Фандом: Мстители. Братья всегда найдут себе приключение, даже в замкнутом пространстве корабля.
11 мин, 59 сек 7624
— Эй! — Локи пихнул его локтем, что тот аж подпрыгнул.
— А, что? Да! Я… эм… Локи! — Тор снова широко разулыбался, как будто теперь Локи был корзинкой котят.
Младший возвел глаза к потолку.
«И откуда в этом дуболоме столько радости от одного только моего вида?!»
— Твой друг, один из двух, он не собирается, часом, возвращаться? — как бы между прочим осведомился Локи.
— Ты о ком это?
— О Брюсе. Если уж заводить друзей, то он мне больше нравится в этой роли.
— А… это я виноват, — грустил Тор так же самоотверженно, как и радовался. — Он говорил, что больше не сможет вернуться, а я потянул его в Асгард…
Локи отпустил подушку и задумчиво закусил кончик пальца. Не сможет вернуться… Интересно…
Пока он думал, Тор снова начал посапывать, нагло захватив подушку себе. Как ни странно, размеренные вдохи и выдохи брата совершенно не мешали Локи, спокойно вплетаясь в магический узор.
— Тор! — Локи снова его пихнул. — Тор, просыпайся, у нас есть дело! Вставай, квашня, или тебе чибиса наколдовать?
— Расскажешь кому-нибудь про чибиса — прибью, — пробурчал Тор в подушку.
— Больше тысячи лет прошло, а я так никому и не рассказал. Все жду случая вынуть этот козырь.
Локи снова ощутимо ткнул брата в бок, и Тор с неохотой отлепил подушку — такую мягкую, пышную, большую подушку… — от лица, порадовавшись, что ткнули его локтем, а не кинжалом. Локи все-таки исправляется?
— Ну, какое там у тебя дело?
— А что ты про солнышко говорил? — хитро сверкнув глазами, спросил Локи.
— Локи, это самоубийство.
— Это план.
— Это план самоубийства!
— Как будто у нас когда-либо бывали другие.
Тору показалось, что он услышал в голосе брата плутовскую улыбку. Впрочем, почему показалось?
Они пробирались в темноте к двери соседней каюты, стараясь не шуметь. Как когда-то ночью крались по коридорам дворца, чтобы сбежать навстречу приключениям — стянуть яблоки Идунн или «просто посмотреть» на дракона в спячке. Планы всегда составлял Локи, а Тор всегда шел первым, прислушиваясь к юлящим за спиной тихим шагам брата.
Да, пожалуй, стащить у отца золотую повязку на глаз перед встречей с послом Ванахейма было самоубийством, но лезть к Халку в каюту, пока он спит…
— И почему я первый туда иду?! — негодующе прошептал Тор, хотя прекрасно знал — почему.
— Могучий Тор испугался? — сладко пропел Локи за плечом.
— А если он корабль разнесет?! Об этом ты не подумал?
— Не разнесет, — твердо ответил младший, судя по голосу, отчаянно собирающийся с силами не допустить этого и много чего еще. — У нас же есть солнышко!
— Оно только с Наташей работало! — возопил шепотом Тор. — А я не очень похож на Наташу!
— Ну как посмотреть…
— Локи.
— Будем надеяться, что у твоего друга хорошая память.
Пассаж про память Тор не понял, как не понял того, что, собственно, собирается делать Локи. Никогда не понимал. Локи никогда не мог четко и конкретно рассказать свой план, или не хотел — что вероятнее. Поэтому в их приключениях для Тора каждый поворот был элементом неожиданности, что, по правде говоря, ему нравилось до восторженного писка. Даже когда приходилось спешно делать ноги от клюющих в макушку воронов отца или прятаться в колючих кустах от разъяренной Сиф.
Храп в каюте стоял поистине грандиозный. Тору даже показалось, что от дыхания Халка у него зашевелились волосы. На затылке. Или не показалось. Он замер в дверном проеме, отчаянно соображая, как отговорить брата от этого безумства. Но не успел ничего придумать, как Локи, выглядывавший из-за его спины, как из-за щита, пихнул его в спину — и Тору пришлось сделать шаг в каюту.
— И что мне делать-то? — прошипел Тор.
— Молча стоять и не мешать мне.
— И…
— Тшш!
— Но…
— Тшшш!
Локи грубо развернул его за плечи лицом к Халку и опять толкнул, заставляя шагать к кровати. Тор мог бы возмутиться такому обращению, но вспомнил, как Локи точно так же прятался за него в пещере дракона, хотя сам сподобил их к этому походу. Ничего не меняется…
Они двигались слаженно и тихо, аккуратно переставляя ноги, даже ритмы дыхания подстроились друг под друга, и невозможно было представить, что когда-то было иначе, что вообще возможно иначе.
Внезапно Халк рыкнул во сне, недовольно сморщив нос. В тот же миг в плечи Тора вцепились пальцы Локи с такой силой, что чуть не вмяли в кожу броню. Боится. Как же сильно, оказывается, его брат боится.
Эта простая мысль заставила Тора расправить плечи, прогоняя остатки хмеля с глаз; в мышцы хлынула сила, делая их стальными канатами. Тор смело шагнул навстречу монстру в кровати. Руки Локи пропали с плеч.
— Давай, — бросил Тор. — Делай, что ты там задумал.
Локи стоял близко и держал руки перед собой, как будто они все еще были на плечах Тора. В темноте, с редкими проблесками от пролетающей мимо окна ледяной пыли, его глаза казались темными и огромными, а еще очень удивленными, так по-детски, что Тор на мгновение подумал, не вернулся ли его братец на столетия назад с помощью какого-нибудь заклинания. Но через секунду «заклинание» перестало действовать.
