Обычная девушка. Очередная жертва. Кукла. Игрушка. Называйте как хотите. Но она принадлежит только ему. И явно этому не рада… Дома крипи нет, только Бен. А что если убийца и жертва поспорят? К чему это приведёт и кто всё-таки выживет? И всё же она не просто безвольная игрушка в его руках…
— Ты мне только мешаешь. Путаешься под ногами, как старая, уже всеми забытая игрушка, — прошептал на ухо Кате, опаляя холодным дыханием, от которого мурашки прошлись заново. — У меня ведь только с рыжей ведьмой заключён договор. А ты второстепенный персонаж в моей небольшой игре, — хриплый, чуть злой, голос.
— Отпусти меня, Петерсон… — умоляюще прошептала девушка со слезами на глазах, которые вот-вот стекут по её лицу, щекам к подбородку, а после упадут одной каплей вниз, оставляя маленькую лужицу солёной воды на полу.
— Зачем? Чтобы ты и дальше мне мешала? — сжал сильнее, пропустив свою фамилию мимо ушей и оскалившись. — Ты когда-нибудь слышала хруст ломающихся костей?
Катя задрожала всем телом, понимая данную ситуацию. Капелька пота стекла по виску жертвы, во рту пересохло, а голосовые связки будто пропали. Капельки слёз скатились по щекам девушки к острому подбородку, оставляя мокрые солёные дорожки. В глазах начало темнеть, а голова кружиться из-за недостатка кислорода.
— Утопленник! — крикнула Алиса, стоя в коридоре около двери комнаты, из которой она только что вышла. Не зря она почувствовала, что что-то не так. А выйдя из комнаты, она тут же увидела ужасную для неё картину: Утопленник стоял к ней спиной, а спереди, спиной к нему, стояла Катя. Хоть Алиса и не видела, что они делают, но поняла сразу же.
— О! А вот и зрители, — усмехнулся вирус, повернувшись к Лис, всё ещё сжимая горло своей жертвы. И теперь Алиса увидела Катю полностью.
— Отпусти её! — крикнула она и уже сделала быстрый шаг к ним, как сзади её крепко обнял Тёмный, не давая сделать больше и шага. Широко открыв глаза, девушка ещё раз дёрнулась, но безуспешно. Поняв, что Катя и вправду не сможет выбраться из лап Утопленника, она снова посмотрела на подругу и сильно закусила нижнюю губу. Слёзы скатились вниз, упав на пол.
Утопленник оскалился ещё шире и второй рукой прошёлся к левому глазу Кати, ослабив хватку на шее. Катя широко открыла глаза и открыла рот, хватая воздух, но вирус резким движением вырвал её глаз под крик Алисы. Меньшикова закричала от ужасной острой боли, которая быстро прошлась по всему телу.
— Наслаждайся представлением, — посмотрев на Алису, весело объявил Утопленник. Пока Катя кричала, дёргаясь в конвульсиях, дух резким рывком вырвал зуб жертвы, от чего она громче закричала.
«Почему никто не идёт на крик? Стены ведь тонкие»… — зажмурившись, спросила саму себя Алиса.
— Ах да, перед тем как начать развлечение, я всех жителей отправил на улицу. Нам же не нужны свидетели, — добавил убийца. Алиса вздрогнула и резко посмотрела на своего врага. Образ Кати навсегда запечатлелся в её памяти. Утопленник взял хрупкую, почти белоснежную, руку девушки и резко дёрнул её так, что даже послышался хруст. Младшая уже громко стучала ногами по полу от боли.
— Вот ты и услышала хруст костей, — довольный представлением, Бен одним движением свернул шею сломанной игрушке. Откинул труп на пол и хихикнул. Алиса не могла ничего сделать и чувствовала свою вину в смерти подруги. Она подбежала к ней, когда Тёмный отпустил её, и упала на колени рядом с трупом. Ала обняла её за плечи и прижала к себе. Заплакав, Алиса громко закричала от ужаса. Утопленник снова хихикнул и пнул ноги Кати, пойдя к Тёмному.
— Я же выиграла! — вскрикнула Алиса, но вирус лишь громко и хрипло засмеялся.
— А кто сказал, что я буду соблюдать правила спора? — чуть наклонив голову набок так, что волосы начали свисать, Петерсон посмотрел на Алису. Та, широко открыв глаза, посмотрела на него. Плотно сжав губы, она прижала труп подруги к себе сильнее.
— Ты… Ты подлец! — закричала девушка и встала, держа девушку на руках.
— Я убью тебя. Только не сейчас. Рано ещё, — ухмыльнулся убийца и ушёл с Тёмным в комнату, оставив Лис, которая стояла с открытым ртом, будто крича. Слёзы снова потекли по лицу девушки.
— Ненавижу… — прошептала она и сжала кулаки, зажмурившись и прижав ещё сильнее Катю к себе, горько заплакав, снова упав на колени.
Природу трудно изменить, Но жизнь изменчива, как море. Сегодня — радость, завтра — горе, И то и дело рвётся нить.
©Лопе де Вега