Луна Лавгуд и коллекция мозгошмыгов

К своему удивлению Гермиона обнаружила, что это действительно так. Он не злился, не психовал и не обвинял ее. Он спрашивал, как ей помочь с выполнением ее плана. Тут же Гермиона вспомнила, что он все-таки слизеринец, то есть человек, который во всем видит свою выгоду.

— И зачем это нужно тебе? — спросила она недоверчиво.

Малфой приподнял бровь и развел руками:

— Ну, как же, разве это не очевидно? Конечно же, я собираюсь во время наших притворных свиданий очаровать тебя, соблазнить и бросить, а после этого пойти и удавиться на Астрономической башне, чтобы не попасться под «Аваду» Поттера.

Гермиона тихо засмеялась, представив себе эту картину.

— Что за чушь!

— Не нравится? Хорошо, вот еще план. Я страстно в тебя влюблен и надеюсь, что ты оценишь мои несравненные достоинства и бросишь своего рыжего ради меня. После того, как ты упадешь в мои объятья, я увезу тебя в свой замок и… впрочем, дальше маленьким гриффиндорским девочкам знать не полагается, — завершил он историю сдавленным, видимо от сдерживаемого хохота, голосом.

Гермиона закашлялась. Громко смеяться было нельзя, но Малфой нес слишком проникновенную белиберду.

— Ладно, я понял, ты мне не веришь! — заявил он, — тогда я открою тебе свои истинные намерения. Я хочу жениться на тебе и благодаря этому возвысить свой род до небывалых высот.

Гермиона упала головой на раскрытую книгу, ее плечи тряслись. Она просто не могла больше сдерживать смех.

— В жизни не слышала большего бреда, — прошептала она, немного придя в себя.

Малфой грустно подпер подбородок рукой:

— Ну, прости, Грейнджер, больше у меня для тебя версий нет. Но я обязательно придумаю. А теперь давай вернемся к нашему плану.

Гермиона вздохнула, взмахом палочки вернула книги на место, положила свои учебники и свитки пергамента в сумку и вышла из библиотеки. Малфой последовал за ней.

— Извини, Драко, но говорить с тобой в библиотеке я больше не стану. Иначе моей репутации в глазах мадам Пинс придет конец.

— Обязательно буду приходить в библиотеку, чтобы поболтать с тобой, — сообщил Малфой и как-то непринужденно забрал у нее сумку с книгами, — итак, наш коварный план.

— Почему коварный?

— Ты забыла, Грейнджер, я слизеринец. А мы составляем только коварные планы, и никак иначе.

— Очень смешно. Не знаю, как у тебя, а у меня нет никакого коварного плана.

— Разумеется, ты же гриффиндорка. У вас планов вообще никаких не бывает.

Девушка хотела было поспорить, потом вспомнила все их с Гарри и Роном «планы» и согласилась.

— Оставь составление плана мне. Задача — вернуть тебе внимание рыжего при… — Малфой как-то подозрительно закашлялся, и Гермиона не без раздражения подумала, что он проглотил слово «придурка», — парня. Для этого тебе надо побольше с ним общаться в компании, а вот свое свободное время проводить со мной. Пусть видит, что ты не одна, более того, ты общаешься с «проклятым Малфоем». Главное, не игнорируй его, когда рядом с вами еще кто-то есть. Мы, парни, быстро теряем интерес к добыче, которая убежала слишком уж далеко, — наставительно произнес Малфой, подняв вверх палец. Гермиона все-таки рассмеялась в голос. Драко сейчас был страшно похож на ученого лектора, и девушка ему об этом сообщила. Он выпрямил спину еще сильнее, сделал серьезное лицо и гнусаво произнес:

— Мисс Грейнджер.

Девушка захохотала. К сожалению, они уже были возле гостиной Гриффиндора, а значит, пора было расходиться. Малфой вернул ей сумку с учебниками, учтиво наклонил голову, поцеловал руку и развернулся, чтобы идти к себе. Гермиона покачала головой — хоть Драко и действовал из каких-то своих корыстных целей, пока он был вторым парнем в ее жизни, который целовал ей руку на прощанье. Она уже собиралась было произнести пароль, как Малфой окликнул ее:

— Грейнджер!

Она обернулась.

— Ты ведь неплохо дерешься? Если в коридоре к тебе подойдут слизеринцы, любые, кто угодно, кроме меня, не важно, с какими намерениями, просто оглушай их.

— Что? — переспросила Гермиона. Она никогда не напала бы на безоружного.

— Грейнджер, — Драко вернулся к ней, и выглядел на этот раз очень серьезно, — я не шучу. Младших можешь не трогать, если они без палочек, а вот старших оглушай сразу. На факультете витают… нехорошие идеи. Лучше потом извинишься, чем пострадаешь. Учти, твои ровесники с моего факультета неплохо владеют Непростительными, но совершенно не знают, почему их нельзя применять. Так что мне нужно твое обещание, Грейнджер.

Гермиона упрямо покачала головой. Защищаться она будет, но нападать первой — никогда.

Драко нехорошо усмехнулся и скрестил руки на груди:

— Обещание. Или я скажу Поттеру, что слышал, как Нотт спорил с Забини, что еще до конца месяца отправит тебя в Больничное крыло.

Гермиона задохнулась от возмущения. Что он себе позволяет? Но если он действительно скажет Гарри нечто подобное, Гермиона окажется под неусыпным надзором. С Гарри станется приставить к ней телохранителей или самому всюду сопровождать. Похоже, Малфой это точно знал.