Луна Лавгуд и коллекция мозгошмыгов

«Разве меня это волнует?» — повторял он снова и снова, а потом резко вскочил на ноги.

В последнее время его ничто не волнует.

Он превратился в овощ, бездеятельное подобие человека, распространяющее вокруг себя неприятный запах. Вонять и жалеть себя — это всё, на что он теперь способен. Некстати вспомнилась проклятая школьная кличка, которая сейчас оказалась как нельзя более точной — Нюниус, это прекрасно его сейчас характеризует.

Рывком поднявшись с кровати, Северус схватил волшебную палочку и подошёл к комоду, над которым висело треснувшее в уголке зеркало.

Бросив в него злобное «Репаро», он уставился на себя. И не узнал своего отражения. На него смотрел заросший бородой, с торчащими в стороны немытыми волосами бледный сумасшедший. Он превратил жизнь, которую ему подарила Лили, в пародию на существование. Использовав бритвенное заклинание, он избавился от бороды и с наслаждением ощупал чистый подбородок. Также, взмахом палочки, укоротил волосы до привычного состояния и твёрдо пошел в душ.

Через полчаса перед зеркалом снова стоял Северус Снейп, чуть более бледный и значительно более худой, чем обычно, но всё же живой и ясно мыслящий. Он оглядел своё временное пристанище и скривился. Обычно крайне чистоплотный и аккуратный, он не переносил беспорядка и грязи. Ему хотелось сжечь всё вокруг, но порыв он подавил. В конце концов, пока это — единственное место, где он может жить. А бытовые заклинания не так уж сложны. Холод и ощущение чужого взгляда не пропали, но он заставил себя смириться с ними. Привычное по прошлой жизни чувство долга оказалось для него идеальным антидепрессантом — он не мог проигнорировать его. Теперь у Северуса появилось дело — выяснить, что за студентка попала в Мунго. Но это было не слишком уж просто. Во-первых, ему совершенно было нечего надеть. Во-вторых, он был официально мёртв, в-третьих, Мунго — не справочный стол, имя больной ему никто не скажет.

У него пока не было плана, но у него была цель. Он не позволит себе уничтожить собственную жизнь, и если ради этого нужно заняться помощью Лавгуд, он это сделает.

Мозгошмыг второй. Знакомство по-новому

Из лавки «Флориш и Блоттс» Гарри и Драко (после двух дуэлей и одной драки врукопашную они начали называть друг друга по именам) вышли довольные, каждый своим. Во-первых, им удалось сделать покупки, не обратив на себя внимание фанатов. В этом сильно помог Рон, согласившийся немного поговорить с прессой об их с Гарри и Гермионой возвращении в школу. Во-вторых, они придумали, как отвлечь бывших дружков Люциуса Малфоя на какую-нибудь другую цель. Решение было простым до гениальности. Сегодня же вечером Малфой должен был уйти из дома. В это время Гарри, которого, конечно, никто и никогда ни в чём не заподозрит, нарушит защиту мэнора и устроит небольшой погром. После Малфой вызовет авроров и заявит, что у него украли драгоценности. Как только новость просочится в прессу, охотники поймут, что у Малфоя больше ничего нет, и оставят его в покое.

Отойдя подальше от книжного магазина, парни рассмеялись в голос.

— Эх, почему, почему, Гарри, ты тогда не встретил меня раньше Уизли? Какая бы насыщенная жизнь у меня была!

Драко был под мощным впечатлением от мантии-невидимки и теперь чувствовал, что его детство прошло впустую. Гарри не ответил, только пожал плечами. Хотя после недели плотного общения с бывшим неприятелем, он был вынужден признать: будь в их тандеме еще один член, Малфой, половины неприятностей им удалось бы избежать. К тому же, говоря откровенно, в последнее время с Драко общаться было легче, чем с родными Роном и Гермионой. По крайней мере, его можно было бить.

— Нам осталось закупиться к зельям, и можем возвращаться, — произнес Гарри и тут же подскочил, вытащив палочку.

В воздухе раздался пронзительный истошный визг.

— Это в центре, — рявкнул Драко и бросился на звук, однако опередить Гарри ему не удалось.

Вокруг кафе Флориана Фортескью собралась даже большая толпа, чем внимала рассказам Рона. Пользуясь статусом героя и острыми локтями, Гарри быстро пробрался в самую середину и едва сдержал вскрик. На земле билась в конвульсиях Луна Лавгуд. Гарри резко приблизился к ней и поднял на руки. Луна визжала и брыкалась — она явно была не в себе и уже успела разбить голову о камни мостовой — её затылок был в крови.

— Вызовите целителей, срочно! — крикнул Гарри и увидел, как Малфой отправляет Патронуса, — Луна, успокойся! Тише…

Он постарался прижать к себе девушку как можно крепче, а потом сообразил наложить на неё сонные чары. Спустя минуту она расслабилась и заснула у него на руках. Её лицо было совершенно белым, волосы — розовыми от крови, но, по крайней мере, она уже не могла навредить самой себе. Целители прибыли через десять минут. За это время никто не посмел приблизиться к Гарри Поттеру и его подруге. Один взгляд победителя Темного лорда заставил зевак и любопытных держаться от них подальше.