Темным зимним днем, когда над лондонскими улицами навис такой густой и вязкий туман, что фонари не тушили и они горели, как ночью, а в магазинах зажгли газ, по широким мостовым медленно катил кэб, в котором рядом с отцом сидела странная девочка.
257 мин, 43 сек 8182
— А знаешь что, Сара, — сказала она. — Представь себе, что ты принцесса и задаешь нам пир.
— Нет, это ты задаешь нам пир, — возразила Сара, — и принцессой должна быть ты, а мы будем твоими фрейлинами.
— Я не сумею, — не соглашалась Эрменгарда, — и потом, я такая толстая. Нет, принцессой должна быть ты.
— Ну хорошо, если ты так хочешь, — уступила Сара.
Внезапно ей в голову пришла какая-то мысль — она подбежала к камину.
— Здесь столько бумаги и всякого хлама, — воскликнула она. — Если его поджечь, он вспыхнет и погорит хоть несколько минут. А мы представим себе, что в нем все время горит настоящий огонь.
Она чиркнула спичкой и подожгла бумагу — яркое пламя осветило всю комнату.
— Когда он потухнет, — сказала Сара, — нам уже будет все равно, настоящий он или нет.
Она стояла, освещенная пляшущими языками пламени, и улыбалась.
— Правда, все совсем как настоящее? — произнесла она наконец. — А теперь можно начинать.
Сара двинулась к столу, величественным жестом пригласив Эрменгарду и Бекки следовать за ней. Видение полностью овладело ею.
— Прекрасные дамы, прошу вас занять места, — говорила она счастливым мечтательным голосом. — Отправляясь в дальнюю дорогу, король, мой достопочтенный родитель, наказал мне пригласить вас на ужин.
Она повернула голову и глянула в угол комнаты.
— Сюда, музыканты! Играйте на своих виолах и трубах! У принцесс, — торопливо пояснила она Эрменгарде и Бекки, — на пирах всегда играли музыканты. Представьте себе, что в том углу — галерея для музыкантов. Что ж, начнем!
Но только принцесса и фрейлины взяли по куску пирога и собрались поднести их ко рту, как вдруг вскочили, прислушались и побледнели.
Кто-то поднимался по лестнице. Нет, им это не пригрезилось! Они узнали тяжелую гневную поступь и поняли, что это конец.
— Это… хозяйка! — задыхаясь, прошептала Бекки и уронила на пол кусок пирога.
— Да, — поразилась Сара. Глаза ее широко открылись — такие огромные на маленьком бледном личике. — Она узнала про нас!
Одним ударом руки мисс Минчин распахнула дверь. Она тоже была бледна — только от ярости. Она окинула взглядом испуганные лица девочек, пиршественный стол и догоравшую в камине бумагу.
— Я подозревала, что здесь что-то творится, — вскричала она, — но такой дерзости я не ожидала. Лавиния была права!
Значит, это Лавиния догадалась об их тайне и выдала их. Мисс Минчин шагнула к Бекки и отвесила ей вторую пощечину.
— Наглая девчонка! — прошептала она. — Чтобы утром тебя здесь не было!
Сара не двигалась, лишь еще больше побледнела; глаза у нее еще больше расширились. Эрменгарда разразилась слезами.
— Ах, не прогоняйте ее, — всхлипывала она. — Это мне тетушка прислала корзинку. Мы… просто… устроили ужин.
— Вижу, — отвечала мисс Минчин уничтожающе. — А во главе стола, конечно, сидела принцесса Сара.
Обернувшись к Саре, она гневно воскликнула:
— Это все ваша затея, я знаю! Эрменгарде такое и в голову бы не пришло. И вы же, конечно, украсили стол… этим хламом. — И, топнув ногой, приказала Бекки: — Ступай к себе в комнату!
Бекки, закрыв лицо фартуком, скользнула в дверь, сотрясаясь от рыданий.
Мисс Минчин снова обернулась к Саре:
— А вами я займусь завтра. Вы у меня завтра останетесь без завтрака, без обеда и без ужина!
— Я и сегодня не обедала и не ужинала, — слабо возразила Сара.
— Тем лучше! В другой раз будете вести себя прилично. Что вы стоите? Сложите все в корзинку.
И мисс Минчин принялась сама бросать все в корзинку. Вдруг она заметила новые книги, присланные Эрменгарде.
— Эрменгарда, как вы могли принести свои чудесные новые книжки на этот грязный чердак?! Заберите их и отправляйтесь в постель. Вы останетесь завтра в постели весь день — а я напишу вашему отцу. Что бы он сказал, если бы знал, где вы провели сегодняшний вечер?
Заметив серьезный сосредоточенный взгляд Сары, она снова гневно обернулась к ней:
— О чем это вы задумались? Почему вы на меня так смотрите?
— Я думала, — ответила Сара, как когда-то в памятный день в классной комнате.
— О чем это вы думали?
Это и вправду походило на давнюю сцену в классной. Сара и теперь говорила не дерзко, а спокойно и грустно.
— Я думала о том, — проговорила она тихо, — что бы сказал мой папа, если бы знал, где я была сегодня вечером.
Мисс Минчин снова пришла в ярость и снова не стала себя сдерживать. Она бросилась к Саре и, схватив ее за плечи, изо всех сил тряхнула.
— Дерзкая, непослушная девчонка! — вскричала она. — Да как вы смеете?! Как вы смеете?!
Она схватила книги, смела со стола в корзину остатки великолепного угощения, сунула корзину Эрменгарде и вытолкнула ее за дверь.
