Фандом: Гарри Поттер. Рон Уизли очень любит конфеты. Однако «коварные» сладости иногда заставляют его переживать незапланированные приключения.
44 мин, 20 сек 10252
Еще минут пятнадцать пришлось выждать, пока Рон придет в себя. Зелье, сваренное Северусом, подействовало буквально мгновенно — исчезло глупое выражение лица, прекратился словесный понос из всяких «зайка» и«солнышко», руки уже не тянулись к Гарри, но Рону, который прекрасно помнил обо всем, что делал, не осознавая своих настоящих чувств, стало сначала дурно, а затем беспредельно стыдно. Северусу пришлось провести психологическое внушение, не то Рон еще долго боролся бы с чувством отвращения к себе.
Выйдя к столу, Рон на этот раз занял место рядом с женой и сразу же поцеловал ее, тихонько попросив прощения за свое свинское поведение. Конечно же, Гермиона его простила, хотя не без напоминания о том, что не стоит тянуть в рот все подряд. Джордж гадко захихикал, будучи поддержанным кое-кем из сидевших за столом, обладавших богатой фантазией. За что получил строгое замечание от матери и дружескую затрещину от Гарри.
Рон извинился за свое невнимание к гостям, не став зацикливаться на инциденте с собственным отравлением, спасибо Северусу с его даром убеждения. Именинник наконец поблагодарил всех от души и за подарки, которые теперь были оценены им по достоинству, и за понимание. Конечно, кое-кто не сдержался и попытался расспросить его, как это — быть под воздействием амортенции, на что Рон, к их удивлению, ответил:
— Вообще-то — неплохо. Легко так становится… все ясно, никаких сомнений в своем чувстве и поведении. Только объект влюбленности нужно правильно выбирать, — косой взгляд на Поттера и заалевшее лицо Рона выдали всем, что он, хоть и держался молодцом, но все же очень тушевался из-за своего неадекватного поведения. — Однако постоянно чувствовать себя парящим над реальностью — это здорово утомляет, словно ты потерял опору и тебя носит, как воздушный шарик по воле ветра, — заметил Рон, давая понять, что не настолько все и радужно для принявшего амортенцию.
Через пару-тройку часов почти все разошлись по домам, и в жилище Рона и Гермионы Уизли стало намного тише. Джордж, напросившийся на ночевку, помог невестке убрать со стола, пока Рон укладывал малышку Розу спать. Гарри и Северус тоже задержались, предпочтя подольше понаблюдать за Роном, чтобы убедиться, что с ним теперь все будет хорошо. Они сложили столы, уменьшили стулья и отправили всю эту мебель в шкаф — дожидаться следующего торжества, когда снова возникнет в них потребность.
Перед тем как отпустить Гарри и Северуса домой, Гермиона предложила посидеть за чашечкой чая в спокойной обстановке. Разговор ожидаемо вертелся вокруг случившегося с Роном, который, хватаясь за голову и чуть ли не падая на колени, просил прощения у жены за свою глупость и неосторожность. Затем пришла очередь Поттера выслушивать покаянные речи.
— Гарри, я подвел тебя. Но, надеюсь, Робардс не будет слишком лютовать. Я обязательно завтра схожу к нему и объясню, что во всем виноват только я.
— Да справимся, — благородно отмахнулся Гарри. — Не впервой. Только пообещай, что больше никогда не станешь домогаться меня и предлагать с тобой обняться, — Поттер неосознанно вздрогнул, вспомнив, сколько раз за этот день ему пришлось уклоняться от настойчивых приставаний Рона. Однако потом улыбнулся, понимая, что все уже позади и теперь можно и посмеяться над всем, что творил Рон. — И ни за что не будешь кружить вокруг меня как голодный оборотень… И не примешься называть меня лапочкой и зайкой… — Гарри, уже не сдерживаясь, хохотал, перебирая в памяти ужимки опоенного амортенцией друга. — И не попытаешься лизать мои щеки… И, пожалуйста, не нужно мне больше рассказывать, какой ты герой в постели! Я подобного снова не вынесу… — он утирал слезы, выступившие на глазах, и только тут понял, что остальные лишь улыбаются, понимающе на него глядя. — У меня эмоциональный откат. Да? — шмыгнув носом, предположил Гарри.
— Ты был очень напряжен весь день, — Гермиона, тепло улыбаясь, похлопала его по руке, а Северус подсел ближе и приобнял за плечи, не стесняясь присутствующих. — Я же видела, как ты старался оградить Рона, чтобы он не сделал ничего такого, за что не сможет вымолить прощения, не говоря о его собственном эго, которое могло сильно пострадать. Ты молодец. Спасибо тебе.
— Ага… Спасибо, — Рон расчувствовался после слов Гермионы, умевшей всегда так красиво выражать свои мысли. — И это… Обещаю, что никогда в здравом уме не полезу к тебе целоваться, — Рон хихикнул, догадываясь, что друзья еще долго будут припоминать ему этот инцидент.
