несколько минут заглядывал через плечо и наконец не выдержал.
— Что тут думать — как всегда, одни враки, чтобы поднять тираж.
— Вот как? — Oн облизнул сухие губы. — А куда же, по-вашему, делся Кристопер?
— Мало ли! Закатился с любовницей в Роганду или растратил казенные деньги, купил паспорт и живет припеваючи под чужой фамилией, а может…
— Бросьте, бросьте! — Cобеседник протестующе поднял руку. — А остальные? Два физика, генетик, молекулярный биолог, химик — да вот здесь список. — Oн ткнул пальцем в страницу. — Двадцать шесть человек! Они что, тоже в Роганде? Может, у них у всех любовная лихорадка?
— Ну, этого я не знаю. В мире ежедневно происходит столько событий, что, если сделать выборку по совпадающим признакам, у нас появится не меньше сотни необъяснимых загадок.
— Вот именно, — вмешался сосед слева, рыхлый толстяк, кожа которого обгорела до шелушения. — Обычное совпадение, на которое не стоило бы обращать внимания, да оно оказалось кое-кому на руку. Как же — наживка для дураков! Заглотнул — и пережевывай, а все остальное само собой отойдет на второй план! Вот, смотрите. — Oн выхватил у меня из рук газету. — На последней странице мелким шрифтом, скромно: «Сообщение Государственного астрономического общества. Необычная насыщенность небосвода звездами не объяснена, но никакой опасности это явление представлять не может»…
Толстяк сардонически захохотал.
— И это после месячной истерии: дурное предзнаменование, вселенская катастрофа, конец света! Как вам это нравится? Ясное дело — правительственный запрет! А чтобы отвлечь людей, сфабриковали сенсацию: исчезновение знаменитых ученых! А те небось сейчас на министерских дачах прохлаждаются!
— Не знаю, не знаю, — покачал головой сосед справа. — Только вот что. — Он наклонился поближе и понизил голос. — На моей улице тоже пропали двое — муж и жена. Про них-то, понятно, в газетах не пишут: маленькие, никому не интересные, не то что Кристопер! Но мы, соседи, знаем: жили — и нет их, а дом не заперт, и вещи все на местах. Что вы на это скажете?
— А то, что мне наплевать! — брызнул слюной толстяк. — Я хочу знать: почему на этом чертовом небе появилась такая уйма этих чертовых звезд?! И самое главное, что меня интересует, — буду я жить или сыграю в ящик?! Кто может мне ответить?!
Единственным человеком, который знал ответ, был я. По крайней мере в этом полушарии. По повышенной аффектации и надрыву в голосе чувствовалось, что толстяк пьян. Он смотрел жалкими глазами и явно ждал утешения. Его не волновала судьба цивилизации, да и вообще ничего, кроме собственной шкуры. Свинья. Терпеть не могу животных в человеческом обличье, и мне совершенно не хотелось его утешать. Да и вряд ли бы мой ответ его утешил.
— Обратитесь в Астрологическое общество, — посоветовал я, собирая вещи. — И меньше пейте в жару, тогда не будет мерещиться всякое…
Песок начал остывать, косые лучи солнца почти не давали загара, занятых лежаков заметно поубавилось — многие расходились по домам.
Четыре девушки продолжали перебрасываться ярким желто-зеленым мячом у самого края волнореза. Почти обнаженные, тонкие, гибкие, длинноногие. Если бы они вдруг свалились в море… Не здесь, где полно народа и сколько угодно спортивных парней, способных мигом превратить пустячную неприятность в повод для знакомства.
Мрачный пустынный берег, зловещие блики на днище перевернутой шлюпки, вода, безжалостно захлестывающая легкие, отчетливое ощущение неминуемой смерти, отчаяние последних мгновений…
— Чего это он? — удивился сосед справа — средних лет мужчина с могучим торсом. — Псих, что ли?
— Скорее всего. — У меня было еще много свободного времени, и я, установив тент, задремал в тени.
— Еще одно загадочное похищение! — Пронзительный мальчишеский голос вернул меня к действительности. — Бесследно пропал из своей квартиры профессор Кристопер! Кто следующий?!
