Провинциальный промышленно-торговый городок никогда не знал никаких беспокойств, грабежи были мелкими и редкими, а маньяков было максимум двое за год. Но не теперь, когда чудовища выбрали этот энный городок «колизеем» для Игры. Игры, куда они зовут самых сумасшедших, кровавых и ужасных убийц и маньяков, которые убивают лишь потому, что им это нравится, а зовут для того, чтобы они просто убивали друг друга, забавляя чудовищ, а в конце победителя ждёт невозможный приз.
194 мин, 19 сек 4745
Марка помнит, как, когда ей было десять, а тем подросткам уже по пятнадцать, она их убила. Забила до смерти…
«-Эй, Марка! — окликнули они её. — Что-то нам давно не давали карманных денег. Не одолжишь?»
Она молчала и безразлично смотрела на них.
— Я спросил, ты нам не одолжишь?
Один схватил её за ворот платья. Она сама не знает почему, но она улыбнулась и сжала его руку с такой силой, что та хрустнула. Каким-то образом десятилетняя девочка раздробила пятнадцатилетнему пацану кость одним нажатием пальцев. Потом всё в глазах было застлано красным. Она не помнит лиц, имён, криков. Она помнит только такой приятный и незабываемый хруст костей.
Тогда она попросила отца записать её на одну секцию боевых исскуств, потом на другую… Она знает очень много приёмов, и это помогает ей в её «профессии».
Она собирала информацию о той девочке, против которой ей предстоит драться — стоит знать тех, с кем играешь. Эта девчонка немного бесила её. С самого детства она не занималась так упорно, как Марка, но всё же почему-то прошла практически всю Игру. Почему? Почему её Безумие такое интересное?
А другая Алиса? Она тоже ничуть не старалась, откуда они берут силу, приёмы, которые до этого не изучали? Как она научилась обращаться с таким редким оружием, как коса, кто её обучил?
Эти вопросы мучили Марку. Надо развеяться, ночь только началась — потроши и ломай кости, сколько хочешь. Под капюшоном расползлась улыбка. Хотя после веселья маньяков, особенно Алис, в городе практически не осталось преступников, но по мере того, как маньяков становилось меньше, они снова прибывали. Воры, мафия, наркобароны, киллеры… Они начинают забывать об истинных королях ночных улиц.
Марка отправилась в знакомый клуб, где было полно информаторов, а выбить из них что-нибудь — дело пяти минут. Она зашла в какой-то клуб и тут же увидела такого. Он сидел вместе с какой-то кампанией за столом. Марка в своём плаще прошла меж танцующих полупьяных девиц к нему.
— Эй, ты, мне нужно с тобой поговорить.
Он поднял глаза и едва не заорал. Среди, как их назвала Марка, «воровмафиинаркобароновкиллеров» были известны три легенды, от которых нужно тут же бежать.
Первая — Алиса в Зазеркалье. Милая девочка с длинными русыми волосами и серо-голубыми глазами, но если её разозлить, то она легко оголит улыбкой свои острые зубки и не менее острые кинжалы.
Вторая — Алиса в Стране Чудес. Совсем ещё малышка с чёрным каре, скрывающая глаза под капюшоном плаща до поры до времени, рассекающая тела, словно сама Смерть, огромной косой.
И наконец третья… Некто в жёлтом плаще с женским голосом. Потрошитель, одним ударом вышибающий мозги своей жертве.
Парень нервно сглотнул и резко побежал. Марка поймала его за капюшон и опрокинула обратно на диван, молча помотав головой.
— Ч-что тебе нужно?…
— Ты знаешь, — тихо произнесла она. — Только место.
Он опустил голову. Он знал, что завтра все будут мертвы. Но своя жизнь превыше всего, не так ли? И он назвал место. Заброшенный завод на окраине города. Марка хмыкнула про себя: «Ожидаемо. Классика, как же».
Уже через полчаса она была там. Чувство крови захлестнуло её, как только она увидела свет на заводе.
Банда спокойно сидела на местах со своими девахами, расслабляясь с ними и дурью, всё шло хорошо и весело. Пока не вылетели железные двери завода. Свет замигал. Фигура в жёлтом плаще стояла, наклонившись и огоньками глаз пристально рассматривая тех, кто был перед нею. Никто ничего не успел сделать — она просто в один миг оказалась перед ними и, словно опытный боец из фильмов, ударом ноги снесла одного к стене. Он пролетел добрых десять метров, кувыркаясь в воздухе, а фигура в плаще после его приземления ещё и сама приземлилась на него ногами. Парень издал последний вскрик, захлёбываясь кровью, когда из его рта показался его желудок.
Могло показаться, что у фигуры на лице под капюшоном сияла улыбка. Хищным движением, как лев смотрит на антилоп, фигура повернулась к обомлевшим людям, засмеявшись тихо. Некоторые самые смелые достали пистолеты и начали пальбу, но неведомым образом «жёлтая» легко уворачивалась от пуль. Она оказалась в центре собравшихся людей и схватила одного за шею сзади и, приподняв вверх, бросила на пол. Послышался очень громкий хруст костей — она сломала ему хребет. Громкий смех раздался на весь заброшенный завод. Затем она, присев, провела ногой по кругу. Первым двум она сломала голень этим ударом, остальные просто упали, но какая-то шлюха упала на машину, сломав себе шею. Снова этот мерзкий хруст. Но, похоже, фигуре в плаще он нравился. Она схватила одного, у которого была сломана лодыжка, и со всей силы вонзила ладонь ему в живот, а затем дёрнула на себя, вырывая тонкий кишечник. Кровь окрасила жёлтый плащ красным. Проститутки противно завизжали. Это спровоцировало её. Потрошитель Марка сказала только презрительно:
— Вы — курицы к столу, поэтому вам надо свернуть шею.
