Люблю

— Тогда придется афишировать, — решил Виктор, вытирая слезы с лица Алеса. — А еще, ты заключишь с одним моим знакомым адвокатом договор, и он будет представлять тебя в непредвиденных случаях. Твой агент пусть занимается контрактом, но вот проблемы он явно не желает разгребать.

— Ла-адно, — Алес судорожно вздохнул. — Как же хорошо, что ты у меня есть.

— Цени и люби.

— Ценю и люблю.

— Вот и умница, — Виктор слегка дернул Алеса за ухо. — Завтра уладим с адвокатом, и он займется контролем расследования.

— А ты сам не можешь? — насупился омега.

— Неэтично, — пояснил Виктор. — Кстати, я очень большой тормоз.

— В смысле? — поразился омега, во все глаза глядя на альфу, который от души рассмеялся и сунул руку под подушку.

И извлек маленькую коробочку.

— Ви-и-ик, — омега вдруг съежился и отполз от него. — Вик, ты чего?

Роев опешил. Дар речи и тот отшибло.

Кольцо. Он. Омега.

Какого хрена этот омега сидит перепуганный и смотрит на него квадратными глазами?

Виктор ухватил Алеса за руку и силой надел кольцо.

— Вик… — Алес почти посерел.

— Что не так?! — рявкнул Роев. — Бриллиант маленький? Или передумал в брак со мной вступать?! Сам же хотел!

— Вик, ты серьезно? — жалобно спросил растерянный Алес, крутя на пальце сверкающий ободок.

Раздался отчетливый скрежет зубов.

Эпилог

Злоумышленника все же нашли. Правда, для этого адвокату Алеса пришлось развить весьма бурную деятельность. Оказалось, что это никто иной, как агент Ластаковича. Альфа всеми фибрами души ненавидел «омежистую выскочку» за отказы заняться сексом в самом начале их сотрудничества, долгие годы утаивал часть доходов и«развлекался» угрозами и порчей имущества Алеса. В полиции он говорил, что Алес истеричен и любит привлекать внимание, а потому точно сам подбрасывает себе угрозы — именно поэтому ни одно заявление не было рассмотрено всерьез.

Из-за действий агента Алес расторг контракт досрочно и через суд взыскал неустойку уже с него.

Счета Алеса пополнились почти вдвое. Виктор успокоился по поводу доходов — его адвокатский кабинет успел заслужить определенную репутацию и клиенты появлялись постоянно.

Первое, что сделал Ластаковски, избавившись от кабального контракта — сгреб все презервативы, найденные им в квартире, и убрал подальше, как только почувствовал приближение течки.

— А где? — вечером Роев обнаружил пропажу.

— Дети! — напомнил Алес. — Роев, у меня течка!

— Это я чую, — согласился Виктор. — Уже? А мэрия — мы же только подали заявление. Переезд? Ремонт?

— Виктор! Я. Хочу. Детей. Сейчас! — взвыл взбешенный омега. — Сейчас! Плевал я на мэрию, переезд и прочую хренатень, которую ты нагородишь в качестве отмазок! Разделся и трахнул меня! С узлом, сцепкой — все как положено! Почему я вообще должен тебя уговаривать?!

— Всего лишь хотел как лучше…

— Лучше? — взвился Алес.

— Как хорошо, что в мире есть неизменные вещи, — Роев поспешно расстегивал рубашку, под голодным взглядом Алеса, нетерпеливо ерзавшего в ожидании.

— Какие? — омега напрягся.

— Твой характер, милый, — Виктор разделся догола. — Попочку свою подставляй. И учти — сам напросился!

Алес прыснул, вспомнив памятный обоим самый первый секс.

И решил, что никогда не будет спорить со своим альфой. Но напрашиваться — обязательно!