Метро

Егор ничего не сказал и они, поднявшись на ноги, стали двигаться дальше. Лом он решил оставить в брюхе вонючий твари, не было никакого желания его вытаскивать, хоть впереди могли быть и немалые неприятности.

Они шли около двадцати минут, постепенно Светин шаг стал сбиваться, она шла неровно, периодически заваливаясь, то на одну, то на другую сторону. В конце концов, Егор взял ее под руки, и помог идти.

— Мне плохо, — простонала девушка, — опусти меня.

— Надо идти вперед, — ответил Егор, — нельзя останавливаться.

— Меня сейчас вырвет! Опусти меня вниз!

Он положил Свету на рельсы, ее и правда стошнило. Она дышала тяжело и Егор, нагнувшись, оглядел ее рану. То, что он там увидел, было довольно неприятно. Серый цвет от раны начал распространяться по всей ноге и уже подбирался к бедру.

— Что там? — спросила она.

— Не знаю, похоже, это какое-то заражение.

— Я смогу идти, правда! Только не бросай меня здесь Егор, пожалуйста!

— Не брошу, дай-ка лучше перевяжу рану еще раз.

Он убрал куски своей рубашки и понял, что от них пахнет тлением. Он выбросил их прочь и наложил новую повязку.

— Странно, — подумал он, — мы идем уже очень долго, а выхода все нет. Ах, идиот! Надо было двигаться в сторону парка Победы. Там идти гораздо меньше, да теперь-то что.

Егор сказал так себе, но постепенно начал понимать, что затея с туннелем была совсем плохой мыслью. Еще не известно, что впереди, а твари как видно и, правда, умирают. Надо было остаться и подождать, пока они все перемрут, как и предлагала Света.

Но они двинулись в путь, еще и не подозревая, что и парк Победы и Московские ворота, и еще три прилегающие станции уже оккупированы странными созданиями похожими на пауков, которые надежно затянули все выходы. Не знали они также и о том, что в наверху никто не догадывается о произошедшем. Знают лишь о трех машинистах и пяти дежурных по станции, что не вышли на связь. Однако почему-то мало кто придал этому делу большое значение, мало ли что могло случиться! В это же время около пятидесяти человек волновались у себя дома потому, как их близкие до сих пор не вернулись, и боялись, что что-то случилось. Если бы они видели сейчас городское метро, то поняли бы, что и, правда, случилось! И притом очень даже серьезное дело.

Как бы там ни было, но Егор и Света никак не могли попасть на станцию Московские ворота. Незаметно для себя они свернули в боковой туннель, по которому лишь изредка гоняют поезда и в основном не используется. И заходили они все дальше и дальше в глубь загадочной сетки метро.

Егор с трудом поднял Свету на ноги и практически потащил ее на себе. Поначалу он хотел ее бросить, но потом понял, что девушка заслужила того, чтобы выбраться из этого подземелья. Он буквально тащил ее на себе. Поначалу она что-то говорила, но потом замолчала и просто держалась за Егора.

— Ничего Света, мы выберемся, — сказал он ей, — думаю скоро появиться выход и мы сможем вылезти на улицу.

Девушка не ответила, и Егор остановился. Света держалась за него, но не шевелилась. Он понял что девушка умерла. Причем, скорее всего, произошло это тогда, когда она перестала бормотать себе под нос. То есть где-то минут пять назад.

— Прости, — сказал он кладя ее на землю, — я сделал все что мог.

Он пошел вперед, а она так и осталась лежать поперек рельсов.

Все же он чувствовал некое облегчение, что теперь ему не придется отвечать за кого-то еще кроме себя, и не надо будет следить, что да как. Он шел гораздо быстрее, практически бежал, и недоумение его росло с каждой минутой. По подсчетам Егора он давно уже должен был быть на станции, однако мрак все не хотел рассеиваться. Вместо этого путь стал гораздо темнее. Теперь пропали даже редкие фонари ориентиры, и он перебирался в кромешной темноте, наугад. Постепенно он стал впадать в панику, но все же еще держал над собой контроль. Егор понимал что заблудился, но так же понимал что может найти выход. Надо только отогнать от себя все мрачные мысли и думать об одном; как найти отсюда дорогу.

Он споткнулся обо что-то и понял что это кусок железа, вероятно, какая-то деталь от поезда, а может от туннеля. Он прихватил ее с собой, она могла заменить потерянный лом. И действительно, совсем скоро впереди показался паук, одинокий и больной.

Егор не испытывал никакого страха. Он, улыбаясь, просто приблизился к твари, которая не сразу его заметила, и с размаху двинул ей железякой промеж глаз. Удар был сильным, но не смертельным. Тварь дернулась, но Егор уже пробил ей рот и челюсти новым сокрушительным ударом.

— У, хреновы пришельцы! — орал он опуская свое оружие на уже мертвое тело.

— Чего вам здесь понадобилось?

В его голове все перемешалось. Сегодняшний день на работе. Все как обычно. Несколько заказов и домой. Звонок Андрея и целый вечер в его компании. Затем все закружилось. Света, пауки, зеленая дрянь, снова пауки, снова Света.