Я купил газету. Первая полоса пестрела броскими заголовками: «Зловещая загадка века!», «Куда исчезают известные ученые?», «Кому выгодна утечка мозгов?».
— Что вы думаете по этому поводу? — Cосед уже несколько минут заглядывал через плечо и наконец не выдержал.
— Что тут думать — как всегда, одни враки, чтобы поднять тираж.
— Вот как? — Oн облизнул сухие губы. — А куда же, по-вашему, делся Кристопер?
— Мало ли! Закатился с любовницей в Роганду или растратил казенные деньги, купил паспорт и живет припеваючи под чужой фамилией, а может…
— Бросьте, бросьте! — Cобеседник протестующе поднял руку. — А остальные? Два физика, генетик, молекулярный биолог, химик — да вот здесь список. — Oн ткнул пальцем в страницу. — Двадцать шесть человек! Они что, тоже в Роганде? Может, у них у всех любовная лихорадка?
— Ну, этого я не знаю. В мире ежедневно происходит столько событий, что, если сделать выборку по совпадающим признакам, у нас появится не меньше сотни необъяснимых загадок.
— Вот именно, — вмешался сосед слева, рыхлый толстяк, кожа которого обгорела до шелушения. — Обычное совпадение, на которое не стоило бы обращать внимания, да оно оказалось кое-кому на руку. Как же — наживка для дураков! Заглотнул — и пережевывай, а все остальное само собой отойдет на второй план! Вот, смотрите. — Oн выхватил у меня из рук газету. — На последней странице мелким шрифтом, скромно: «Сообщение Государственного астрономического общества. Необычная насыщенность небосвода звездами не объяснена, но никакой опасности это явление представлять не может»…
Толстяк сардонически захохотал.
— И это после месячной истерии: дурное предзнаменование, вселенская катастрофа, конец света! Как вам это нравится? Ясное дело — правительственный запрет! А чтобы отвлечь людей, сфабриковали сенсацию: исчезновение знаменитых ученых! А те небось сейчас на министерских дачах прохлаждаются!
— Не знаю, не знаю, — покачал головой сосед справа. — Только вот что. — Он наклонился поближе и понизил голос. — На моей улице тоже пропали двое — муж и жена. Про них-то, понятно, в газетах не пишут: маленькие, никому не интересные, не то что Кристопер! Но мы, соседи, знаем: жили — и нет их, а дом не заперт, и вещи все на местах. Что вы на это скажете?
— А то, что мне наплевать! — брызнул слюной толстяк. — Я хочу знать: почему на этом чертовом небе появилась такая уйма этих чертовых звезд?! И самое главное, что меня интересует, — буду я жить или сыграю в ящик?! Кто может мне ответить?!
Единственным человеком, который знал ответ, был я. По крайней мере в этом полушарии. По повышенной аффектации и надрыву в голосе чувствовалось, что толстяк пьян. Он смотрел жалкими глазами и явно ждал утешения. Его не волновала судьба цивилизации, да и вообще ничего, кроме собственной шкуры. Свинья. Терпеть не могу животных в человеческом обличье, и мне совершенно не хотелось его утешать. Да и вряд ли бы мой ответ его утешил.
— Обратитесь в Астрологическое общество, — посоветовал я, собирая вещи. — И меньше пейте в жару, тогда не будет мерещиться всякое…
Песок начал остывать, косые лучи солнца почти не давали загара, занятых лежаков заметно поубавилось — многие расходились по домам.
Четыре девушки продолжали перебрасываться ярким желто-зеленым мячом у самого края волнореза. Почти обнаженные, тонкие, гибкие, длинноногие. Если бы они вдруг свалились в море… Не здесь, где полно народа и сколько угодно спортивных парней, способных мигом превратить пустячную неприятность в повод для знакомства.
Мрачный пустынный берег, зловещие блики на днище перевернутой шлюпки, вода, безжалостно захлестывающая легкие, отчетливое ощущение неминуемой смерти, отчаяние последних мгновений…
Страница 1 из 7
