Монстр

Отойдя от окна, я разломал одну табуретку и принялся выстругивать рукоять для топора. Лишним он точно не станет. Щепки отправлялись в камин, они пойдут как растопка для огня. Через пару часов кустарное топорище плотно встало на место. Морщась от отдачи, порубил покалеченную табуретку на части. Процесс добычи огня стал для меня священным: высечь заветную искру удалось даже не с десятого раза. Руки подрагивают в нетерпении: кто бы знал, как мне хочется мягкого, приятного тепла. Первый, робкий язычок пламени неуверенно лизнул пересушенное дерево и, распробовав, жадно накинулся на угощение. А мне было больно смотреть на этого кроху, не из-за слепящего света режущего глаза, а из-за новой волны воспоминаний, накрывшей меня с головой. Глаза наполнились влагой, сейчас можно: никто не увидит этого.

Тихая истерика давно прошла, но я не мог найти себе места: пробовал понять содержимое книг, но лишь по нескольким страшным рисункам можно было догадаться, что книги о медицине, сон тоже не шел, отключиться хоть ненадолго было бы лучшим вариантом. Беспорядочное метание продлилось около получаса, прежде чем червячок сомнения довел меня до ручки. Я начал сборы, покидав нехитрый скраб в сумку. Решил прихватить с собой даже кочергу, пригодится. Прощально посмотрев на затухший огонек, закрыл за собой дверь.

Наверняка со стороны мой вид казался забавным: низкая фигура, держащая в руках Г-образный железный прут и кривую подделку топора, одетая в не по размеру большой плащ, каждый шаг которой сопровождался шуршащей об пол ткани и глухим стеклянным постукиванием, доносящимся из сумки, перекинутой через плечо. Она немного горбится и слишком часто озирается, словно ожидает удара в спину. Тишина словно давит на меня сверху, а стены сужаются, желая прихлопнуть как муху. Неприятное ощущение. Я добрался уже до кухни, но ничего опасного так и не встретил. Ни когда бы не поверил, что отсутствие врага пугает гораздо больше чем он сам. Зачем я вообще вернулся сюда? Чтобы найти выход. К таким местам всегда должен быть прямой путь. Побродив еще немного, я наткнулся на коридор, намного шире всех встреченных мной до этого. В его конце оказался вход в главный зал: огромнейшее помещение порядка тридцати метров в длину и пару этажей в высоту. Бледно-зеленый свет луны, проникающий сквозь несколько высоко расположенных окон, красиво освещает барельефы, покрывающие круглые колонны. Возле центрального входа лежит немаленькая куча мусора, в дальней от него части, в тени, валялась непонятная груда, сам же зал был пуст.

Завал составлен из множества различных столов, табуреток, нескольких длинных скамей и почему-то сильно напоминает мне не до конца разобранную баррикаду. Разобранную в спешке самими защитниками, вход-то заперт. Люди словно старались … неприятное чувство кольнуло спину … покинуть ставшее опасным … край глаза замечает движение сзади … место … а паранойя вопит: «Бежать!»

Едва успев отпрыгнуть с пути чего-то тяжелого, я услышал громкий треск, выстрелом отдавшийся в ушах. Прикрыв лицо от шрапнели щепок, я смотрел на взметнувшиеся клубы пыли. Толстый брус, запирающий двери, жалобно треснул, а массивные сворки попрощались с петлями и вылетели наружу. Сквозь отрывшийся проход заметались, лучи света, показавшие мне ужасную фигуру в два человеческих роста. Хотел врага получи и распишись. Громадное чудовище, состоящее из нескольких людских тел, слитых в одно. Оно чем-то напоминает големов, правда выглядят они гораздо эстетичнее. Вместо головы три черепа, спаянных в неровный треугольник, который смотрит на тебя из-за ребер чьей-то грудной клетки, как из шлема. Шесть глаз полыхают темно-зеленым огнем злобы. Похоже, расписываться мне придется собственной кровью!

Лапа размахнувшейся твари практически достала потолок. Ступор! Нельзя, нельзя стоять и позволять страху сковывать себя! Меня же сейчас просто размажет!! Мысли испуганными зайцами скачут в голове. Нервный отскок на деревянных ногах. Успел! От удара каменный пол изошел глубокими трещинами. Он медленнее, но размажет, даже если случайно заденет. Обогнуть его не составило бы особого труда, находись мы снаружи, а сейчас приходится выжидать, играя со смертью. Наконец уродливая рука замедлилась, снеся одну из колонн, и я ломанулся вперед, сквозь поднявшуюся пыль, скрывшую нежить от меня. Еще удар. Чудовище, чуть отстав, расширило проход и с упоением старается прихлопнуть вертлявое тело. В таком темпе я долго не продержусь. Нужно уносить отсюда ноги, но почему-то мне кажется, что он пойдет следом. И что тогда? При очередном отскоке на глаза попалась колокольня. Пожалуйста, пусть там будут обычные веревки, а не какой-нибудь трос или цепи.

— Иди сюда, иди! — Похоже, мне окончательно сорвало крышу: снова ставлю на кон все что есть.