Мой человек

Насекомое… С наслаждением наступаю ему на грудь. Не моя тяжесть убивает его, но моя вновь проснувшаяся ненависть.

Нет, следов не останется.

Да, жить ему оставалось до следующего прихода.

О ней? Все скажут, что она одумалась после этого.

Я наклоняюсь к ней, близко, дышу в лицо. Мой аромат, мускус смерти — и она верит мне, безоговорочно верит.

— Завтра, — говорю я, — завтра ты начнёшь искать человека в себе. Не моей волей, но собственным желанием. Иначе… я заберу его! — И касаюсь губами крутого детского лобика.

Но я не продам — ни этого человечка, ни того, что ещё осталось от моей души. Ни за тридцать сребреников, ни за собственную сытость!

Уже стоя на подоконнике, оглядываюсь.

Женщина раскачивается, сидя на полу и прижимая к себе ребёнка. Озирается по сторонам, словно не узнаёт квартиру. Стирает свои слёзы с детского лица. Это не отчаяние. Очищение… А я делаю шаг вперёд.

Я буду ошибаться, но может быть, некоторые из моих стрел попадут в цель — как эта.

Я продолжу рыться в помойке душ и с тоской смотреть в прошлое, пытаясь найти. Но теперь мне будет легче искать. Теперь я знаю — кого! Евдокию. Моего потерянного человека.