Фандом: Гарри Поттер. Не читайте на ночь северитусы — приснятся кошмары. Вот и мне приснился… А утром я его записала. Итак, однажды за завтраком герой получает письмо. Это сенсационное признание его покойной мамы о том, кто его настоящий отец…
38 мин, 49 сек 16355
— «Забавные животные эти люди», правда? Я иногда думаю, как мы выглядим со стороны. Например, класс на уроке зельеварения — как потешно мы смотримся перед Вами! Препираемся, бросаемся ингредиентами, взрываем котлы…
— Вы еще не были на педсовете или на собрании Ордена феникса. А мой дорогой батюшка со своими УпСами…
— Ой, — перебила Луна, — как Вы догадались? Про батюшку. Это мое первое воспоминание о маме. Мама любила смотреть на нас с папой и повторять: «Да, ну и забавные животные у меня в семье!»
Один из фестралов хрюкнул, словно засмеялся. Второй незаметно пнул его копытом.
Потом долго смотрел в зеркало. Никогда раньше лицезрение собственной физиономии не доставляло Снейпу такого блаженства.
Второе: запутал Сусанинскими чарами дорогу в свои комнаты.
Зачаровал на славу, сам едва нашел вход в родные подземелья и только тогда успокоился.
Его настроение не подняло легкомысленное замечание Альбуса Дамблдора, что теперь наконец понятно, почему Распределяющая шляпа отправила полукровку Снейпа на Слизерин. Ведь Шляпа почувствовала в нем кровь великого Салазара!
Хотя жаль, добавил Альбус, что не все умения великого Салазара перешли Северусу, ведь если бы он владел парселтангом, насколько бы в Хогвартсе было меньше проблем…
Опустим неадекватную реакцию Снейпа на слово «парселтанг» и перейдем к дальнейшему изложению событий.
О загадочная душа снейпоманки!
Казалось, еще вчера ты стонала в восхищении: «Какой мужчина!», «Хочу только его!», «Он будет мой, или я всех отравлю!» —
Еще вчера ты млела при звуках его неподражаемого бархатного голоса и прикидывала, сколько миллионов стоит единственный наследник Лорда Волдеморта, и хватит ли этих миллионов тебе на пару долгожданных пластических заклинаний.
Еще вчера ты рассуждала, как нейтрализовать соперниц, и постоянно следила за Снейпом, чтобы ему никто не подмешал Приворотного зелья и не треснул Империусом — ведь на это имеешь право только ты.
Вопрошала, действительно ли Лорд бессмертен?
Обещала как-нибудь после свадьбы, когда он перепишет на Севви завещание, это проверить.
О, вчера…
А сегодня, увидев не гламурный лик, а привычную постную физиономию с крючковатым носом, ты чувствуешь, что любовь ушла. Ушла безвозвратно!
Так же внезапно, как и появилась…
Только упорные слизеринки не собирались сдаваться, но они и раньше осаждали неприступное сердце своего любимого профессора.
Нам теперь известно, почему неприступное. Увы, сердце профессора было безнадежно занято, слизеринки опоздали!
И сердце профессора истекало кровью от неразрешимой проблемы — что делать?
Как Луна ни уговаривала, профессор страшно боялся представить ее Темному лорду. Он слишком хорошо помнил, чем кончилось знакомство Лорда и его первой девушки.
— Мисс Лавгуд, — вновь и вновь переспрашивал Снейп, — Вы уверены в своих чувствах? Вы по-прежнему считаете наш брак целесообразным? Я уверен, все Ваши друзья станут Вас отговаривать…
— Ой, они меня уже месяц как отговаривают, — легко призналась Луна. — А я считаю, что не надо поддаваться. Вот моя мама — ее тоже все отговаривали выходить за «полоумного Лавгуда», что это плохо кончится, но мама их не послушала и прожила с папой десять самых счастливых лет своей жизни.
«А потом всё действительно плохо кончилось, — подумал Снейп.»
— Я уже написала папе, что встречаюсь с Вами, — продолжала Луна. — И папа дал благословение. Хотите, я покажу его письмо? Он очень рад за меня. Главное, пишет папа, что я счастлива и выхожу замуж по любви. Папа шлет нам наилучшие пожелания и надеется, что мы не перебьем друг друга, хотя бы пока нашей дочке не исполнится девять лет.
— Чудесное пожелание, — сказал Снейп. — И как Вы полагаете, мы не перебьем друг друга, мисс Лавгуд?
— Я заверила папу, что мы постараемся, — ответила Луна.
Удивительно, но Лорд Волдеморт думал о том же самом.
О том, как тяжело быть хорошим отцом, как его выводит из терпения непутевый сын и есть ли шансы на нормальную семейную жизнь, когда бы они со Снейпом ближайшие десять лет не перебили друг друга?
«О Мерлин, дай мне терпения!» — Дай мне терпения, Мерлин, как же он упрям!
Что с ним делать?
Танталовы муки отцовства.
Желаешь ему добра, а он упрямится. Почему?
Почему он не верит мне?
Почему он все время что-то скрывает?
Лорд Волдеморт считал себя образцовым родителем. Он постоянно заботился о сыне, давал ему уроки, подробно выспрашивал о работе на Дамблдора и даже готов был подобрать невесту — а неблагодарный отпрыск совершенно не ценил отцовские усилия. Более того, Лорд чувствовал, что наследник уже подобрал невесту для себя, а молчит и трясется потому, что подобрал такую, какую Лорд никогда бы не одобрил.
И главное, всё надо из сына вытягивать силком, сам он ни в жизнь не признается!
