Май-июнь 1998. На профессионального киллера Павла Тумасова после очередного выполненного «заказа» начинается охота. Скрываясь от преследователей, Павел уезжает в родной Баку. Там он узнает, что его племянница, с которой он разговаривал пару дней назад по телефону, на самом деле уже год как погибла в автокатастрофе. Расследуя причины ее гибели, Павел погружается в криминальную жизнь города и сталкивается с каннибалами…
238 мин, 43 сек 7502
Художник обладал недюжинным мастерством — ему удалось запечатлеть на холсте не только внешность Тумасова, но даже отразить силу его характера. Кроме того, портрет словно жил. Например, глаза были так искусно написаны, что в них присутствовал живой блеск. Все черты лица представляли собой набор сложных, мастерски выполненых серий, которые все вместе создавали эффект максимального приближения к оригиналу. Фигура человека словно излучала силу и уверенность. Это было очень выразительно, Павел был похож на Бельмондо в фильме Профессионал. Загадочный общий фон только усиливал впечатление человека, подчинившего себе окружающий мир. Человек на картине выглядел хозяйном всего, самостоятельной планетой, вселенной…
— Ух ты! — восхищенно воскликнул Николай, разглядывая из-за плеча Павла картину. — Вот человеку бог дал таланту…
— Бог? — расхохотался Павел. — Бог? По-моему, в картине чего-то нехватает…
Он взял картину и подошел к окну. Затем он стал со всей силы колотить по оконному стеклу.
— Паша, ты чего? — подскочил к другу Николай, но увидев остановившийся взгляд Павла, остервенело бъющего по стеклу, выскочил в коридор.
— Сестра! Тут больному плохо! — донесся из коридора его голос.
Наконец стекло сдалось и лопнуло с глухим треском. Павел посмотрел на свою руку — она была вся в крови — и засмеялся.
Он по-видимому задел осколками себе вену на руке, поскольку кровь нитяной струйкой потекла вниз, попадая на портрет, лежавший на подоконнике. Капля за каплей пятнышко крови превратилось в миниатюрную лужицу.
Павел намочил в крови палец и не обращая внимания на прибежавших в палату Николая с медсестрой, увлеченно рисовал, рисовал, рисовал…
— Ух ты! — восхищенно воскликнул Николай, разглядывая из-за плеча Павла картину. — Вот человеку бог дал таланту…
— Бог? — расхохотался Павел. — Бог? По-моему, в картине чего-то нехватает…
Он взял картину и подошел к окну. Затем он стал со всей силы колотить по оконному стеклу.
— Паша, ты чего? — подскочил к другу Николай, но увидев остановившийся взгляд Павла, остервенело бъющего по стеклу, выскочил в коридор.
— Сестра! Тут больному плохо! — донесся из коридора его голос.
Наконец стекло сдалось и лопнуло с глухим треском. Павел посмотрел на свою руку — она была вся в крови — и засмеялся.
Он по-видимому задел осколками себе вену на руке, поскольку кровь нитяной струйкой потекла вниз, попадая на портрет, лежавший на подоконнике. Капля за каплей пятнышко крови превратилось в миниатюрную лужицу.
Павел намочил в крови палец и не обращая внимания на прибежавших в палату Николая с медсестрой, увлеченно рисовал, рисовал, рисовал…
Страница 67 из 67
