МИФфия невыполнима

— Итак, вы, кажется, знакомы с нашим другом Скивом, — продолжила Танда. — Не могли бы назвать свое имя и сообщить, откуда вам стало известно о нем? — Меня зовут Гленда, мой папенька продал ему карту, которой вы руководствуетесь в поисках золотой коровы.

Гленда подошла к кухонному шкафу, открыла дверцу, и мы увидели нечто похожее на свежеиспеченный каравай.

Танда посмотрела на меня, я пожал плечами. Я рассказал ей и Аазу все, что случилось, когда я покупал карту. Этой юной особы поблизости не было. Я был в этом уверен, потому что если бы я ее увидел, то ее образ навсегда запечатлелся бы в моем сердце. Теперь я пребывал в полном замешательстве. Почему существо, продавшее мне карту, послало свою дочь на встречу с нами? Для чего — и зачем? — Итак, — сказал Ааз мрачно, — карта все-таки была поддельной. И вас прислали для того, чтобы запустить лапу в наш карман. Не так ли? — Ах какой же вы циник! — со смехом сказала Гленда и улыбнулась мне. Я тоже ей улыбнулся.

— Он видит все в черном цвете, — продолжила она, — и из него мог бы получиться превосходный юрист.

Я хотел было спросить, что значит «юрист» но промолчал, ограничившись кивком. Она же повернулась к Аазу и, глядя ему в глаза, решительно произнесла: — Уверяю вас, что карта, насколько мне и моему отцу известно, подлинная.

— Что же вы в таком случае здесь делаете? — поинтересовалась Танда.

— Папенька решил, что к этому времени вам уже может понадобиться помощь, — ответила Гленда. — А когда папа мне рассказывал, как продавал карту Скиву, я подумала, что Скив, наверное, очень милый мальчик. И, как видите, оказалась права.

Кажется, я залился краской от пяток до макушки. По счастью, единственной видимой частью моего тела оставалось лишь лицо.

Ааз фыркнул до неприличия громко, и этот звук повис в хижине, словно неприятный запах.

— Почему ваш отец решил, что нам может понадобиться помощь? — спросила Танда.

Гленда вернулась к разделке каравая. Выдержав некоторую паузу, она, не поворачивая головы, небрежно бросила: — Да потому, что никто еще не мог продвинуться дальше этого места и вернуться живым.

— О-о-о, — протянул Ааз, — теперь я, кажется, все понял. Ваш папаша продает карту снова и снова, а ваша задача возвращать ее в семью.

— Если честно, ему изрядно надоело заниматься ее продажей, — сказала Гленда. — А вернуть карту в семью вообще не проблема. Папа обычно прыгает сюда каждую весну и забирает ее у покойников.

Слабое потрескивание дров в очаге да завывание ветра за стенами были единственными звуками, нарушавшими тишину в хижине. Мне не хотелось думать о том, что карта, которую я носил с собой почти месяц, была взята у трупов.

— Почему так происходит? — спросила Танда, и я не обнаружил в ее голосе прежней злости.

— Вот вы мне об этом и скажете, — улыбнулась Гленда. — Разве не вы обладаете способностью переноситься из измерения в измерение?

Танда помолчала, задумчиво глядя вдаль, а затем негромко произнесла: — Потому что мы находимся слишком далеко от всех известных мне мест, включая то измерение, из которого мы сюда прыгнули.

— Именно, — подтвердила Гленда, ставя перед нами на стол нарезанный каравай. — Перемещальники проделали это с шестью группами искателей сокровищ, которым папа продавал карту. То место, где мы находимся (а это — Завихрение №б!), весьма удалено от всех известных измерений, включая измерения, отмеченные на карте. Никто, кроме самых опытных прыгунов по измерениям, не в состоянии отсюда выбраться. До того как я обустроила эту хижину несколько недель назад, здесь стояла лишь оболочка дома из полусгнивших бревен.

— Значит, мы были обречены на голодную смерть? — спросил я.

— Да, со временем вы умерли бы от голода или, не выдержав мучений, совершили скачок в неизвестном направлении и заблудились, — сказала Гленда, придвигая стул и садясь рядом со мной. — Папа проследил путь двух групп, — продолжила она, — обе настигла мучительная смерть от существ, с которыми встречаться вовсе не следовало.

Перед моим мысленным взором предстали знакомые нам змеи, и я сразу понял, что она имеет в виду.

Гленда взяла ломоть восхитительно пахнущего хлеба и поднесла ко рту, не сводя с меня глаз.

— И сколько же будет стоить наше спасение? — поинтересовался Ааз.

Я сердито глянул на своего наставника. Типичный для него вопрос. Прежде всего он думает о своем кошельке.

Улыбнувшись покрытому зеленой чешуей демону, Гленда вежливо поинтересовалась: — Как вас зовут? — Ааз, — ответил тот и тут же добавил: — Но вы не ответили на мой вопрос.

— Я хочу отправиться с вами, — сказала Гленда, — а за то, что я помогу найти вам золотую корову и верну вас на Базар-на-Деве, вы дадите мне ту же долю сокровищ, что получит каждый из вас. После расчета с Перемещальником, разумеется.

В ее словах я не видел никакого смысла.