На чём стоим?

Москва находится вдали от основных источников геодинамической активности. Многие признаки свидетельствуют о медленных, геологически протяженных смещениях и деформациях в некоторых зонах, как бы «течении» масс, которое не вызывает катаклизмов.

— Разрушение некоторых памятников истории и культуры, наверное, связано с тем, что они находятся в зонах «подземной опасности»? — В 2002 году доктор геолого-минералогических наук, заместитель председателя Центрального совета ВООПИКа Евгений Меркурьевич Пашкин внимательно исследовал степень деформации зданий в ряде районов столицы и особо отметил зону от южного конца Гоголевского бульвара в сторону Российской государственной библиотеки и далее вдоль Моховой улицы. Другие ученые выделяют северо-западную зону, вдоль которой идут Тверская и Ленинградский проспект.

— Как, на ваш взгляд, будут развиваться события? — Несколько лет назад в рамках программы «Безопасность Москвы» специалисты Института геоэкологии РАН составили серию карт территории столицы по видам природных опасностей. Участки геологического риска по подтоплению, карстовым и оползневым процессам занимают немногим менее половины площади столицы. На карте карстовых проявлений выявлено три наиболее опасных с этой точки зрения района. Первый проходит через весь город с юго-запада (вдоль долины реки Сетунь!) через центр к северо-востоку. Второй — от центра к северо-западу вдоль долины Москвы-реки, третий занимает крайний северо-западный сектор вдоль Кольцевой автодороги.

Согласно прогнозу специалистов, развитие города вызовет дальнейшую активизацию подтопления, особенно в новых районах массовой застройки и в развивающихся промышленных зонах. В Западном, Северо-Западном, Южном и Юго-Западном округах, где широко развиты суглинистые отложения, подъем грунтовых вод относительно существующего уровня может составить примерно 7 метров. В целом к 2010 году в Москве может оказаться подтопленной уже половина территории (по сравнению с сегодняшними 30-40%!).

Это означает, что на огромных пространствах ухудшатся прочностные свойства грунтов, возрастет аварийность, а с ней и затраты на ремонт домов и коммуникаций. Кроме того, из-за загрязненности подземной и наземной среды здоровье населения окажется под еще большей угрозой. А когда тряхнет очередное карпатское землетрясение (как в 1940 и 1977 годах!), многим кварталам с высотными новостройками не миновать повреждений. Ни жизнеобеспечивающие структуры, ни население к этому, похоже, не готовы…

Среди других природных процессов, спровоцированных деятельностью человека, можно назвать оползневые явления (обычно на крутых берегах Москвы-реки, например, на Воробьевых горах или в Филях!) и скопления взрывоопасного метана в подвалах домов на месте узлов пересечения зон проницаемости в земной коре.

Все перечисленные процессы надо детально изучать, у нас же чаще ограничиваются тем, что «списывают» на них неумение или невозможность разобраться в причинах истинных или на технологические и эксплуатационные нарушения и просчеты. В условиях, когда не соблюдаются или нарушаются правила техники безопасности, технологические нормы, при проектировании не учитываются возможные неблагоприятные процессы, строительство недостаточно регламентировано и контролируемо, а городская инфраструктура усложняется, стоит ли удивляться, что число аварий возрастает в геометрической прогрессии.

— Город будет расти ввысь и углубляться в землю. Но станут ли соответственно расти и углубляться наши знания и инженерные решения в области безопасности? — Сие зависит, как показывает практика, не от ученых, а от властей…

Работы у столичных экологов не убавляется. Главное же в том, как реагируют на заключения специалистов горожане. Вот характерная цитата из одной газеты (крупно на первой странице!): «Остается надеяться, что прогнозы ученых преувеличены»

Надеяться, конечно, можно. Но не на просчеты ученых. И не на традиционное русское «авось пронесет» Надеяться надо только на собственное — активное и постоянное для каждого на своем месте — противодействие опасности.