Посреди леса в Светлогорском районе (Беларусь) есть странное место. С виду все здорово: бездорожье, окопы и воронки, глухой лес, реликтовое озеро, окруженное соснами и трясиной. Озеро, говорят, стерильное. В красивой мертвой воде за тысячи лет так и не завелась рыба, а отстирывает она что угодно без мыла. Даже комары якобы облетают это место стороной.
8 мин, 46 сек 8006
— Там почти нет растворенных солей — хоть в аккумулятор заливай. Практически отсутствуют планктонные организмы и, соответственно, те, кто планктоном питается. Вдоль берегов образовались мощные отложения сфагнума. Мы углубились в эти отложения на три метра, но «материкового» дна не достали, бура не хватило. И на этой глубине обнаружили полусантиметровую прослойку хитина насекомых (позже определили, что это стрекозы и поденки).
Что это значит? Считается, что каждый метр отложений сфагнума — это тысяча лет. Получается, три тысячи лет назад на месте озера были благоприятные условия для развития насекомых. Что интересно, на этой же глубине мы нашли сосновую шишку — будто она только что упала. Свежая, зеленая, хлорофилл не разрушен! При этом ей минимум три тысячи лет.
Таковы условия консервации в сфагнуме: выделяется несколько видов органических кислот, что препятствует развитию планктона и сожительствующих с ним растений и организмов (за небольшим исключением). Если вы видели там земноводных, головастиков, то, возможно, это означает, что у берега дождевые стоки несколько понижают кислотность воды и там возможна жизнь тех, кто сумел приспособиться.
Через несколько дней были готовы результаты исследования воды. Первым делом смотрим стандартный параметр — концентрацию общих и термотолерантных колиморфных бактерий (ОКБ и ТКБ). Их насчитали по 60 колониеобразующих единиц на 100 кубических сантиметров. Для санслужбы это означает всего лишь то, что по данному показателю водоем пригоден для купания (предельные значения — 500 и 100 КОЕ соответственно). Для кандидата наук Митраховича это очередное подтверждение того, что вода если и не мертвая, то близка к тому:
— Мы видим, что в кислой среде слабо развиты микроорганизмы. Обычно в водоемах этот показатель гораздо выше.
Водородный показатель (pH) равен 6. Для открытого водоема это очень мало, притом что накануне прошли ливни, которые могли немного увеличить его (в 2005-м было вообще 4,9). Выжить в такой воде смогут немногие.
Содержание кислорода — 7,3 миллиграмма на кубический дециметр воды. Ничего сверхъестественного, но для организмов с жабрами — мало.
По нитритам и нитратам показатели близки к нулю. В сельских колодцах их концентрация бывает на порядок выше, а в природных водоемах — на несколько порядков.
Петр Митрахович предполагает, что Синее питается не только осадками. Это и позволяет поддерживать определенный уровень даже в сухие годы. Плавали, знаем. А вот что касается образования такого странного водоема, то у ученых есть лишь недоказанные гипотезы. Возможно, когда-то здесь выгорели мощные залежи торфа, образовалась впадина, в которой и скопилась вода.
Видимо, через несколько тысяч лет этот водоем исчезнет естественным путем, красивая трясина покроет его полностью. Но пока он есть, такое место стоит ценить.
Что это значит? Считается, что каждый метр отложений сфагнума — это тысяча лет. Получается, три тысячи лет назад на месте озера были благоприятные условия для развития насекомых. Что интересно, на этой же глубине мы нашли сосновую шишку — будто она только что упала. Свежая, зеленая, хлорофилл не разрушен! При этом ей минимум три тысячи лет.
Таковы условия консервации в сфагнуме: выделяется несколько видов органических кислот, что препятствует развитию планктона и сожительствующих с ним растений и организмов (за небольшим исключением). Если вы видели там земноводных, головастиков, то, возможно, это означает, что у берега дождевые стоки несколько понижают кислотность воды и там возможна жизнь тех, кто сумел приспособиться.
Через несколько дней были готовы результаты исследования воды. Первым делом смотрим стандартный параметр — концентрацию общих и термотолерантных колиморфных бактерий (ОКБ и ТКБ). Их насчитали по 60 колониеобразующих единиц на 100 кубических сантиметров. Для санслужбы это означает всего лишь то, что по данному показателю водоем пригоден для купания (предельные значения — 500 и 100 КОЕ соответственно). Для кандидата наук Митраховича это очередное подтверждение того, что вода если и не мертвая, то близка к тому:
— Мы видим, что в кислой среде слабо развиты микроорганизмы. Обычно в водоемах этот показатель гораздо выше.
Водородный показатель (pH) равен 6. Для открытого водоема это очень мало, притом что накануне прошли ливни, которые могли немного увеличить его (в 2005-м было вообще 4,9). Выжить в такой воде смогут немногие.
Содержание кислорода — 7,3 миллиграмма на кубический дециметр воды. Ничего сверхъестественного, но для организмов с жабрами — мало.
По нитритам и нитратам показатели близки к нулю. В сельских колодцах их концентрация бывает на порядок выше, а в природных водоемах — на несколько порядков.
Петр Митрахович предполагает, что Синее питается не только осадками. Это и позволяет поддерживать определенный уровень даже в сухие годы. Плавали, знаем. А вот что касается образования такого странного водоема, то у ученых есть лишь недоказанные гипотезы. Возможно, когда-то здесь выгорели мощные залежи торфа, образовалась впадина, в которой и скопилась вода.
Видимо, через несколько тысяч лет этот водоем исчезнет естественным путем, красивая трясина покроет его полностью. Но пока он есть, такое место стоит ценить.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
Страница 3 из 3
