Mere Mortals — Простые смертные

9. Judgement — Суд

Сначала Снейп решил, что это какое-то заклинание, — месть Энни. Она решила сбросить его с высоты. Потом — что сам обессилел настолько, что не в силах устоять на ногах, и только когда он взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие, до него дошло, что дело не в этом. Ноги скользили, разъезжались, будто он наступил голыми ступнями на мокрые листья, раскиданные по болотной жиже, и, хотя он чувствовал поверхность, она сама ускользала из-под него.

Он больно грохнулся тощим задом, взвыл, больше от испуга, чем от боли, потому что боли не почувствовал, и продолжил орать, понимая, что не уцепится забинтованными руками, не удержится и упадет.

Снейп скользил по крыше бесконечно долго, целую вечность, сначала только задницей, потом спиной, и махал руками перед собой, а под ним было скользкое нечто, и Энни, разумеется, знала об этом.

— Акцио!

Снейп начал задыхаться от ужаса. Он почувствовал, как ноги оказались в пустоте. Падение длилось и длилось, и Снейп отчетливо осознавал каждую из своих последних секунд.

— Акцио Северус!

Снейпа перекинуло в воздухе, сильно рвануло за талию. Ему показалось, что его перерубили пополам или переломили. Он не знал, что именно кричала Энни там, в дверном проеме, но он больше не падал, только ступни его болтались прямо перед лицом, и было очень трудно дышать.

— Северус!

Он висел, чудом зацепившись за что-то поясом брюк, и видел под собой темную пропасть. Два этажа плюс крыша — высоко, и если он свалится прямо так, как висит, выжить ему уже не удастся.

— Северус! Ответьте мне!

Снейп молчал. В голосе Энни была неподдельная тревога, даже можно было различить слезы, но он молчал. Как бы ни было ему страшно и больно, он смирился с тем, что это конец. Какой-то смешной, нелепый, но безопасный. Он просто упадет и разобьется, и Энни больше никогда не сделает ему ничего плохого.

— Северус!

Несколько секунд стояла тишина. Потом Энни с криками и слезами бросилась вниз, на улицу.

Он не умер, и она не умерла. Хоркруксы — как якорь, не позволяющий уйти. У Энни тоже есть хоркрукс, откуда? А откуда он у него самого? Интересно, что будет, когда он все-таки упадет? Он останется призраком в этом доме, как и все, кого убила тут Энни? Амбридж… Малфой… Грейнджер… и кто-то еще.

Может быть, Энни тоже призрак.

А еще — Эванс. Кто такая Эванс?

— Северус!

Снейпа на секунду ослепил свет, ударивший прямо в лицо снизу. Энни не забыла захватить фонарь и теперь выхватывала свою жертву лучом из темноты, но не могла вырвать ее у коварной крыши.

— Северус! Я… я… я…

Энни рыдала, и это было так странно и страшно, страшнее, чем то, что Снейп пережил до сих пор. Она казалась неспособной на простые человеческие слезы — это было слишком нормально, а потому — неправильно.

Жутко.

— Простите меня, Северус. Пожалуйста. Простите. Простите. Простите…

Свет пропал, и Снейп услышал, как упал фонарик, а следом на колени упала Энни и разрыдалась уже всерьез.

Она плакала так, как плачет ребенок, случайно или намеренно погубивший любимую птичку. Оторвал ей крылышки, потом лапки, потом голову — и теперь птичка не летает и больше не полетит никогда. Дети жестоки, вспомнил Снейп и вспомнил — что такое дети.

Его класс, обычный класс начальной школы, мелкота с рабочих окраин. Все разные — кто-то любил учиться, кто-то был хулиганом, кто-то просто приходил каждый день на уроки, чтобы не злить родителей. И он…

Себастиан.

Фамилию он не помнил, но знал, что учил детей, учил — и ненавидел. За крики, за драки, за любопытство, за то, что у кого-то из них были шансы стать действительно великими людьми, а кто-то, несмотря на все усилия учителей, все равно погибнет лет через пять от наркотиков или слишком беспечной езды под парами дешевого алкоголя. За то, что на кого-то он тратил слишком много сил, а кто-то через десять-пятнадцать лет взлетит так высоко, что и не вспомнит школьного учителя. За то, что одни крали его время, а другие украдут возможности. За то, что он сам в детстве очень старался, но так ничего и не достиг.

За то, что у них было все впереди, и быстрая смерть, и великие дела.

«До сих пор не найден Себаст»…

Себастиан-без-фамилии, школьный учитель, трус, ничтожество, не сумевший сохранить свою семью, безответственный, никчемный человечишка, суицидник-неудачник. Вот кто он такой, а вовсе не волшебник Северус Снейп, победивший какого-то могущественного мага и обманувший смерть.

Смерть не обманешь. Ее можно только подразнить.

— Я хотела быть такой же, как они.

Себастиан чувствовал, как дрожит та самая планочка — или что это было, — которая держала его на этом свете. Последняя ниточка, связывающая его с миром живых.

— Как Рэббит Плот. Это дикие вещи, дикие, глупые, там вы — не вы, там все не так, весь мир другой…

Энни бредила. Ее больной ум не выдержал ожидания потери. Ее птичка не просто умерла — бескрылая и безногая, с полуоторванной головой, она забилась в щель, откуда ее никак не достанешь.