Молитва

Я сижу напротив подопечного и моего мрачного друга, но удерживаться на месте все сложнее. Люди уже начали молиться о благополучии юноши. Сотни искренних мерцающих, словно маленькие солнца, слов, наполняют меня. Стараюсь держаться как можно дальше, но свет искренних молитв медленно разливается по гимнастическому залу и вот-вот подберется к моему мрачному другу. Он поднимает пронзительные синие глаза. Они уже не такие мрачные, как были на катке. Отчаянье вытекло вместе со слезами, от которых лицо мрачной тени стало искриться еще сильнее. Он улыбнулся мне по-доброму, как улыбаются старому другу, а затем стал медленно растворяться в воздухе. Минута, и рядом с нашим подопечным уже никого нет.

Юноша поднимает голову и смотрит прямо на меня, но не может видеть. Перед ним лишь его отражение. Воспользовавшись силой, я чуть меняю его: показываю не потухшие заплаканные глаза, а то лицо, что смотрело из зеркала утром. Взгляд горит огнем решимости, на губах легкая улыбка уверенности в своих силах, он выглядит, как настоящий чемпион. Не знаю почему, но юноша не пугается, хотя прекрасно понимает, что сейчас он не может выглядеть так. Старается скопировать, а потом смеется.

— У тебя все в порядке? — спрашивает тренер, приоткрывший дверь и просунувший голову в зал, как только услышал смех.

— Да, уже все нормально, — яркая улыбка. Она вымученная, но он старается вложить в нее всю искренность, на какую способен.

— Скорая приехала?

— Да, можешь ехать в больницу для полного обследования, — тренер кивает.

— Хорошо, — юноша встает, а когда доходит до двери, посмотрит на то место, где видел свое отражение, где все еще нахожусь я.

— Спасибо, — шепчет он одними губами и уходит прочь, а смущенная я тянусь за ним.

Много дней мои призрачные руки лежали на плечах подопечного, по чуть-чуть наполняя его поддержкой, о которой молились и просили люди. Иногда я немного вмешивалась в жизнь юноши, переставляя песни в его плейлисте так, чтобы они поднимали настроение и внушали уверенность в себе. Заставляла цветок на лужайке расцвести не в сезон, чтобы поднять настроение. Делала так, что на столе оказывалась любимая еда; чтобы облака не заслоняли ночное небо, полное звезд; чтобы важные для него люди находили минутку для поддержки… Мелочи, которые мы редко замечаем, иногда оказывают решающее значение. Я верила в это.

И вскоре он снова вышел на лед. А через несколько месяцев отправился на первые соревнования. Я вновь стояла у бортика и смотрела, как изящно он парит над катком, а мой мрачный друг стоял напротив и улыбался одним уголком рта. Мы медленно начали двигаться друг к другу по краю бортика, и когда оказались на расстоянии нескольких десятков сантиметром, мой мрачный друг протянул мне руку. Я улыбнулась и приняла ее.

Нам было непросто поддерживать баланс, позволяющий находиться рядом, но ради подопечного мы старались. Ему была нужна внутренняя гармония, чтобы показать все, на что он способен. Несколько минут скорбь и радость, надежда и отчаянье, любовь и ненависть, обузданные силой духа человека, могли держаться за руки, чтобы подарить ему силы для воплощения мечты.