«-Эй, Марка! — окликнули они её. — Что-то нам давно не давали карманных денег. Не одолжишь?»
Она молчала и безразлично смотрела на них.
— Я спросил, ты нам не одолжишь?
Один схватил её за ворот платья. Она сама не знает почему, но она улыбнулась и сжала его руку с такой силой, что та хрустнула. Каким-то образом десятилетняя девочка раздробила пятнадцатилетнему пацану кость одним нажатием пальцев. Потом всё в глазах было застлано красным. Она не помнит лиц, имён, криков. Она помнит только такой приятный и незабываемый хруст костей.
Тогда она попросила отца записать её на одну секцию боевых исскуств, потом на другую… Она знает очень много приёмов, и это помогает ей в её «профессии».
Она собирала информацию о той девочке, против которой ей предстоит драться — стоит знать тех, с кем играешь. Эта девчонка немного бесила её. С самого детства она не занималась так упорно, как Марка, но всё же почему-то прошла практически всю Игру. Почему? Почему её Безумие такое интересное?
А другая Алиса? Она тоже ничуть не старалась, откуда они берут силу, приёмы, которые до этого не изучали? Как она научилась обращаться с таким редким оружием, как коса, кто её обучил?
Эти вопросы мучили Марку. Надо развеяться, ночь только началась — потроши и ломай кости, сколько хочешь. Под капюшоном расползлась улыбка. Хотя после веселья маньяков, особенно Алис, в городе практически не осталось преступников, но по мере того, как маньяков становилось меньше, они снова прибывали. Воры, мафия, наркобароны, киллеры… Они начинают забывать об истинных королях ночных улиц.
Марка отправилась в знакомый клуб, где было полно информаторов, а выбить из них что-нибудь — дело пяти минут. Она зашла в какой-то клуб и тут же увидела такого. Он сидел вместе с какой-то кампанией за столом. Марка в своём плаще прошла меж танцующих полупьяных девиц к нему.
— Эй, ты, мне нужно с тобой поговорить.
Он поднял глаза и едва не заорал. Среди, как их назвала Марка, «воровмафиинаркобароновкиллеров» были известны три легенды, от которых нужно тут же бежать.
Первая — Алиса в Зазеркалье. Милая девочка с длинными русыми волосами и серо-голубыми глазами, но если её разозлить, то она легко оголит улыбкой свои острые зубки и не менее острые кинжалы.
Вторая — Алиса в Стране Чудес. Совсем ещё малышка с чёрным каре, скрывающая глаза под капюшоном плаща до поры до времени, рассекающая тела, словно сама Смерть, огромной косой.
И наконец третья… Некто в жёлтом плаще с женским голосом. Потрошитель, одним ударом вышибающий мозги своей жертве.
Парень нервно сглотнул и резко побежал. Марка поймала его за капюшон и опрокинула обратно на диван, молча помотав головой.
— Ч-что тебе нужно?…
— Ты знаешь, — тихо произнесла она. — Только место.
Он опустил голову. Он знал, что завтра все будут мертвы. Но своя жизнь превыше всего, не так ли? И он назвал место. Заброшенный завод на окраине города. Марка хмыкнула про себя: «Ожидаемо. Классика, как же».
Уже через полчаса она была там. Чувство крови захлестнуло её, как только она увидела свет на заводе.
Банда спокойно сидела на местах со своими девахами, расслабляясь с ними и дурью, всё шло хорошо и весело. Пока не вылетели железные двери завода. Свет замигал. Фигура в жёлтом плаще стояла, наклонившись и огоньками глаз пристально рассматривая тех, кто был перед нею. Никто ничего не успел сделать — она просто в один миг оказалась перед ними и, словно опытный боец из фильмов, ударом ноги снесла одного к стене. Он пролетел добрых десять метров, кувыркаясь в воздухе, а фигура в плаще после его приземления ещё и сама приземлилась на него ногами. Парень издал последний вскрик, захлёбываясь кровью, когда из его рта показался его желудок.
Могло показаться, что у фигуры на лице под капюшоном сияла улыбка. Хищным движением, как лев смотрит на антилоп, фигура повернулась к обомлевшим людям, засмеявшись тихо. Некоторые самые смелые достали пистолеты и начали пальбу, но неведомым образом «жёлтая» легко уворачивалась от пуль. Она оказалась в центре собравшихся людей и схватила одного за шею сзади и, приподняв вверх, бросила на пол. Послышался очень громкий хруст костей — она сломала ему хребет. Громкий смех раздался на весь заброшенный завод. Затем она, присев, провела ногой по кругу. Первым двум она сломала голень этим ударом, остальные просто упали, но какая-то шлюха упала на машину, сломав себе шею. Снова этот мерзкий хруст. Но, похоже, фигуре в плаще он нравился. Она схватила одного, у которого была сломана лодыжка, и со всей силы вонзила ладонь ему в живот, а затем дёрнула на себя, вырывая тонкий кишечник. Кровь окрасила жёлтый плащ красным. Проститутки противно завизжали. Это спровоцировало её. Потрошитель Марка сказала только презрительно:
— Вы — курицы к столу, поэтому вам надо свернуть шею.
Страница 41 из 52
