Максимальная боль

Неожиданно я всё понял, последний кусочек головоломки занял своё место. Странное зелье, загадочное словосочетание «познал Эдем», маленькие флаконы, которые последнее время встречались на улицах повсеместно… В ярости я смял документ, но потом одумался и сунул его во внутренний карман.

Где-то рядом я услышал взрывы. Операция «Слепой» шла полным ходом. Нужно было уходить.

Иногда кажется, что всё самое ужасное ты уже пережил, что дальше некуда — и тут наступает беда ещё ужасней. Как изгнать из головы этот тихий голосок, шепчущий, что надо радоваться, что теперь-то уж моя месть оправдана по любым моральным меркам? Голосок, который бесспорно доказывает, что я проклят?

Ты собираешь мозаику, а уложив последний кусочек картона, узнаешь в картине себя — собирающего ту же самую мозаику…

Городская легенда, ставшая реальностью. Мы с Джорджем часто слышали эту историю, и, честно говоря, посмеивались над ней. Подопытные кролики проекта «Эдем» были теми самыми людьми, которые убили моих близких. Всё остальное было просто охотой за головами, которая привела меня к ней.

К Мисс Эдем.

Завод взорвался и обрушился огненным дождём за моей спиной. Все мои ориентиры были мертвы, превращены в дым и пепел. Я сбился с пути. Я не спал уже целую вечность.

Я был тощ, как скелет. Всё это время я жил на пончиках недельной давности. Идеальное топливо для костра, полыхавшего в моей голове.

Я не помнил, когда последний раз видел солнце. Я постоянно переходил с кладбища на кладбище.

В темноте Лондон изменяется до неузнаваемости, и слова людей, восхваляющих этот город, начинают звучать фальшиво. И на улицах этого города, ночного Лондона, вершатся тёмные дела.

ГЛАВА 2: БРЭЙД

Я сидел в магловской круглосуточной забегаловке совсем рядом с «Приютом» и пил кофе. Я решил взять небольшую паузу и немного передохнуть — как ни крути, когда тебя преследуют, ты тратишь немало сил.

В столь поздний час посетителей в этом маленьком видавшем виды заведении практически не было. Кроме меня в кафе находился пьяный в хлам бомж. Не помню, какая по счёту чашка противной маслянистой жидкости ждала своей очереди, когда со мной связался Брэйд.

Сова словно случайно пролетела мимо пару раз и улетела куда-то за угол, как будто бы случайно. Но я-то знал, что происходит на самом деле.

Расплатившись остатками обычных английских денег, я вышел из кафе (вьюга неприятно кольнула меня) и направился вслед за совой. Посланница нашлась в маленьком грязном тупике. Она сидела на мусорном баке и поглощала что-то напоминающее останки мыши. Увидев меня, она протянула мне лапу с привязанным к ней небольшим клочком пергамента. Я отвязал пергамент, и сова улетела восвояси, прихватив с собой остатки своего пиршества.

Развернув клочок, я прочитал:

«Эй, Гарри, что там у тебя стряслось? Тебя ищут все мракоборцы Лондона, но ты, наверное, и так в курсе. Я слышал, ты подозреваешься в двух убийствах, но я в это не верю. Жду тебя в 2.30 в элитном зале бара» Рыцарь«. Если будут останавливать, скажешь, что ко мне.»

Брэйд«.»

… Вообще, анализируя ситуацию с этими самыми двумя убийствами, я обрёл стопроцентную уверенность в том, что меня хотели устранить. Но также я убедился, что это был не Лоу. Подстроено всё было чертовски ловко, совсем не в стиле воротил, с которыми я всю жизнь боролся. Это, во-первых. Во-вторых, Риното и все остальные каким-то образом узнали, кто я есть на самом деле. А это говорило о том, что информацию им дал кто-то из министерства.

Методом исключения я определил, что единственным, кто подходил на такую роль, был Брэйд. Я сомневался в этом до последнего, но когда он назначил встречу в заведении, которое принадлежало Лоу, мои сомнения почти полностью испарились.

Брэйд жил по соседству. Скорее всего, Лоу или Риното узнали об этом, и для слежки за мной применили к нему известно какое заклинание (Империус, если всё-таки неизвестно). Затем под этим же заклинанием заставили убить Джейн и Джорджа. Этим же, наверное, объяснялась замкнутость Брэйда.

Одним словом, отправляясь в оговорённый бар, я знал, что направляюсь прямиком в ловушку.

«Рыцарь» был, в общем-то, баром средней руки, хоть и хозяином его был человек совсем не бедный. Я бывал там всего лишь один раз, в самом начале своей службы, и смутно помнил внутреннее устройство«Рыцаря». Всё, что мне удалось воскресить в памяти — достаточно аккуратное помещение с расставленными в строгом порядке столами и длинной современной барной стойкой…

Белая полированная дверь бесшумно отворилась. Я шагнул в темноту покинутого здания, которую разбавляли несколько маленьких свечек. Я интуитивно почувствовал опасность. Достав палочку и прошептав: «Люмос», я принялся искать элитный зал. Долго его искать не пришлось — на большой чёрной двери висела золотая табличка с надписью «Только для элиты». Совсем не вычурно…