Modus vivendi

— Поверь, ты достойна самого лучшего на этом свете, и будь я проклят, если не поделюсь самой малостью — я коснулся её руки и нежно провёл до кончиков пальцев. С секунду я заметил, как она засмущалась и щеки её слегка покраснели. Ужин был просто превосходный, повар сегодня постарался на славу, словно специально приготовив для нас самую лучшую еду. После того, как блюда унесли, я махнул рукой музыканту, он мне кивнул и музыка резко прекратилась. Я встал из-за стола и протянул Ирис руку, и тут, как по волшебству, заиграла песня «You are my everything» — наша песня, под которую мы танцевали в первый раз. И сейчас, спустя год, ничего не изменилось. Я был все так же влюблён в неё, испытывал все те же чувства, и танцевали мы с той же страстью, как в ту самую первую ночь. Все взгляды посетителей были прикованы только к нам двоим, пленённые нашими движениями. Официанты замирали в изумлении забыв про свои подносы и клиентов, а старый швейцар у дверей смахнул медленно скатывающуюся слезу, вспомнив о своих давно ушедших годах молодости. Я смотрел на Ирис, на её прекрасное лицо, повторяя каждое её движение. Мы кружились вокруг бесчисленных столов и человеческих лиц, сегодняшний вечер и этот самый момент принадлежал только нам. И в этот момент для меня не существовало ничего кроме неё, а для неё ничего кроме меня. Мы были будто одно единое целое, воссоединившееся после долгой разлуки. И с каждой секундой моя любовь только усиливалась. Вдруг музыка начала утихать, я медленно встал на одно колено, держа её руку, другую же запустил в свой нагрудный карман и вытащил оттуда чёрный коробок. Я аккуратно открыл его пальцем, и кольцо ослепительно блеснуло всеми яркими красками в романтическом освещении ресторана. Все замерли в ожидании, в зале не было слышно ни единого звука, даже малейшего шороха. Я набрал воздух в грудь открыл глаза и сказал.

— Ирис Кастро, ты выйдешь за меня? — с минуту тишина не сменилась, я начал уж было волноваться, но тут из глаз Ирис потекли слезы, они падали на ковер серебряными осколками, словно драгоценные камни.

— Я согласна.

Публика буквально взорвалась от радости, все хлопали кричали, свистели, а я, я был сегодня самым счастливым человеком на свете, и этот последовавший страстный поцелуй, все бы отдал за то, чтобы он длился вечно.

15 октября.

Месяц пролетел незаметно, моя жизнь за это время превратилась в настоящую сказку наяву, на работе дела шли превосходно, да и отец Софии, наконец дал согласие на брак. После такого предложения, которое я сделал его дочери, даже суровое сердце такого волка старой закалки, как он, растаяло, словно ломтик сыра на раскалённой сковороде.

Работа обещала принести большую прибыль, а может нас даже наградят за прорыв в этой области. Я лично слышал, как наш начальник говорил об этом по телефону.

Сегодня был последний день нашей работы над «Modus vivendi». Буквально с неделю назад Алекс смог устранить все побочные эффекты и теперь вирус буквально нужно было только довести до ума.

Несмотря на то, что все было почти готово, день прошёл очень нудно. Бумажная работа, честно говоря, не по моей части, но, как ассистенту мне пришлось её выполнить. Часы тянулись словно черепахи, а я мечтал об одном —, чтобы наконец наступило 18 вечера, и можно было поехать к Ирис.

Я взглянул на часы — 17:40 Отлично! Осталось всего 20 минут и можно идти. Просидев где-то еще полчаса, я, забыв о времени, заверил еще кучу ненужных бумажек, а когда взглянул на часы вновь, они показывали 17:48. Дьявол!

Но вот спустя еще примерно «часа 2» наступили те заветные 18:00. Наконец-то! Только я собрался уходить, мечтая о тихом вечере рядом с любимым человеком, как в мой кабинет зашёл начальник — Зейн Бакума и принёс ещё 2 громоздкие папки с бумагами, которые не терпели отлагательств и должны были быть заверены мной до завтра. Ну почему всё всегда делается в самое последнее время?

— Извини, Джейкоб, но придётся тебе сегодня задержаться — ухмыльнулся он. Я бросил жалостливый взгляд на Алекса, уже успевшего упаковать свой халат.

— Извини дружок, у меня сегодня планы — оборвал меня он, подбросив в правой руке бутылку «White Horse» и поспешно удалился.

Работа тянулась бесконечно долго, вот уже 20, 21, 22 часа, а я ещё только треть бумаг подписал. Ну вот теперь, когда мне нужно быстрее все сделать, время бежит, словно ошпаренное. Как всегда. А бумаг! Как же, черт возьми, их много! Видимо, как бы я ни старался, а ночевать придётся здесь. Ну и ладно, хоть разомнусь немного, можно уже не спешить, домой я не успею. Я встал со стула и медленным шагом вышел из кабинета, прошёл по опустевшим коридорам, которые в такой поздний час навевали что-то зловещее и неприятное.

Я достал ключи из кармана и ловким движением отпер дверь нашего пищевого блока, где находилась кофе-машина. Поставив кружку и ткнув на кнопку «двойного эспрессо», я набрал номер Ирис и вслушался в очередь длинных гудков.

— Привет, дорогая — Проговорил я, когда они наконец прекратились.