Монстр

На пороге стояла и с ужасом смотрела на происходящее мать Бланш — Альварес! Думаю, по моим ранам, крови и заплаканному лицу, женщина сразу поняла, что добровольности здесь никакой нет. Она бросилась назад, к выходу, но… прямо перед её носом, открытая дверь захлопнулась! На попытки её открыть, дверь не среагировала.

— Ай-яй-яй, как нехорошо! Кто это здесь у нас?! — клоун злобно смотрел на женщину, но, при этом, своего занятия так и не прервал. — Вам не кажется, что прежде, чем зайти, нужно постучать?! А то, невежливо как-то получается!

— Я… я… — от страха, женщина даже не сразу смогла что-то произнести. — Я… я уже ухожу! Отпустите… отпустите меня и я уйду! Я… я никому ничего не скажу!

— Не скажешь?! Не скажешь, что кто-то насилует вашу любимую Амелию?! — мерзкий смех Джека разнёсся по фургону. — Ты, правда, думаешь, что я в это поверю?! О, нет! То, что ты увидела, ты унесёшь с собой на тот свет!

— Не надо!… — произнесла я своим хриплым сиплым, почти пропавшим голосом. — Джек, прошу!… Отпусти её! Не убивай!

— Даже если ты так просишь, моя дорогая Амелия… я не могу выполнить твою просьбу! Она слишком много видела!

Альварес не успела закричать. Как по какому-то злому волшебству, её голова отделилась от тела, украшая фургон брызгами крови! Затем, голова оказалась в руках Джека… Тёплая кровь, капающая с мёртвой головы Альварес, капала на мои губы, глаза, лицо!… Джек смеялся, крутя голову в своих руках, что-то говорил… А я… я только плакала…

— Знаешь, о чём я подумал, Амелия?! — клоун отбросил голову Альварес. — Хватит нам путешествовать вместе с этим цирком! Это была неплохая идея, но… я передумал! Мы уйдём отсюда! Только… перед этим, нужно избавиться от всех наших, уже бывших, попутчиков!

— Ты… ты хочешь всех убить?! — я не хотела в это верить.

— Верно, Амелия! И я сделаю это прямо сейчас! — он, в последний раз, резко, болезненно вышел из меня и бросил меня на пол, как использованную и, уже ненужную, вещь. — А ты, Амелия, не вздумай мне мешать! Хотя… ты, вряд ли, сможешь встать, но… — Джек перевернул меня на живот, сложил мои ладони одна на другую и обе пригвоздил к полу тем самым ножом, с которым я напала на него. — Так, будет надёжнее! Жди меня, моя собачка! Я скоро вернусь к тебе!

— Не надо, Джек! Не убивай их! Давай, просто уйдём! Не убивай их! — я смотрела в спину Смеющегося Джека, пока тот не вышел из фургона. — Пожалуйста, Джек!

Я осталась одна. Я осталась одна, изнасилованная, пригвождённая к полу… Хотя, Джек был прав — даже если бы не нож, я, вряд ли, смогла бы встать. Я чувствовала себя… мёртвой. Наверное, это и есть самое подходящее слово к моему состоянию. Кричать не могла… Могла только, беззвучно, рыдать. А когда я услышала крики циркачей, полные ужаса… Услышала, как умирает моя семья… Как умирают самые дорогие мне люди… Что можно чувствовать в такой момент? Я даже не могу описать эти чувства! Их не с чем сравнить! Больше, чем боль! Больше, чем отчаяние! Я, плача, попыталась, всё-таки, освободиться, пошевелиться, но… у меня не вышло. Я не могла даже закрыть уши, чтобы не слышать предсмертные крики!

Сколько времени продолжалась эта какофония звуков из плача и крика? Я не знаю. Мне казалось, что это длится вечность! И когда дверь в фургон отворилась и вошёл довольный Смеющийся Джек, весь залитый чужой кровью, с головой Жозефа в руке, я поняла, что это — всё. Конец цирка, который полгода назад принял в свои объятья девочку, с поломанной судьбой. Принял и дал надежду на то, что она сможет жить счастливой жизнью. Это… конец цирка «Арлекин».

Александр принял решение. Тяжёлое решение, но неизбежное. За всё это время он так и не нашёл способ разделить Смеющегося Джека и девушку так, чтобы не убить последнюю. Поэтому… Александр пожертвует ею. Он должен избавить мир от этого чудовища, чего бы ему это не стоило! И для этого… ради этого, он выберет меньшее из зол. Одна девушка против многих жертв. Несправедливо по отношению к девушке? Да! Но… другого выхода не было!

Александр закончил амулет для поиска Смеющегося Джека. Теперь он знал, где тот находится и мог проследить его путь. По какому-то безумному стечению обстоятельств, он был в том же городе, что и Александр. Это было хорошо. Значит, он сможет обезвредить Джека раньше, чем рассчитывал. Он начнёт свою охоту. Он начнёт свою охоту уже завтра.

Глава 14

— Ну, как, Амелия?! Тебе нравится?! — Джек поставил голову Жозефа прямо напротив моего лица.

Я шарахнулась. Попыталась… Нож, пригвоздивший меня к полу, не дал мне сдвинуться с места даже на миллиметр.

Глаза Жозефа были открыты. Мёртвые безжизненные глаза мужчины смотрели на меня! Мне казалось, что мертвец смотрит на меня с укором, осуждением!… Хозяин цирка знал, что я виновата во всём! Он знал, что это я привела чёрно-белую смерть в свою семью! Он знал, что я позволила всему этому случиться!

— Убери! Убери это, Джек! — я больше не могла выносить этого немого укора мертвеца, его взгляд. — Убери, пожалуйста!