О Эйлин, любовь моя, что же ты мне родила?! Это чудо никогда не женишь силой. А нам с тобою так нужны наследники!
— Вы еще не были на педсовете или на собрании Ордена феникса. А мой дорогой батюшка со своими УпСами…
— Ой, — перебила Луна, — как Вы догадались? Про батюшку. Это мое первое воспоминание о маме. Мама любила смотреть на нас с папой и повторять: «Да, ну и забавные животные у меня в семье!»
Один из фестралов хрюкнул, словно засмеялся. Второй незаметно пнул его копытом.
Морганатические терзания Темного лорда
Первое, что сделал профессор Снейп, когда той ночью вернулся в Хогвартс, было: вернул себе прежнюю внешность.Потом долго смотрел в зеркало. Никогда раньше лицезрение собственной физиономии не доставляло Снейпу такого блаженства.
Второе: запутал Сусанинскими чарами дорогу в свои комнаты.
Зачаровал на славу, сам едва нашел вход в родные подземелья и только тогда успокоился.
Его настроение не подняло легкомысленное замечание Альбуса Дамблдора, что теперь наконец понятно, почему Распределяющая шляпа отправила полукровку Снейпа на Слизерин. Ведь Шляпа почувствовала в нем кровь великого Салазара!
Хотя жаль, добавил Альбус, что не все умения великого Салазара перешли Северусу, ведь если бы он владел парселтангом, насколько бы в Хогвартсе было меньше проблем…
Опустим неадекватную реакцию Снейпа на слово «парселтанг» и перейдем к дальнейшему изложению событий.
О загадочная душа снейпоманки!
Казалось, еще вчера ты стонала в восхищении: «Какой мужчина!», «Хочу только его!», «Он будет мой, или я всех отравлю!» —
Еще вчера ты млела при звуках его неподражаемого бархатного голоса и прикидывала, сколько миллионов стоит единственный наследник Лорда Волдеморта, и хватит ли этих миллионов тебе на пару долгожданных пластических заклинаний.
Еще вчера ты рассуждала, как нейтрализовать соперниц, и постоянно следила за Снейпом, чтобы ему никто не подмешал Приворотного зелья и не треснул Империусом — ведь на это имеешь право только ты.
Вопрошала, действительно ли Лорд бессмертен?
Обещала как-нибудь после свадьбы, когда он перепишет на Севви завещание, это проверить.
О, вчера…
А сегодня, увидев не гламурный лик, а привычную постную физиономию с крючковатым носом, ты чувствуешь, что любовь ушла. Ушла безвозвратно!
Так же внезапно, как и появилась…
Только упорные слизеринки не собирались сдаваться, но они и раньше осаждали неприступное сердце своего любимого профессора.
Нам теперь известно, почему неприступное. Увы, сердце профессора было безнадежно занято, слизеринки опоздали!
И сердце профессора истекало кровью от неразрешимой проблемы — что делать?
Как Луна ни уговаривала, профессор страшно боялся представить ее Темному лорду. Он слишком хорошо помнил, чем кончилось знакомство Лорда и его первой девушки.
— Мисс Лавгуд, — вновь и вновь переспрашивал Снейп, — Вы уверены в своих чувствах? Вы по-прежнему считаете наш брак целесообразным? Я уверен, все Ваши друзья станут Вас отговаривать…
— Ой, они меня уже месяц как отговаривают, — легко призналась Луна. — А я считаю, что не надо поддаваться. Вот моя мама — ее тоже все отговаривали выходить за «полоумного Лавгуда», что это плохо кончится, но мама их не послушала и прожила с папой десять самых счастливых лет своей жизни.
«А потом всё действительно плохо кончилось, — подумал Снейп.»
— Я уже написала папе, что встречаюсь с Вами, — продолжала Луна. — И папа дал благословение. Хотите, я покажу его письмо? Он очень рад за меня. Главное, пишет папа, что я счастлива и выхожу замуж по любви. Папа шлет нам наилучшие пожелания и надеется, что мы не перебьем друг друга, хотя бы пока нашей дочке не исполнится девять лет.
— Чудесное пожелание, — сказал Снейп. — И как Вы полагаете, мы не перебьем друг друга, мисс Лавгуд?
— Я заверила папу, что мы постараемся, — ответила Луна.
Удивительно, но Лорд Волдеморт думал о том же самом.
О том, как тяжело быть хорошим отцом, как его выводит из терпения непутевый сын и есть ли шансы на нормальную семейную жизнь, когда бы они со Снейпом ближайшие десять лет не перебили друг друга?
«О Мерлин, дай мне терпения!» — Дай мне терпения, Мерлин, как же он упрям!
Что с ним делать?
Танталовы муки отцовства.
Желаешь ему добра, а он упрямится. Почему?
Почему он не верит мне?
Почему он все время что-то скрывает?
Лорд Волдеморт считал себя образцовым родителем. Он постоянно заботился о сыне, давал ему уроки, подробно выспрашивал о работе на Дамблдора и даже готов был подобрать невесту — а неблагодарный отпрыск совершенно не ценил отцовские усилия. Более того, Лорд чувствовал, что наследник уже подобрал невесту для себя, а молчит и трясется потому, что подобрал такую, какую Лорд никогда бы не одобрил.
И главное, всё надо из сына вытягивать силком, сам он ни в жизнь не признается!
О Эйлин, любовь моя, что же ты мне родила?! Это чудо никогда не женишь силой. А нам с тобою так нужны наследники!
Страница 5 из 11
