Мир на кончиках пальцев

— У меня так много интересных книг, но тебе они не понравятся, — ответила Гермиона, подходя к окну.

— Я бы отправил тебя в Малфой-мэнор за моей самой любимой, но её уже не существует, как и моего дома.

— Кажется, я знаю, что тебе будет интересно. — Её вдруг осенило.

— И что же?

— Ты ведь хотел приключений?

— Да, — неуверенно ответил Драко, не понимая, что именно задумала Гермиона.

— Теперь, когда всё кончено и Волдеморта больше нет, я могла бы рассказать тебе о том, как мы боролись с ним, — вдохновлено произнесла она.

— Ты хочешь рассказать мне историю великого Гарри Поттера, мальчика, который выжил? — с лёгким отвращением проговорил Драко.

— Я хочу рассказать тебе, почему добро всегда побеждает зло.

— Нет никакого добра и зла, — усмехнулся он, — есть только сомнения, страхи, боль, отчаяние, радость, любовь и безразличие.

— Ты хочешь сказать, Пожиратели Смерти — просто запутавшиеся люди, которые сбились с пути? — саркастически сказала Гермиона.

— Нет, Пожиратели просто глупцы, восхваляющие чужую идеологию.

— Да, возможно, ты прав, но Волдеморт был чистым злом во плоти, — настаивала она. — Он не знал, что такое любовь, он убил своих родителей.

— Не знаю, зло он или нет, но я его ненавидел так сильно, что хотел сам убить его.

— Многие хотели.

— Но удалось только Поттеру… — произнес Драко с завистью. — Ладно, рассказывай эту наискучнейшую историю.

Гермиона оживилась и присела на край кровати, взяв в руки мягкую подушку, набитую гусиными перьями.

— Когда ты не смог убить Дамблдора, а Снейп помог тебе скрыться от Пожирателей, Гарри был там и всё слышал, — начала она. — После провала безупречного плана завязалась битва, началась паника, мы с Роном тоже присоединились к Гарри и сражались за Дамблдора. Конечно, потом Пожиратели сбежали, и наступило временное затишье, но ненадолго. Как ты сам знаешь, через несколько недель Волдеморт сам напал на Хогвартс, но к тому моменту Гарри и Дамблдор нашли уязвимую сторону, а точнее стороны, для полного его уничтожения.

— И что же это за «стороны»? — заинтересовался Драко.

— Крестражи, — ответила Гермиона.

— Что такое крестражи?

— Объект, который создаёт волшебник для разделения своей души. Создание одного крестража даёт возможность воскресить себя один раз; создание множества крестражей приближает к истинному бессмертию, — процитировала Гермиона строчку из книги. — А разделение своей души — это убийство человека.

— И что же это были за объекты?

— Чаша Пуффендуя, медальон Слизерина, змея Волдеморта и ещё несколько вещей.

— Они нашли всё это за каких-то несколько недель? — недоверчиво спросил Драко.

— Не забывай, что Дамблдор великий волшебник! — гордо произнесла Гермиона.

— В таком случае любой мог бы убить его, вооружившись необходимыми знаниями.

— Нет, эта роль с самого начала была отведена Гарри, ведь он стал последним незапланированным крестражем Волдеморта.

— И весь мир вращается вокруг этого псевдо-героя, — проворчал Драко.

— За что ты его так ненавидишь? — возмутилась Гермиона.

— Грейнджер, ты слишком много хочешь знать, — отмахнулся он.

— Хорошо, когда-нибудь ты всё поймёшь сам.

Драко лишь отрицательно покачал головой, но спорить не стал. Да, и зачем? Теперь он знал, как они покончили с Волдемортом, но у Драко осталось ещё много вопросов, которые он обязательно задаст Гермионе, а сейчас ему хотелось просто помолчать.

На развалинах бывшего Малфой-мэнора стоял высокий человек, облачённый во всё чёрное; полы его мантии трепетали от сильного ветра, который доносил до его обоняния ещё ощутимый запах едкого дыма. Пепел осел на вычищенных до блеска ботинках, и он был крайне взбешён этим. Своими черными, как тоннели, глазами он скользил по сгоревшим стенам, с явным сожалением разглядывая когда-то роскошное родовое поместье Малфоев.

— Северус, — окликнул его низкий уставший голос, — нам не стоит здесь задерживаться, мы пришли не для того, чтобы оплакивать прошлое.

— Да, профессор, я помню, зачем мы здесь, — отозвался Снейп, поправляя длинные чёрные, как ночь, волосы.

— Так давайте же приступим к этому весьма неприятному и пугающему процессу, — предложил Дамблдор. — Вы знаете, что мне отпущено не много времени, и поэтому я хочу использовать его разумно.

— Вам известно моё мнение об этом способе. Он переходит все возможные границы морали и закона, к тому же я просто не верю, что это хоть как-то способно помочь ему, — в голосе Снейпа промелькнули отвращение и страх.

— Верьте мне, Северус, — успокаивающе произнёс старик.

— Мне ничего не остаётся, кроме слепой веры в чудо. — Снейп обречённо вздохнул.

Дамблдор немного постоял в раздумьях, а после быстрым шагом, которому позавидовали бы молодые здоровые люди, направился в самую глубь сгоревшего дома, туда, где Пожиратели Смерти проводили свои собрания. Снейп покорно проследовал за ним, переступая через обгоревшие портреты Нарциссы и Люциуса.

— Вот то, что нам нужно, — сказал Дамблдор, указывая пальцем вниз.

Снейп выглядел очень печальным и напуганным.