Мусорный дом

— Ты знаешь, милый, — сказала однажды Лена своему молодому мужу, звали которого Виктором, — мне как-то очень одиноко живётся без нашей доченьки. Зачем мы отправили её к моей маме?

— Но ты же сама понимаешь, — пожал Виктор плечами. — Там ей будет житься намного спокойнее.

— А тебе не кажется, что у нас какой-то странный дом?

— Вот, ты запарила меня своими претензиями! Если тебя так бесит этот дом, переезжай к дочери, только оставь ты меня в покое.

— Ты что, выгоняешь меня из дома?

— Плевать я хотел — выгонять кого-то. Пусть каждый живёт там, где ему нравится.

— Просто, я к чему тебе это спросила. Я предлагаю интересный вариант. У меня есть школьная подруга. У них с мужем ничего не получается. Может, какое-то время она поживёт в нашем доме? И мне веселее будет.

— А ты доверяешь своей подруге? Смотри, как бы не получилось как в прошлый раз.

— А что — в прошлый раз?

— А то, что ко мне теперь отец чуть ли не каждый день приезжает — контролирует!

— Ну, ты же знаешь: раз на раз не приходится.

— По-моему, ты никогда мне не рассказывала — ни про школу, ни, тем более, про своих подруг.

­­­­­

— А мы же с ней по интернету познакомились…

— По какому ещё интернету?

— Ну, сайт есть такой: «поиск одноклассников».

— Ну, допустим. А что значит, это твоё «раз на раз не приходится»?

— Это просто такая народная поговорка. Другими словами, если мы приютим у себя ещё одну семейную пару, то может получиться так, что отец не будет каждый день ездить к тебе и проверять по утрам, всё ли у тебя прошло нормально.

В виду «прошло нормально» она подразумевала приезд мусорной машины. Отец приезжает, чтобы убедиться в том, что мусор вывезен удачно.

— Между прочим, он приезжает из-за тебя! Если бы ты не приютила тех неудачников… Вернее говоря, импотентов.

— Тебе не кажется, что ты становишься таким же эгоистичным, как твой отец?

— Каким?

— Как царь кощей, который над златом чахнет. Ведь мы молоды! А твой отец уже стар. Да, он хочет, чтобы никто не разнюхал о том существе, живущем у нас в подвале, но…

— Давай не будем разговаривать о «существе»?

— Но мы должны заводить себе каких-то друзей, — договорила Лена то, что хотела. — Мы должны пользоваться тем, что мы молоды и прекрасны.

Они помолчали какое-то время. Виктор не хотел обсуждать эту тему.

— Ведь ты же понимаешь, что наш дом воодушевляет. Он превращает туловища в людей. Радующихся жизни, наслаждающихся молодостью — этим золотым временем.

Опять помолчали. Вернее, помолчал сам Виктор. Дал своей Леночке возможность выговориться. Может, ей именно это и нужно — выговориться, а не решать интимные проблемы очередных немощей.

— А ты хочешь прожить жизнь впустую, превратиться в такого же эгоистичного старика и ни с кем не поделиться тем богатством, которое мы имеем!

— Может, хватит уже поносить моего папеньку? А?

— Я говорю про дом, а не про твоих родителей.

— Ну, хорошо. Тогда давай и я начну? Вспомню про твоих!

— Про кого, про «моих»?

— Про твою дочь…

— Между прочим, Настенька «твоя дочь» тоже. Ты ей не чужой…

— Не перебивай. — Он остановился, какое-то время подумал, затем продолжил. — Ты не забыла, что эту, как ты её называешь «тварь в подвале», вытащила (вытащила на свет божий) твоя дочь? Не моя — твоя! То есть, проблемы на мои плечи не торопись перекладывать. Не я виноват в том, что она её обнаружила.

— Она её не обнаружила! О, господи, у тебя совсем нет сердца. Она не обнаружила её — она её ис-пу-га-лась. Чувствуешь разницу между этими двумя словами? «Испугаться» и«найти» — притащить из космической бездны…

— Мама-папа, — однажды закричала малышка Настенька. На зов прибежала мать.

— Я знаю! — радостно известила её Настя. — Я теперь обо всём догадалась…

Её голос был таким звонким, что даже выскочил из-за своего рабочего стола папа-Виктор.

— Милая, нельзя ли потише? Что ты поняла, о чём догадалась? — Ему и самому было невдомек, о чём таком особенном могла «догадаться» такая малява. Но в чём был уверен персонально он — это в том, что он сейчас же отучит её визжать в доме. Выйди на улицу и пищи со своими подружками — ­сколько влезет. Но, желательно, где-нибудь подальше от дома. Потому что папа любит ти-ши-ну. И как она не может понять это — самое простое? Но, тем не менее, догадаться до чего-то необыкновенного. Парадокс, да и только.

— Я узнала, где живёт бука!

— Где живёт «кто»? — скривил Виктор кислую мину.

— Существует очень большое множество синонимов этого слова, — так и этак пыталась вступиться мамочка за свою любимицу. — Бугимен, уменьшительно «бука». Но мне больше нравится «бабай». Знаешь, почему? Потому, что, мне так кажется, детское слово «бабайка» произошло от«взрослого» — Баба Яга. Баба Яга — бабайка.

— Я знаю, что ты у нас прекрасный филолог, но нельзя ли…

— Настенька говорит о том монстре, который живёт в шкафу, — ответила она на его «нельзя ли потише?», «нельзя ли вам всем заткнуться, замолчать, погрузиться в мою эгоистичную тишину».

— Ну, хорошо. Ну, допустим. Это серьёзно. Я слушаю. Я весь во внимании.