— Уизли, — нарочито грубовато обратился к нему Северус, — на этот раз тебя спасло то, что ты друг моего супруга. Но в присутствии твоей жены и твоего брата предупреждаю, что мне будет наплевать — в здравом ты уме или нет, но второго подобного балагана я не допущу. У меня есть отличная коллекция ядов. Обещаю — мучиться ты не будешь, — сказано было вроде и в шутку, но по спине Рона пробежали морозные мурашки, убеждая, что стоит прислушаться — ссориться со Снейпом не входило в его планы на ближайшие сто лет как минимум.
— Согласен, — со вздохом ответил Рон.
Выйдя к столу, Рон на этот раз занял место рядом с женой и сразу же поцеловал ее, тихонько попросив прощения за свое свинское поведение. Конечно же, Гермиона его простила, хотя не без напоминания о том, что не стоит тянуть в рот все подряд. Джордж гадко захихикал, будучи поддержанным кое-кем из сидевших за столом, обладавших богатой фантазией. За что получил строгое замечание от матери и дружескую затрещину от Гарри.
Рон извинился за свое невнимание к гостям, не став зацикливаться на инциденте с собственным отравлением, спасибо Северусу с его даром убеждения. Именинник наконец поблагодарил всех от души и за подарки, которые теперь были оценены им по достоинству, и за понимание. Конечно, кое-кто не сдержался и попытался расспросить его, как это — быть под воздействием амортенции, на что Рон, к их удивлению, ответил:
— Вообще-то — неплохо. Легко так становится… все ясно, никаких сомнений в своем чувстве и поведении. Только объект влюбленности нужно правильно выбирать, — косой взгляд на Поттера и заалевшее лицо Рона выдали всем, что он, хоть и держался молодцом, но все же очень тушевался из-за своего неадекватного поведения. — Однако постоянно чувствовать себя парящим над реальностью — это здорово утомляет, словно ты потерял опору и тебя носит, как воздушный шарик по воле ветра, — заметил Рон, давая понять, что не настолько все и радужно для принявшего амортенцию.
Через пару-тройку часов почти все разошлись по домам, и в жилище Рона и Гермионы Уизли стало намного тише. Джордж, напросившийся на ночевку, помог невестке убрать со стола, пока Рон укладывал малышку Розу спать. Гарри и Северус тоже задержались, предпочтя подольше понаблюдать за Роном, чтобы убедиться, что с ним теперь все будет хорошо. Они сложили столы, уменьшили стулья и отправили всю эту мебель в шкаф — дожидаться следующего торжества, когда снова возникнет в них потребность.
Перед тем как отпустить Гарри и Северуса домой, Гермиона предложила посидеть за чашечкой чая в спокойной обстановке. Разговор ожидаемо вертелся вокруг случившегося с Роном, который, хватаясь за голову и чуть ли не падая на колени, просил прощения у жены за свою глупость и неосторожность. Затем пришла очередь Поттера выслушивать покаянные речи.
— Гарри, я подвел тебя. Но, надеюсь, Робардс не будет слишком лютовать. Я обязательно завтра схожу к нему и объясню, что во всем виноват только я.
— Да справимся, — благородно отмахнулся Гарри. — Не впервой. Только пообещай, что больше никогда не станешь домогаться меня и предлагать с тобой обняться, — Поттер неосознанно вздрогнул, вспомнив, сколько раз за этот день ему пришлось уклоняться от настойчивых приставаний Рона. Однако потом улыбнулся, понимая, что все уже позади и теперь можно и посмеяться над всем, что творил Рон. — И ни за что не будешь кружить вокруг меня как голодный оборотень… И не примешься называть меня лапочкой и зайкой… — Гарри, уже не сдерживаясь, хохотал, перебирая в памяти ужимки опоенного амортенцией друга. — И не попытаешься лизать мои щеки… И, пожалуйста, не нужно мне больше рассказывать, какой ты герой в постели! Я подобного снова не вынесу… — он утирал слезы, выступившие на глазах, и только тут понял, что остальные лишь улыбаются, понимающе на него глядя. — У меня эмоциональный откат. Да? — шмыгнув носом, предположил Гарри.
— Ты был очень напряжен весь день, — Гермиона, тепло улыбаясь, похлопала его по руке, а Северус подсел ближе и приобнял за плечи, не стесняясь присутствующих. — Я же видела, как ты старался оградить Рона, чтобы он не сделал ничего такого, за что не сможет вымолить прощения, не говоря о его собственном эго, которое могло сильно пострадать. Ты молодец. Спасибо тебе.
— Ага… Спасибо, — Рон расчувствовался после слов Гермионы, умевшей всегда так красиво выражать свои мысли. — И это… Обещаю, что никогда в здравом уме не полезу к тебе целоваться, — Рон хихикнул, догадываясь, что друзья еще долго будут припоминать ему этот инцидент.
— Уизли, — нарочито грубовато обратился к нему Северус, — на этот раз тебя спасло то, что ты друг моего супруга. Но в присутствии твоей жены и твоего брата предупреждаю, что мне будет наплевать — в здравом ты уме или нет, но второго подобного балагана я не допущу. У меня есть отличная коллекция ядов. Обещаю — мучиться ты не будешь, — сказано было вроде и в шутку, но по спине Рона пробежали морозные мурашки, убеждая, что стоит прислушаться — ссориться со Снейпом не входило в его планы на ближайшие сто лет как минимум.
— Согласен, — со вздохом ответил Рон.
Страница 12 из 13