— А, что? Да! Я… эм… Локи! — Тор снова широко разулыбался, как будто теперь Локи был корзинкой котят.
Младший возвел глаза к потолку.
«И откуда в этом дуболоме столько радости от одного только моего вида?!»
— Твой друг, один из двух, он не собирается, часом, возвращаться? — как бы между прочим осведомился Локи.
— Ты о ком это?
— О Брюсе. Если уж заводить друзей, то он мне больше нравится в этой роли.
— А… это я виноват, — грустил Тор так же самоотверженно, как и радовался. — Он говорил, что больше не сможет вернуться, а я потянул его в Асгард…
Локи отпустил подушку и задумчиво закусил кончик пальца. Не сможет вернуться… Интересно…
Пока он думал, Тор снова начал посапывать, нагло захватив подушку себе. Как ни странно, размеренные вдохи и выдохи брата совершенно не мешали Локи, спокойно вплетаясь в магический узор.
— Тор! — Локи снова его пихнул. — Тор, просыпайся, у нас есть дело! Вставай, квашня, или тебе чибиса наколдовать?
— Расскажешь кому-нибудь про чибиса — прибью, — пробурчал Тор в подушку.
— Больше тысячи лет прошло, а я так никому и не рассказал. Все жду случая вынуть этот козырь.
Локи снова ощутимо ткнул брата в бок, и Тор с неохотой отлепил подушку — такую мягкую, пышную, большую подушку… — от лица, порадовавшись, что ткнули его локтем, а не кинжалом. Локи все-таки исправляется?
— Ну, какое там у тебя дело?
— А что ты про солнышко говорил? — хитро сверкнув глазами, спросил Локи.
— Локи, это самоубийство.
— Это план.
— Это план самоубийства!
— Как будто у нас когда-либо бывали другие.
Тору показалось, что он услышал в голосе брата плутовскую улыбку. Впрочем, почему показалось?
Они пробирались в темноте к двери соседней каюты, стараясь не шуметь. Как когда-то ночью крались по коридорам дворца, чтобы сбежать навстречу приключениям — стянуть яблоки Идунн или «просто посмотреть» на дракона в спячке. Планы всегда составлял Локи, а Тор всегда шел первым, прислушиваясь к юлящим за спиной тихим шагам брата.
Да, пожалуй, стащить у отца золотую повязку на глаз перед встречей с послом Ванахейма было самоубийством, но лезть к Халку в каюту, пока он спит…
— И почему я первый туда иду?! — негодующе прошептал Тор, хотя прекрасно знал — почему.
— Могучий Тор испугался? — сладко пропел Локи за плечом.
— А если он корабль разнесет?! Об этом ты не подумал?
— Не разнесет, — твердо ответил младший, судя по голосу, отчаянно собирающийся с силами не допустить этого и много чего еще. — У нас же есть солнышко!
— Оно только с Наташей работало! — возопил шепотом Тор. — А я не очень похож на Наташу!
— Ну как посмотреть…
— Локи.
— Будем надеяться, что у твоего друга хорошая память.
Пассаж про память Тор не понял, как не понял того, что, собственно, собирается делать Локи. Никогда не понимал. Локи никогда не мог четко и конкретно рассказать свой план, или не хотел — что вероятнее. Поэтому в их приключениях для Тора каждый поворот был элементом неожиданности, что, по правде говоря, ему нравилось до восторженного писка. Даже когда приходилось спешно делать ноги от клюющих в макушку воронов отца или прятаться в колючих кустах от разъяренной Сиф.
Храп в каюте стоял поистине грандиозный. Тору даже показалось, что от дыхания Халка у него зашевелились волосы. На затылке. Или не показалось. Он замер в дверном проеме, отчаянно соображая, как отговорить брата от этого безумства. Но не успел ничего придумать, как Локи, выглядывавший из-за его спины, как из-за щита, пихнул его в спину — и Тору пришлось сделать шаг в каюту.
— И что мне делать-то? — прошипел Тор.
— Молча стоять и не мешать мне.
— И…
— Тшш!
— Но…
— Тшшш!
Локи грубо развернул его за плечи лицом к Халку и опять толкнул, заставляя шагать к кровати. Тор мог бы возмутиться такому обращению, но вспомнил, как Локи точно так же прятался за него в пещере дракона, хотя сам сподобил их к этому походу. Ничего не меняется…
Они двигались слаженно и тихо, аккуратно переставляя ноги, даже ритмы дыхания подстроились друг под друга, и невозможно было представить, что когда-то было иначе, что вообще возможно иначе.
Внезапно Халк рыкнул во сне, недовольно сморщив нос. В тот же миг в плечи Тора вцепились пальцы Локи с такой силой, что чуть не вмяли в кожу броню. Боится. Как же сильно, оказывается, его брат боится.
Эта простая мысль заставила Тора расправить плечи, прогоняя остатки хмеля с глаз; в мышцы хлынула сила, делая их стальными канатами. Тор смело шагнул навстречу монстру в кровати. Руки Локи пропали с плеч.
— Давай, — бросил Тор. — Делай, что ты там задумал.
Локи стоял близко и держал руки перед собой, как будто они все еще были на плечах Тора. В темноте, с редкими проблесками от пролетающей мимо окна ледяной пыли, его глаза казались темными и огромными, а еще очень удивленными, так по-детски, что Тор на мгновение подумал, не вернулся ли его братец на столетия назад с помощью какого-нибудь заклинания. Но через секунду «заклинание» перестало действовать.
Страница 2 из 4
