Мифы и легенды разных — порой даже полностью изолированных друг от друга — народов имеют множество удивительно схожих имрюк, проявляющихся на всех уровнях познания: от теории сотворения мира и ожидания апокалипсиса до искренней убежденности в существовании невиданных волшебных тварей. Одним из наиболее характерных примеров стереотипности человеческого мировоззрения является всеобщая вера в оборотней — то есть людей, способных принимать облик зверя (реже — неодушевленного предмета), например — тигра (Индия), леопарда, гиены (Африка) или ягуара (Южная Америка). Однако в наше время слово «оборотень» чаще всего ассоциируется с одним-единственным монстром из европейской сказочной традиции, растиражированным по бескрайнему пространству мировой культуры при помощи трех«К» — кинопленки Кодак, воздушной Кукурузы и едкой Кока-колы, лишившейся своего важнейшего ингредиента — кокаина — в 1903 году.
Не следует забывать о том, что ликантроп способен в той или иной степени контролировать проявление этих симптомов, поэтому их следует рассматривать только как косвенные признаки человека-волка. Они также не применимы к «хорошим оборотням» поведение которых практически лишено признаков агрессии и может лишь отражать некоторые нейтральные«человеческие» свойства волка, описываемые в сказочной литературе: гордость, нелюдимость, свободолюбие и тому подобное (с определенными оговорками в части разновидности оборотней можно вспомнить тему нашего номера — знаменитый цикл С. Лукьяненко«Ночной дозор», «Дневной дозор» и«Сумеречный дозор»). Следует также упомянуть про ярко выраженный коллективизм ликантропов, весьма наглядно описанный в рассказе В. Пелевина «Проблема верволка в средней полосе». Он полностью копирует социальную жизнь волков, отличаясь от нее лишь некоторыми мистическими особенностями взаимоотношений внутри «стаи».
Являясь сильными индивидуалистами, оборотни, тем не менее, остро нуждаются в общении с себе подобными. Таким образом, каждый ликантроп рано или поздно пытается влиться в стаю или создать ее сам. Последнее происходит следующим образом: люди, укушенные оборотнем, превращаются в так называемых «бета-волков» имеющих магическую кровную связь с тем, кто дал им обращение, — альфа-волком. Тот становится вожаком стаи и не может напрямую повредить своим сородичам (все раны, нанесенные бета-волку альфа-волком, сразу же появляются у последнего — таким образом, убив бета-волка, альфа-волк убьет и самого себя). В то же время бета-волк может избавиться от ликантропии, убив альфа-волка. Люди, превратившиеся в оборотней после укуса бета-волка, приобретают все ту же кровь альфа-волка и вливаются в стаю на правах обычных бета-волков. Они ничем не связаны с бета-волком, давшим им становление, и могут (как и другие бета-волки) убивать сородичей без всякого ущерба для собственного здоровья.
Игрушечные волки На сегодняшний день люди-волки широко используются в качестве персонажей популярных книг, фильмов и игр (компьютерных, настольных и ролевых). Самая известная в мире ролевая игра, «Подземелья и драконы» (Dungeons & Dragons), в своих ранних редакциях описывала ликантропа (wolfwere) как второстепенного монстра, принимающего форму человека или волка по своему собственному желанию, но, в отличие от обычного оборотня, не способного передать заразу ликантропии через укус. По замыслу разработчиков игры, оборотень должен был сидеть в засаде и поджидать случайных путников. Завидев их, он либо превращался в волка (правила допускали и частичную трансформацию) и нападал на свои жертвы, либо — если силы были неравны — использовал свою специальную способность «Песню летаргии» вводя противников в некое подобие транса. Кроме того, оборотень мог напроситься к человеку, эльфу или иному гуманоидному сказочному существу в попутчики, приняв форму лица противоположного пола — красивого и внушающего доверие.