Лучше подавать холодным

Однако поспешный выкрик «Сомнус!» на лету усыпил разъяренного зверя, с глухим звуком рухнувшего на землю. Драко вздрогнул, сочувственно подумав, что пробуждение Гарри будет болезненным.

— Так вот какова его анимагическая форма, — задумчиво пробормотала ведьма. — Неудивительно, что он стремился сохранить ее в тайне. Никто бы вовек не догадался, что Гарри Поттер, спаситель Магического мира — чертова пантера. Как же хочется поделиться сплетней с коллегами, хотя они ни за что не поверят на слово.

— Так кто ты такая? — повторил вопрос Малфой, зарычав, когда незнакомка приблизилась к оглушенному зверю: — Пошла прочь от него! — Понимание того, что он не в состоянии остановить сумасшедшую, вздумай она навредить Гарри, отзывалось глухой болью.

— Так это не выдумки, он тебя трахает, — похабная усмешка превратилась в злобный оскал. — Я, хотя ты и не заслуживаешь подобной откровенности, Сьюзан Боунс. Училась на одном с вами курсе, на факультете Хаффлпафф. Но ты не замечал никого, кроме слизеринцев или окружения нынешнего любовника. — Последние следы веселья исчезли с искаженного ненавистью лица. — Ну что ж, пора нацепить на котят ошейник. Аргентквеллюс!

Холод серебряного ошейника опалил кожу; Драко с трудом сдержал крик, чувствуя, как струящийся из оков поток магии намертво лишил его возможности принять анимагическую форму.

— Скоро ты умрешь, — прошипела Сьюзан. — Молись, чтобы я быстро и безболезненно забрала твою жизнь, в противном случае твоя участь будет воистину ужасна.

— Кто знает, — подходя к спящему Гарри, продолжила она, не обратив внимания на угрожающий рык, — пусть и не от твоей руки, Малфой, но и я могу погибнуть, когда все закончится. Но мне все равно, ведь ты умрешь прежде меня. И он тоже, скорее всего. Я пока не решила. — Безумная ведьма наложила исцеляющее заклинание на ранение Драко, останавливая кровотечение. — Самое время тебе присоединиться к твоему сладкому котику. Сомнус!

Гарри пробудился от грызущей каждую клеточку тела боли. Особенно сильно ныл живот, словно кто-то сквозь кожу и плоть вдавил внутрь гравий, заполняя им выпотрошенное нутро. Дернув ухом, он отложил ненужные мысли на потом.

«Незнакомая ведьма вырубила меня усыпляющим заклинанием, — сделал нерадостный вывод Поттер. — Где я очутился? А где Драко?».

Уловив в стороне бормотание похитительницы, Гарри осторожно приоткрыл глаза, осматриваясь. Драко отыскался рядом — раскинулся на полу, сморенный насланным колдовским сном. Лицо Малфоя превратилось в страдальческую маску, терзая Поттера фантомной болью. Бегло осмотрев бессознательного любовника, Гарри зацепился взглядом за полоску серебра, обвивающую изящную шею.

С трудом приподняв лапу, Поттер нащупал на своем горле металл, уколовший леденящим холодом чувствительные подушечки. Похоже, он застрял в анимагической форме. До Поттера доходили слухи, будто невыразимцы создали ошейники, удерживающие пойманных анимагов в животном облике. Скорее всего, действие подобных ошейников и разработанных им самим ловушек имеет сходную концепцию. В голове Гарри вихрем крутились вопросы: откуда взялось напавшее на них с Драко безумное создание, пополнят ли они список ее жертв, ведь вне всяких сомнений жестокие убийства анимагов — ее рук дело?

Приподняв морду, Поттер всматривался в детали окружения. Магов заперли в огромной клетке, заблокированной хитросплетением множества чар; помещение, в котором размещалась клетка, располагалось под землей, будучи чем-то сродни погребу или недостроенному подвалу. Посреди комнаты за старым деревянным столом восседала одетая в ветхую серую мантию похитительница, следя за пленниками острым злым взглядом. Позади ведьмы высилась стопка книг и красных папок, название которых прочесть не представлялось возможным.

— Наконец-то ты проснулся, Гарри Поттер, — проворковала ведьма до жути знакомым тоном, воскресившим в памяти сумасшедшую Беллатрикс Лестрейндж. — Мне было интересно, как долго продержится самый могущественный маг Британии. — Грозный рык сопровождал приближение ведьмы к клетке. На перекошенном лице незнакомки застыла гримаса нездоровой одухотворенности.

— Знаешь, я выросла, считая тебя кем-то сродни Богу. Ты был ребенком, победившим ужасающий кошмар прежде, чем научился разговаривать. А спустя годы обнаружить, что мы будем вместе учиться в Хогвартсе… это было сродни подлинному чуду. Подумать только, я получила возможность каждый день видеться с самым знаменитым героем эпохи. Мои родители и тетя были очень рады за меня, гордясь моими успехами.