Любовь без памяти

Гарри покорно кивнул, развернулся и вышел за дверь. Что ему еще оставалось? Кинуться с кулаками на сотрудника Аврората еще и при своем начальстве? Устроить сцену? Похоже, о нем и так тут идет дурная слава. Не хватало еще устроить мордобой. Но что-то во всей этой ситуации показалось ему странным, неправильным. Сидя весь оставшийся день в своем кабинете, не высовываясь, Гарри думал, что его рефлексы среагировали на оскорбление раньше, чем его разум. Он был готов избить этого придурка, чтобы он знал, что никто не смеет обижать его или Малфоя. Пусть он не помнит их отношения, но верит, что они были искренними, раз внутренние порывы относительно этого блондинистого парня так сильны. Особенно теперь, когда он сам чувствовал нечто необъяснимое. Сегодня к этому добавилось четкое желание защитить Малфоя от всех, кто мог бы ему навредить. Забавно, учитывая, что раньше слизеринец сам был тем, от кого нужно было защищаться. Это ощущение преследовало его с того дня на колесе обозрения, а сегодня усилилось во стократ. Уберечь, защитить, согреть — странные желания относительно другого мужчины, разум не желал в это верить. Но чувства, с ними-то что делать? Они почему-то не спрашивают, надо это ему или нет. Просто тараном прут откуда-то из подсознания. Он понимал, что ему еще только предстояло свыкнуться с мыслью о том, что быть вместе с парнем, пусть и таким прекрасным, как Драко Малфой, это не сумасшествие.

Еле высидев на работе остаток дня, Гарри сорвался в места и помчался к Малфою. На пороге его встретила обалдевшая от счастья Элиза, которая так радостно махала своими ушами, что, казалось, она сейчас улетит. Неловко пообнимавшись с эльфийкой, он направился прямиком в подвал дома. Он знал, что именно там найдет Драко. И не ошибся. Блондин стоял спиной к двери, склонившись над котлом, задумчиво глядя в вишневого цвета варево, которое давало о себе знать розовыми облачками, поднимающимися к потолку. «Какая прелесть», — подумал Гарри и, повинуясь порыву, подошел к Малфою сзади, нежно обняв его за талию. Тот чуть было не подпрыгнул на месте от удивления, но секунду спустя, не оборачиваясь, положил свои ладони поверх рук Гарри.

— Что там у тебя? — заинтересованно спросил Поттер, уютно расположив свою голову на плече Драко. — Любовное зелье?

— Почти, — усмехнулся Драко, — очередной странный заказ, вот думаю над тем, как его усовершенствовать. Делаю из одного запрещенного зелья разрешенную облегченную версию. Тебе это не интересно, — он не стал вдаваться в подробности, а лишь поглубже вдохнул аромат так приятно льнущего к нему Поттера. «Не теряй голову, Драко, соберись. Нельзя на него набрасываться», — приказал он себе и развернулся, оказавшись нос к носу с лохматым и раскрасневшимся то ли от смущения, то ли от того, что бежал сюда, Поттером. Тот смущенно посмотрел на Драко, робко улыбнувшись.

— Привет, — только и смог тихо сказать Гарри. «Очень умно, — подумал про себя он. — Надо с ним поговорить, а не таращиться вот как. Но как можно о чем-то говорить, когда перед тобой такие глаза, такой рот?» И в очередной раз, не думая о том, что он делает, припал к губам Драко со всем энтузиазмом, который только мог в нем быть. Невероятно, как можно было успеть соскучиться по этому? Губы и языки сталкивались, вызывая жар в груди и глухие, умоляющие стоны с обеих сторон. Драко, совершенно потеряв голову от этого головокружительного напора Поттера, которого он никак не ожидал, стал целовать его требовательнее, спускаясь ниже, вдоль по шее, прикусывая нежную кожу, отогнув ворот рубашки, проводя языком по ключицам, чем заставлял Гарри дышать все чаще, стонать громче и податливо прижиматься еще ближе. Непрерывный жар растекался по всему телу Поттера. По телу, которому было совершенно все равно, что там говорил его разум. Драко стал стаскивать с себя рубашку, попутно помогая Гарри освободиться от своей. Горячие пальцы коснулись его обнаженного торса, и Гарри застонал. Ничего прекраснее этого ощущения быть, похоже, не может. Тело отзывалось такими привычными ощущениями, что он, ни секунды не раздумывая, стал гладить плечи и спину Драко в ответ, целуя его в уголки губ, подбородок, шею, а тот довольно запрокидывал голову, жмурясь от удовольствия и нарастающего возбуждения. Когда рука Драко опустилась ниже и погладила заметно набухшую выпуклость в районе ширинки брюк Поттера, тот невольно отпрянул. Драко помутневшим взглядом посмотрел на своего любимого. Что не так? Что он сделал не так? В его взгляде застыл испуг. Сейчас он уйдет. Браво, Драко!

— Прости, пожалуйста, — вдруг залепетал Гарри, боясь посмотреть Малфою в глаза. — Прости, я… еще не готов… я… мне так приятно, но я не знаю…

— Шшш… — блондин вновь подошел ближе и нежно приподнял голову Гарри вверх, чтобы тот посмотрел на него. — Все хорошо, это ты меня прости, я не сдержался.