Наемник и некромант

По всему выходило, что нужно было выполнять обещание, смотреть, что там с мальчишкой. Потом, как разберется с этим — разбираться уже с наемником. По-хорошему, ему Айтир тоже задолжал, пусть и не так много. Или наоборот, очень много? Мог ведь не возиться ни с чем, а просто сдать этому мужику и уйти. Ладно, это выяснится, нужно просто поговорить. Когда он вернулся в дом, сквозь крохотное оконце уже заглядывали первые солнечные лучи, пробившиеся через листву деревьев: отмывался Айтир долго. Поэтому он без особых угрызений совести потряс наемника за плечо.

Тот зашевелился сразу. Ильмаре всегда просыпался быстро и резко, жизнь в постоянных походах и опасности приучила к подобному. Вот и тут он проснулся мгновенно, еще не открывая глаз вспомнил, где он, почему и кто его вообще тронул. После пробуждения он всегда думал отрывисто и фрагментарно: «Точно. Маг этот. Таки проснулся?»

Он додумал и открыл глаза. Некромант уже успел отсесть на грубо сколоченный табурет.

— Поем — снова усну, так что лучше поговорить сейчас, — предупредил он, доставая кинжал. — Спрашивай?

И принялся нарезать мясо, откинув с лица еще влажные пряди седых волос. Ильмаре чуть сонно уставился на клинок, острый настолько, что вяленое мясо под ним расходилось как масло. Естественно, он ведь сам его заказывал у кузнеца и сам затачивал.

— Для начала… — он все-таки не удержался и зевнул. Потянулся, поскрипывая кожей и металлом так и не снятого доспеха. — Скажи, как к тебе обращаться? Ну а еще, — тут он уже поднялся и качнулся взад-вперед — спать на деревянных узких досках все-таки оказалось жестковато. — Действительно ли ты собираешься за снаряжением в город. А то мало ли — проснулся, умылся и решил передумать.

— Айтир, — представился Айтир. — Твоего имени я тоже не знаю. Что касается обещаний — я их держу, об этом можешь не волноваться. Поэтому нелишним будет, если после визита к мальчику ты подскажешь, где ближайшее кладбище. Не хочу решать дело сталью.

Дорезав мясо, он поглядел на кинжал, хмыкнул и положил его на стол. Интересно, если бы орудовал своим оружием — наемник бы так же спокойно глядел? Тот-то клинок поболее зачарован был, у этого только лезвие едва заметно мерцало белесым светом. Переборщил, вкладывая силу тогда, ночью.

— Ильмаре, — в тон ответил Ильмаре, прочертив пальцем в воздухе знак. — В рунах как «туман». Многим почему-то сложно выговорить это.

Он встал, подошел к столу и, взяв только что отрезанный кусок мяса, отправил его в рот. И, подумав, уточнил:

— А кладбище-то тебе зачем? Ребенку или себе? То-то ты в городе много раз смерти своей пожелал, а я, вроде как, помешал.

Пускай его посчитают идиотом, но выяснять подобное следовало сразу, чтобы не оказаться где-нибудь в невеселой ситуации вместе с некромантом-самоубийцей. Глядеть в упор было ненужно и неприлично, поэтому Ильмаре опустил голову и рассматривал капающую с волос Айтира воду; та лужицей собиралась у них под ногами и делала деревянные половицы темнее. Нехотя вспомнилась плаха, залитая кровью.

Айтир подобными воспоминаниями не терзался. Скорее уж его забавляла эта ситуация, тем более, чтобы простой наемник — и знал о рунах? Интересно. Впрочем, ему все сейчас казалось интересным, мир вокруг будто отмыли и протерли дочиста, до рези в глазах и звона в ушах. Взяв еще мяса, он кивнул, сочтя знакомство состоявшимся. Что же касалось вопросов…

— Кладбище — нам. Я так понимаю, ты пойдешь со мной за снаряжением? Тогда сам понимаешь-без какой-то подготовки лезть не стоит. Сварю хорошее снотворное; и если повезет, проберемся тихо.

Мясо требовалось жевать, и это было кстати. Вынужденная пауза, чтобы обдумать второй ответ. Ведь реально хотел сдохнуть, устал, как последняя собака, думал наконец отвязаться от всего: от бесконечного шастанья по дорогам в полном одиночестве, от понимания, что никому, кроме него самого, все это в общем-то и не нужно. Ну люди, ну и?

Ну люди, в том числе те, кто были его друзьями. Их потомки. Кто-то, кто мог бы стать ему другом. Айтир потер лицо, мрачно размышляя, что все-таки по нему слишком сильно ударил уход из ставшего почти родным дома. Просто замедленно, отложенно: все растянулось на добрых семь лет, пока почти не свело его в могилу.

— А что касается моих желаний — голову мне уже вправили, — закончил он.

От такого заявления Ильмаре больше на рефлексах, чем по уму, оглянулся по сторонам — кто это некроманту мозги вправил, ведь следов у дома не бы… Ах точно. Он сам себе кивнул: некромант же, кто знает, с кем он общается, и что к нему в голову лезет, пока он спит.

— Тогда хорошо, что вправили. Я не высоко оцениваю свой труд, но было бы обидно, если бы ты решился шагнуть в могилу сразу после того, как с ребенком там исправишь… ситуацию. Она ведь исправимая, да? Вы, маги, какие-то несоизмеримые с обычным миром вещи творите, — Ильмаре замолчал, только сейчас в полной мере осознавая, что совсем не представляет, что его ждет дальше.