МИФотехнологии

Права машинного разума на существование были приняты, но при этом всё же обговаривалась их вторичность по отношению к человеческому. Компьютерам, например, нельзя голосовать, занимать руководящие посты и самостоятельно создавать себе подобных. И ещё каждый ИскИн или ИсЛич должен иметь опекуна-оператора, отвечающего за все действия машины. Если же опекун больше не может исполнять свои обязанности, компьютер отправляется в приют, в изоляцию от глобальной Сети и человеческого общества.

Это было логично и правильно. А я был дурак. Вспомнилась зелёная чешуя и живое тепло под ней, так непохожее на жар греющегося процессора…

В общем, через несколько дней, ушедших на оформление необходимых бумаг, я обзавёлся новым компьютером. Извергом по имени Ааз.

Когда мы остались наедине, биомех, хохотнув, хлопнул меня по плечу.

— Не ожидал, что у такого хлюпика, как ты, хватит смелости на подобный поступок!

— Я не хлюпик! — обиделся я. Неблагодарный, ему доброе дело, а он обзывается!

— Ага, ты мужик, — усмехнулся Ааз. — А раз мужик — помоги мне вычислить убийцу Гаркина.

В себя я пришёл от ощущения, что меня кто-то куда-то тащит.

— Ааз! — возмутился я. — Ты что творишь?

— Спасаю твою человеческую шкуру, — невозмутимо отозвался биомех и перехватил меня поудобнее (а у меня перехватило дух). — Как там твои провалы в прошлое?

— Да пока вроде нет, — неуверенно сказал я.

Да, ошарашил Ааз меня тогда своим предложением. Дело осложнялось тем, что я был студентом, а он — безработным. Я знаю, у напарника ещё не до конца зажил шрам, полученный где-то в боях. Вот после той травмы Гаркин ему работать и запретил, переведя в учебные пособия. Беспокоился за друга…

Даже не знаю, что бы у нас вышло, если бы Ааз не обнаружил во мне склонность к псионике и не начал её целенаправленно развивать. Изверг совершенно неожиданно оказался хорошим учителем.

— Ой! — меня снова тряхнуло.

— Ты там ещё не провалился?

— Ещё нет, но, кажется, оно скоро случится. На подходе знакомство с Тандой и Коррешем.

— Я тут, значит, его на плече таскаю, а он в своих воспоминаниях, значит, всякие приятные вещи переживает? Уютно устроился!

— Я бы не сказал, что этот эпизод был исключительно приятным, — возразил я и снова отрубился.

Мы шли по следу убийцы Гаркина. Непосредственным исполнителем был робот-беспилотник, самоуничтожившийся после выстрела, однако извергу перемкнуло его электронные мозги, и он всерьёз задался целью выйти на программиста. Вдвоём мы заработали некоторую сумму на фрилансе, и Ааз потащил меня в странное шумное место, где он надеялся найти информатора. Он настолько был захвачен азартом погони, что не учёл своими шестерёнками, что я бегаю медленнее биомеха. В какой-то момент он окончательно скрылся в толпе, а я настолько растерялся, что даже не додумался позвать его через коммуникатор.

Меня можно понять. Я привык к компьютерам, которые компьютеры — железные гудящие ящики, иногда сварливые, иногда добродушные, иногда никакие, без личности, — и в голове никак не укладывался компьютер живой, чешуйчатый и зубастый. Не получалось относиться к нему, как к машине.

Именно поэтому я, вместо того, чтобы поступить, как нормальный опекун, начал расспрашивать встречных, не видели ли они пробегающую зелёную страховид…

— … лу, — ошалело закончил я, рассматривая, в кого врезался.

А посмотреть там было, на что! Зеленоволосая девушка была такой красивой, что мои мужские инстинкты тут же сделали стойку. Впечатление не портила даже механическая рука — прекрасная незнакомка оказалась киборгом.

Но с небес на землю пришлось срочно возвращаться.

— Это ты меня зелёной страховидлой назвал? — грозно сощурилась девушка и поднесла к лицу руку с браслетом-коммуникатором. — Корреш, тут меня какой-то студентик обижает!

Я не успел оправдаться, вообще ничего сказать не успел — был вздёрнут за ногу, хорошо, головой об асфальт не треснулся. А потом, рассмотрев, кто меня поймал, даже заорать толком не смог, придушенно пискнул только.

Увидев Корреша в первый раз, я безоговорочно признал Ааза безобидным милягой.

На биомехах отрываются не только мастера-программисты и техники, создающие компьютер-мозг, но и генетики, которые выращивают тело, биологический контейнер для компа, и, разумеется, кибернетики, которые всё это стыкуют.

Я не знаю, что за безумные гении создавали существо по имени Корреш. Да блин, он реально страшный! Покрыт лохматой шерстью грязно-бурого цвета, морда, как у гориллы, только клыки совсем выразительные, глазки в кучку, руки до колен, и шипы, такие, что дикобраз позавидует! Не по всему телу, конечно, в основном на спине и там, где суставы.

Я думаю, меня можно понять в моём страхе. Испугался я не до конфуза, конечно, но мурашки по спине бежали знатные и зубы клацали.

— Й-й-йа не называ-а-ал! Я потерялся! Искал знакомого!

— Зелёного, — скептически хмыкнула девушка-киборг.

— Он изверг, ему можно!

— В этом городе только один изверг, — она нахмурилась, ухватила меня за воротник и заглянула в глаза. — Как ты связан с Аазом?