— А теперь можете думать сколько вам будет угодно, — сказала она. — Сию же минуту в постель!
И она захлопнула дверь за собой и за бедной спотыкающейся Эрменгардой. Сара осталась одна.
— Нет, это ты задаешь нам пир, — возразила Сара, — и принцессой должна быть ты, а мы будем твоими фрейлинами.
— Я не сумею, — не соглашалась Эрменгарда, — и потом, я такая толстая. Нет, принцессой должна быть ты.
— Ну хорошо, если ты так хочешь, — уступила Сара.
Внезапно ей в голову пришла какая-то мысль — она подбежала к камину.
— Здесь столько бумаги и всякого хлама, — воскликнула она. — Если его поджечь, он вспыхнет и погорит хоть несколько минут. А мы представим себе, что в нем все время горит настоящий огонь.
Она чиркнула спичкой и подожгла бумагу — яркое пламя осветило всю комнату.
— Когда он потухнет, — сказала Сара, — нам уже будет все равно, настоящий он или нет.
Она стояла, освещенная пляшущими языками пламени, и улыбалась.
— Правда, все совсем как настоящее? — произнесла она наконец. — А теперь можно начинать.
Сара двинулась к столу, величественным жестом пригласив Эрменгарду и Бекки следовать за ней. Видение полностью овладело ею.
— Прекрасные дамы, прошу вас занять места, — говорила она счастливым мечтательным голосом. — Отправляясь в дальнюю дорогу, король, мой достопочтенный родитель, наказал мне пригласить вас на ужин.
Она повернула голову и глянула в угол комнаты.
— Сюда, музыканты! Играйте на своих виолах и трубах! У принцесс, — торопливо пояснила она Эрменгарде и Бекки, — на пирах всегда играли музыканты. Представьте себе, что в том углу — галерея для музыкантов. Что ж, начнем!
Но только принцесса и фрейлины взяли по куску пирога и собрались поднести их ко рту, как вдруг вскочили, прислушались и побледнели.
Кто-то поднимался по лестнице. Нет, им это не пригрезилось! Они узнали тяжелую гневную поступь и поняли, что это конец.
— Это… хозяйка! — задыхаясь, прошептала Бекки и уронила на пол кусок пирога.
— Да, — поразилась Сара. Глаза ее широко открылись — такие огромные на маленьком бледном личике. — Она узнала про нас!
Одним ударом руки мисс Минчин распахнула дверь. Она тоже была бледна — только от ярости. Она окинула взглядом испуганные лица девочек, пиршественный стол и догоравшую в камине бумагу.
— Я подозревала, что здесь что-то творится, — вскричала она, — но такой дерзости я не ожидала. Лавиния была права!
Значит, это Лавиния догадалась об их тайне и выдала их. Мисс Минчин шагнула к Бекки и отвесила ей вторую пощечину.
— Наглая девчонка! — прошептала она. — Чтобы утром тебя здесь не было!
Сара не двигалась, лишь еще больше побледнела; глаза у нее еще больше расширились. Эрменгарда разразилась слезами.
— Ах, не прогоняйте ее, — всхлипывала она. — Это мне тетушка прислала корзинку. Мы… просто… устроили ужин.
— Вижу, — отвечала мисс Минчин уничтожающе. — А во главе стола, конечно, сидела принцесса Сара.
Обернувшись к Саре, она гневно воскликнула:
— Это все ваша затея, я знаю! Эрменгарде такое и в голову бы не пришло. И вы же, конечно, украсили стол… этим хламом. — И, топнув ногой, приказала Бекки: — Ступай к себе в комнату!
Бекки, закрыв лицо фартуком, скользнула в дверь, сотрясаясь от рыданий.
Мисс Минчин снова обернулась к Саре:
— А вами я займусь завтра. Вы у меня завтра останетесь без завтрака, без обеда и без ужина!
— Я и сегодня не обедала и не ужинала, — слабо возразила Сара.
— Тем лучше! В другой раз будете вести себя прилично. Что вы стоите? Сложите все в корзинку.
И мисс Минчин принялась сама бросать все в корзинку. Вдруг она заметила новые книги, присланные Эрменгарде.
— Эрменгарда, как вы могли принести свои чудесные новые книжки на этот грязный чердак?! Заберите их и отправляйтесь в постель. Вы останетесь завтра в постели весь день — а я напишу вашему отцу. Что бы он сказал, если бы знал, где вы провели сегодняшний вечер?
Заметив серьезный сосредоточенный взгляд Сары, она снова гневно обернулась к ней:
— О чем это вы задумались? Почему вы на меня так смотрите?
— Я думала, — ответила Сара, как когда-то в памятный день в классной комнате.
— О чем это вы думали?
Это и вправду походило на давнюю сцену в классной. Сара и теперь говорила не дерзко, а спокойно и грустно.
— Я думала о том, — проговорила она тихо, — что бы сказал мой папа, если бы знал, где я была сегодня вечером.
Мисс Минчин снова пришла в ярость и снова не стала себя сдерживать. Она бросилась к Саре и, схватив ее за плечи, изо всех сил тряхнула.
— Дерзкая, непослушная девчонка! — вскричала она. — Да как вы смеете?! Как вы смеете?!
Она схватила книги, смела со стола в корзину остатки великолепного угощения, сунула корзину Эрменгарде и вытолкнула ее за дверь.
— А теперь можете думать сколько вам будет угодно, — сказала она. — Сию же минуту в постель!
И она захлопнула дверь за собой и за бедной спотыкающейся Эрменгардой. Сара осталась одна.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 53 из 68
